«Арх’Анна»

Сирфисса изменилась в лице! Данаэль не отходил. Она нежно взяла его лицо в руки и поцеловала.

— Прощай.

Отвернувшись, она сжала кулак, тем самым, сжимая заклинание на горле. Я закрыла глаза руками, чтобы не видеть, как обезглавленное тело падает, а отсеченная голова катится к стене…

— Теперь все кончено? — спросила я, когда шла рядом с Королевой по коридорам дворца.

— Да, Арх'Анна. Отступников наказали. А те, что были среди нас, надолго затихли и, думаю, в ближайшее время вряд ли рискнут что-либо предпринять, — спокойно ответила Сирфисса, с какой-то материнской лаской глядя на меня. — Не беспокойся, тебе нельзя волноваться. Это вредно для…

— Ари! — из-за поворота нам навстречу вылетела Тинни. Малышка подбежала и крепко обняла меня.

— Привет, Тинни, — погладила я ее по волосам.

— А где Сэта потеряла? — улыбнулась Королева.

— А он немного отстал. Сейчас придет.

Мы переглянулись. Сейчас мой супруг знал, кем по-настоящему приходится ему Сирфисса, и почему она так легко убедила Совет поддержать ее в усыновлении Сэта. Вначале он был удивлен, но быстро совладал с эмоциями.

— Вы заменили мне мать. Я еще больше рад тому, что мы оказались кровными родственниками, — улыбаясь, сказал он.

— Ваше Величество, я хотела бы кое-что спросить. В тот день Заррен послал в меня заклинание Багровой розы. Я не успевала ничего сделать, но кто-то поставил щит вместо меня. Это были вы?

Королева улыбнулась и подошла ближе. Зачем-то положив руку на мой живот, она сказала:

— Когда мы стали единым целым, кроме тебя я почувствовала еще кое-что. Еще одного. Только-только зародившуюся жизнь, которая пока что остается частью тебя. Потому она и смогла использовать силу.

— Вы хотите сказать…?

— О, нет, — рассмеялась Сирфисса, подхватывая на руки удивленную Тинни, — я не хочу сказать. Я говорю! — Затем обратилась к малышке: — Скоро и тебе будет за кем присматривать.

— За кем? — обрадовалась маленькая эльфийка.

— Ну, не знаю, кто это будет — мальчик или девочка. Придется подождать. А пока пошли со мной. Ари и Сэту есть о чем поговорить.

И ушла, оставив меня наедине с этой новостью. Буквально сразу же подошел супруг.

— Ну, и где они? — поцеловав, спросил он.

— Ушли. Сэт, нам нужно поговорить.

— Я слушаю, — сразу же напрягся эльф.

— Как ты смотришь на пополнение семьи?

Пару раз он хлопнул длинными ресницами, явно не понимая, к чему я клоню. Но когда до него дошел смысл сказанного, подхватил меня как маленькую девочку на руки и закружил.

— Отпусти меня. Вдруг кто-то увидит!

— Пусть! Пусть все видят и знают! Я люблю, Арх'Анна! — поцеловал меня Сэт. — И я уже люблю нашего ребенка. Сейчас нужно, чтобы тебя осмотрел придворный лекарь. К тому же, не помешало бы приготовить комнату.

— Эй, у нас еще много времени. — Я ужаснулась размаху его приготовлений.

— Я хочу, чтоб у него было все лучшее… У меня будет сын или дочь?

— Не знаю, еще слишком рано… — щекой прижалась я к его груди.

— У вас будет дочь, — прошелестела Вода.

Откуда вы…?

— Это не настолько далекое будущее, чтобы мы не могли его увидеть, — ответила Земля.

Но ведь это не означает, что что-то вновь назревает? — в душе все похолодело.

— Нет, не беспокойся, — засмеялся Огонь. — Сейчас тебе это вредно.

— Мы пришли попрощаться, — добавил Воздух. — С нами уйдут и силы льерры.

Тогда, до свиданья?

— Нет, Арх'Анна, прощай. На этот раз — прощай…

Они исчезли, забрав, как и обещали, запертую в человеческом теле нечеловеческую силу. Но вместо нее не поселилась, как ожидалось, пустота. Напротив, вместо нее возникло теплое чувство к едва зародившейся жизни…

Эпилог

Мир вновь усыплял своих духов, которые в очередной раз помогли льеррам сохранить привычный порядок вещей и устоявшееся равновесие сил. Свернувшаяся, словно котенок, первобытная магия засыпала под бдительным присмотром Земли, Воды, Огня и Воздуха, убаюканная их тихой колыбельной. Она засыпала до тех пор, пока вновь не понадобится миру… А сейчас ее время прошло. Она исполнила свой долг. Все завершилось хорошо.

Ведь нельзя считать рождение Новой жизни плохим концом. Мир бы удивился, если бы знал, что верная, но своевольная первобытная магия решила оставить подарок Новой жизни. Небольшой, но значимый…

Мир успокаивался, забывая старые обиды и готовясь к новому витку изменений. Государства эльфов, как муравейник, потревоженный Данаэлем, приходили в себя. Лишь Королева темных эльфов, сидя в тронном зале, вспоминала последние слова того, кого убила:

— Освободи меня, любимая. Рано или поздно ты все равно пришла бы…

Мир засыпал…

Оглавление