«Когда рушится мир»

Папа, папа!.. три дня прошло, а я уже прожила три вечности, три раза солнце всходило над миром и покидало его, а для меня это было одним бесконечным мгновением, серым, соленым от крови в прокушенной губе, глухим от грохота в ушах…

Тебя больше нет.

Нет! не хочу! Так не бывает!..

Так не будет, я не хочу этого!

Море шумит, глубокий рокот должен утешить меня – я не хочу утешения! Я не ребенок, чтобы мне пели колыбельную…

Я безразлично смотрю на то, что осталось от красивого красного дракона, на угли, на дым, на обрывки серебряных крыльев. Половину останков успели прибрать ветер и волны, остальное скоро будет там же, исчезнет без следа. Как исчезли те, что явились с драконом…

Папа ничего не успел сделать. Он даже не пытался.

Все сделала я.

Папа, папа… если б ты хоть раз сказал, ЧТО дракон может принести сюда, если б ты не запрещал мне игры с водой и песком, – ты и теперь был бы со мной. Хоть раз спроси я, дура – а что там, за краем мира, за морем? – да, ты бы промолчал, но из этого молчания я бы узнала все, что нужно! Да ни один дракон из-за горизонта не успел бы вынырнуть!

Они называли себя героями.

Они хвастали, что раскрыли убежище Василиска, что Высший совет проявил беспечность и ненужное милосердие, когда позволил ему – тебе, папа! – живым покинуть пределы земли, взяв только обещание не возвращаться, пока не позовут. Они исправили досадную ошибку. Они, эти «герои», хотели потешиться и над телом… но тут пришла я.

Последний, когда стоял на коленях, когда жизненная сила покидала его, капля за каплей, – он почему-то не о себе подумал, а обо мне. Ему казалось, что меня тут быть просто не может. Он считал, папа, что ты пришел сюда один, что ты всегда был один, иначе для тебя никак невозможно, ни одно существо не способно находиться рядом с тобой, ведь один твой взор – смерть, медленная или быстрая – это уж как ты сам захочешь… они для того и пришли с пластинами блестящего металла, чтобы отразить смерть, которая жила в твоем взгляде, папа… а они пришли сюда не для того, чтобы умереть, совсем не для того, даже наоборот, до чего же глупо и неправильно все получилось…