«Платформа»

Александр Бондаревский

Платформа

«Мы не выбираем времена.

Мы можем только решать,

как жить в те времена,

которые выбрали нас»

Джон Рональд Руэл Толкин

Платформа 1

Море неожиданностей

К полудню день потерял форму, растекся по поверхности моря. Градусник в виде груши, подвешенный под брезентом тента, лениво раскачивающийся в такт движениям воды, извещал о тридцати восьми градусах тепла. Воздух совершенно не двигался, и только ленивые колебания моря, заставлявшие катер сонно переваливаться с боку набок, продолжались в двух стаканах виски расположившихся на кофейном столике рядом с тарелкой фруктов.

Алекс и Дени возлежали на ротанговых шезлонгах под навесом и ароматизировали океанский бриз двумя пузатыми сигарами Cohiba, изредка добавляя к дыму виски. Их, поначалу бурный, разговор иссяк, перейдя в молчаливо созерцательную нирвану. Клонило в сон. Дени встряхнул головой, чтобы взбодриться, и решительно поднялся с кресла.

– Вставай, лентяй! – произнес он, и для усиления эффекта прищемил Алексу палец на ноге бельевой прищепкой. Алекс вздрогнул, разлепил веки и тупо уставился на друга.

– Вставай, – повторил Дени – рыба тухнет. Рискуем остаться без ужина.

Он был прав. Выловленная утром, рыба болталась в луже воды на самом солнцепеке и без принятия срочных мер по спасению грозила превратиться в мусор. Рядом расхаживало несколько толстых морских чаек, бочком приближающихся к добыче, кося на людей круглыми глазами-бусинами.

Друзья, вооружившись длинными и острыми ножами, принялись разделывать рыбьи тушки. Филе и стейки периодически относили в холодильник, головы и внутренности доставались птицам. Вскоре палуба опустела. Алекс чистил последнюю рыбу, Дени поливал настил из шланга.

– Ты смотри, какой наглец! – Алекс указал ножом на большую чайку, подбирающуюся все ближе и ближе и пытающуюся выхватить тунца прямо из его рук. Остальные птицы, насытившись, улетели, а эта никак не хотела заканчивать трапезу, и, растопырив крылья, подскакивала к рыбе Алекса, издавая угрожающее шипение.

– Похоже, больной какой-то – заметил Дени – смотри, какой худой и грязный!

Птица действительно отличалась от своих улетевших собратьев. Те были холеные, белоснежные, с яркими красными ногами, а этот, хоть и превосходил их размерами, был тощ и напрочь лишен подпушка, характерного для морских птиц. В сероватых, без блеска, взъерошенных перьях прятались бледные лапы, глаза же, напротив, были ярко-красного цвета.

– Ну, все! Вали давай! – крикнул Дени и обдал чайку водой из шланга. Птица взмыла в воздух, сделала несколько кругов над катером и вдруг камнем бросилась вниз, прямо на Алекса. Тот уронил рыбу на пол и замахал ножом над головой, отгоняя злобную птицу. Чайка уворачивалась, поднималась, и вновь бросалась в атаку с хриплым пронзительным криком.

В одну из стремительных пикировок она, изловчившись, вцепилась когтями в руку с ножом, а крючковатым, крепким, как слоновая кость, клювом ударила в кисть. Нож выпал из руки Алекса и покатился по полу.

Птица отцепилась от руки, подхватила рыбу с палубы и, тяжело взмахивая крыльями, полетела над самыми волнами к горизонту, с трудом удерживая увесистого тунца когтями.

Дени выронил шланг, вода полилась на палубу. На ней образовалась кровавая лужа, в центре которой сидел Алекс, схватившись левой рукой за предплечье правой. Между пальцев текла кровь.

– Вот черт! – заорал Дени, – где аптечка!?

Дверь, ведущая в скрытую в недрах катера каюту, распахнулась, выпустив прохладный, кондиционированный воздух с запахом специй и ароматом жареного мяса, и сестру Алекса, одновременно подругу Дени – Ирен, в легких шортах, майке, плотно облегающей рельефную грудь, и с полотенцем в руках.

Увидев Алекса в водно-кровяной луже, глаза ее округлились, но через мгновение приняли сосредоточенное выражение, являя готовность к действию.

– Жози! Неси аптечку! Быстро! – крикнула она в раскрытую дверь, опускаясь перед Алексом на колени.

– Давай посмотрим! – деланно спокойным голосом произнесла она, медленно разжимая пальцы на ране. Алекс отпустил руку. Помимо нескольких глубоких царапин от когтей на предплечье зияла кровоточащая рана с рваными краями, оставленная острым, тяжелым клювом.

Ирен сосредоточенно улыбнулась.

–Ничего, жить будешь! Главное кости целы! Сейчас обработаем, перевяжем и ок!

Выскочила наружу, раскрасневшаяся от суматохи, Жози. Её прозрачно голубые глаза, обычно миндалевидной, восточной формы, сейчас были круглы и напуганы. Копна белокурых волос частично выбилась из резинки, стягивающей их на затылке и хаотично разметалась по плечам. В одной руке она держала металлический чемоданчик аптечки, а в другой – бутыль с пресной водой. Не сказав ни слова, она бросилась на помощь Ирен. Вместе они принялись промывать, обрабатывать и перевязывать рану, вкололи антибиотик…

Примерно через полчаса, все еще бледный, Алекс полулежал на ротанговом шезлонге и, размахивая здоровой рукой со стаканом виски, рассказывал о нападении. Правая была плотно забинтована до локтя. Рядом, за накрытым столом сидели успевшие переодеться девушки и Дени, в том же затрапезном виде, что и раньше.

– Бедняга! – мурлыкала Жози, тряся пышной гривой белокурых волос, уже освобожденных от стяжки – такой стресс! Весь бледный! Срочно нужны витамины и белки! – она поставила большую белоснежную тарелку с дымящимся стейком и салатом на колени Алексу.

При этом она прижалась к нему боком несколько плотнее, чем было необходимо и задержалась несколько дольше, чем следовало.

– Поешь, милый, поставь стакан.

Алекс, глянул на нее искоса, послушно поставил бокал и взялся за вилку.

Дени задумчиво вертел нож для мяса в руке, мастерски перемещая его между пальцев.

– Я слышал, – наконец проговорил он, – как рыбак с соседней платформы, старый Зик, говорил, что рыбы и птицы, пересекающие покрытие, ведут себя как-то странно, что они более агрессивны и большей частью больны.

Однажды, в миле от покрытия он выловил тунца с какой-то деформированной головой и раздвоенным спинным плавником, так пока тащил его к лодке, казалось, что сам черт вселился в рыбу, тунец чуть не сломал спиннинг, а уже вытащенный на палубу, полчаса скакал по настилу, ломая все, что попадалось на пути. Только пронзенный гарпуном успокоился.

Денни сделал глоток из стакана.

– А мы сейчас приблизительно в пяти милях от зоны покрытия. В бинокль его хорошо видно на воде. На, глянь, – он протянул большой черный бинокль Алексу.

Тот долго вглядывался вдаль. Море казалось бесконечным, воздух слегка вибрировал, нагретый солнечными лучами, но где-то у самой кромки горизонта было видно, что вода там меняет цвет, а в воздухе радужные разводы.

– Да, ты прав! – сказал он – мы совсем рядом. Пора домой двигать.

После ужина завели двигатель и малым ходом пошли к платформе.

Но спокойного перехода не случилось.

Жози привстала на четвереньки на носу катера, где они с Ирен принимали порцию ласковых вечерних солнечных лучей, переворачиваясь с боку на бок на мягких махровых полотенцах, несколько секунд внимательно вглядывалась в бесконечность, а затем подняла руку и помахала Дени.

– Стой! Посмотри, слева в море кто-то плывет! Вон оранжевый жилет!

Дени сбросил ход, вскинул бинокль. Действительно, в нескольких сотнях метров от катера на воде качалось нечто яркое. Вот он повернулся… Это был человек в оранжевом спасательном жилете! Он изредка взмахивал руками, стараясь подать сигнал. Дени крутанул руль влево и помчал вперед.

Через несколько минут они вытаскивали пловца из воды. Силы его, видимо, закончились давно, и только спасжилет поддерживал его на плаву. Кроме жилета на нем были плавательные шорты Nike и футболка с коротким рукавом из триламината. Прислонившись к борту катера, он с трудом приоткрыл глаза и, разлепив сухие губы, попросил воды. Получив бутылку, жадно пил, вода текла мимо.

Выпил поллитровку, принялся за вторую. Опустошив наполовину, отставил, привалился к стенке и закрыл глаза.

Дени, при содействии Алекса, действовавшего одной рукой, перенесли спасенного в каюту, положили на откидную койку, раздели, укрыли и оставили отдыхать. Катер вновь взревел двумя моторами Хонда, сделал крутой вираж и в туче брызг пошел к платформе.

На рассвете, на горизонте стали вырисовываться очертания платформы, по мере восхода солнца становящейся все внушительней и четче. Издалека она казалась огромной пирамидой, восходящей прямо из морских волн. Оставалось еще часа четыре пути, и компания решила позавтракать на палубе. Погода продолжала благоприятствовать неспешному времяпрепровождению, создавая великолепную комбинацию тишины, покоя, тепла и морской бирюзы. Все удобно расположились в креслах вокруг стола, заставленного кулинарными произведениями Ирен и Жози. Алекс, казалось, чувствовал себя гораздо лучше, а Дени, с утра уже принявший две порции Jameson, вообще был на пике.

Найденыш всю ночь находился в отключке, лежал на койке совершенно неподвижно и казался неживым настолько, что Жози, которая всегда жалела всех, дважды подходила проверить – дышит ли. Утром он находился в той же позе что и вчера, погруженный в глубокий сон.

Компания благополучно уничтожила омлет с сыром и салат с креветками и уже готовилась к появлению десерта, когда дверь каюты медленно открылась, выпуская спасенного.