«Встреча в старом доме»

Елена Конева

Встреча в старом доме

Женщина, одетая в элегантный бархатный плащ-накидку темного цвета, не спеша поднималась по лестнице старого дома. Она знала точно, что всех жителей этого подъезда уже расселили – осталась только одна жилая квартира на четвертом этаже. Объект интереса женщины находился сейчас там, а значит, ничто не могло помешать исполнению ее замыслов.

Дверной звонок уже не работал – скорее всего, электричество было отключено. Женщина постучала. С другой стороны двери никто не откликнулся. Она постучала громче и настойчивее и на всякий случай толкнула дверь рукой. Та оказалась незапертой.

Женщина вошла в прихожую, осмотрелась и направилась в сторону комнаты, откуда доносился шум. Там высокий молодой человек согнулся над коробкой, в которую упаковывал вещи. Ощутив чье-то присутствие, он быстро распрямился.

Посетительница, откинув капюшон, стояла неподвижно. Выглядела она весьма впечатляюще. Фалды ее накидки свисали мягкими складками. Прямые черные волосы доходили до плеч. Длинная челка чуть прикрывала тонкие брови над удлиненными зелеными глазами. Легкая косметика не была пошлой, а только оттеняла необычные черты лица.

Посреди комнаты находился большой овальный стол в окружении нескольких, беспорядочно расставленных стульев. Две фигуры замерли точно по его концам.

– Кто вы? – в голосе молодого человека звучало изумление.

Женщина усмехнулась.

– Лучше спросить: «Зачем вы тут оказались?» Я пришла вас убить, Родион Романович.

В темно-карих глазах молодого человека засветились искорки интереса.

– Разве мы знакомы? И позвольте спросить о мотиве предполагаемого поступка.

– Знакомы мы настолько давно, что сейчас ты, Родион, даже представить себе это не можешь. А мотивом моим является месть.

– Но в чем же состоит мое преступление?

– На тебе висит вина за две погубленные души. Ты, конечно, все забыл, но для закона справедливости это не имеет значения.

Молодого человека осенила догадка, и он улыбнулся.

– Вас случайно не Аленой Ивановной зовут?

– В точку, Родион. За прошедшие полтора века ты, похоже, не растерял своих способностей к анализу.