«Призрак, осыпанный снегом – 2»

Светлана Хорошилова

Призрак, осыпанный снегом – 2

Коварная заложница

В небольшом заведении за накрытым столом собрались люди, одетые в чёрное. Возле Яны суетился друг её покойного брата, стараясь выполнить любую просьбу на опережение. На остальных друзей брата, погибшего нелепой смертью, она косилась враждебно: крупные ребята спортивной комплекции тихо переговаривались за столом о делах и создавалось впечатление, что пришли они повидаться друг с другом, на сходку, а не на похороны. Яна злилась: за последние полтора года, пока он был жив – если это можно назвать жизнью, о нём никто толком и не вспомнил. После того, как Макса обнаружили на городской свалке в состоянии полного отупения и беспамятства все куда-то от них отдалились. Иногда подкидывали деньжат на лечение, и на этом поддержка друзей заканчивалась.

С того момента интеллект Макса вернулся к интеллекту двухлетнего ребёнка – врачи только разводили руками, дескать, редкий медицинский случай, с таким в их практике никто ещё не сталкивался. В ответ на задаваемые вопросы парень только мычал, или приступал к бессмысленным занятиям, типа кромсания газет и выстраивания из их обрывков пирамид. Как-то во время просмотра фильма он увидел на экране чудовище. Если до этого Макс вёл себя безучастно, смотрел в одну точку, то при появлении в кадре долговязого монстра он забеспокоился, стал выкрикивать одно и то же: «гоните его!», взметался по квартире в поисках укромного места. После чего забрался в шкаф, и парня оттуда еле вытащили.

Однажды, когда сестра оставила его без присмотра, он выпрыгнул из окна. До больницы его не довезли – так Яна осталась одна, не считая знакомых. Теперь она понимала, что дожила до своих двадцати семи постоянно надеясь на участие брата, который её обеспечивал, оберегал, дарил автомобили – по слухам изъятые у кого-то за долги… Но она не верила слухам, порочащим его, говорила, что люди наговаривают на него от зависти.

Яну не мучили подозрения, чем на самом деле занимался Макс – друзья прозвали его «Каток», так как он, не церемонясь, сразу «наезжал» на любого, молча и уверенно.

Светлана Хорошилова

Призрак, осыпанный снегом – 2

Коварная заложница

В небольшом заведении за накрытым столом собрались люди, одетые в чёрное. Возле Яны суетился друг её покойного брата, стараясь выполнить любую просьбу на опережение. На остальных друзей брата, погибшего нелепой смертью, она косилась враждебно: крупные ребята спортивной комплекции тихо переговаривались за столом о делах и создавалось впечатление, что пришли они повидаться друг с другом, на сходку, а не на похороны. Яна злилась: за последние полтора года, пока он был жив – если это можно назвать жизнью, о нём никто толком и не вспомнил. После того, как Макса обнаружили на городской свалке в состоянии полного отупения и беспамятства все куда-то от них отдалились. Иногда подкидывали деньжат на лечение, и на этом поддержка друзей заканчивалась.

С того момента интеллект Макса вернулся к интеллекту двухлетнего ребёнка – врачи только разводили руками, дескать, редкий медицинский случай, с таким в их практике никто ещё не сталкивался. В ответ на задаваемые вопросы парень только мычал, или приступал к бессмысленным занятиям, типа кромсания газет и выстраивания из их обрывков пирамид. Как-то во время просмотра фильма он увидел на экране чудовище. Если до этого Макс вёл себя безучастно, смотрел в одну точку, то при появлении в кадре долговязого монстра он забеспокоился, стал выкрикивать одно и то же: «гоните его!», взметался по квартире в поисках укромного места. После чего забрался в шкаф, и парня оттуда еле вытащили.

Однажды, когда сестра оставила его без присмотра, он выпрыгнул из окна. До больницы его не довезли – так Яна осталась одна, не считая знакомых. Теперь она понимала, что дожила до своих двадцати семи постоянно надеясь на участие брата, который её обеспечивал, оберегал, дарил автомобили – по слухам изъятые у кого-то за долги… Но она не верила слухам, порочащим его, говорила, что люди наговаривают на него от зависти.

Яну не мучили подозрения, чем на самом деле занимался Макс – друзья прозвали его «Каток», так как он, не церемонясь, сразу «наезжал» на любого, молча и уверенно.