«Химера»

Ольга Смирнова

Химера

Глава 1. Два в одном

На исходе ночи коньяк был выпит, а глаза болели и чесались от недосыпа. Исток бы побрал особенности вампиров, не имеющих физической возможности уснуть, и особенности людей, уходящих в это странное состояние на половину суток. Трой являлся неожиданным результатом противоестественной связи вампира и человека, и потому вместо полноценного сна впадал в состояние близкое к дреме и к утру, бывало, чувствовал себя полной развалиной. Это было так в его духе — собрать лучшее от обоих видов.

Конечно, были и некоторые плюсы в смешанной крови. Он не испытывал неодолимой жажды крови, не впадал в так называемое «бешенство»; солнце не выжигало ему глаза и кожу; он мог безболезненно есть человеческую пищу — правда, по вкусу она для него была что бумага. Но к алкоголю это не относилось…

Из-за сомнительного происхождения Трою был заказан путь в учебные заведения для чистопородных. Точнее, из-за происхождения он не дотягивал до возможностей клыкастых собратьев, а потому вынужден был учиться в обычной школе среди таких же смесков. Затем, после нескольких лет ничегонеделания (балбесничания, если уж называть вещи своими именами), было военное училище, куда брали всех без разбора. Пять лет жизни он отдал службе в армии, но вынужден был уволиться, потому что субординация и безропотное исполнение приказов давались ему с трудом. В тридцать лет он вернулся в родной городок и осел в родительском доме. Какое-то время «искал себя», как было модно в то время говорить о безработной молодежи, затем, с подачи матери, поступил в академию правопорядка и с тех пор ни разу не пожалел об этом.

Большую часть своей жизни он прослужил в департаменте правопорядка в чине старшего детектива. Вообще, уже много лет не было ни одного препятствия между ним и должностью начальника участка, а может и департамента в целом… кроме характера. Трой не любил кабинетную работу, его тошнило от «взаимодействия» с чиновниками, которые то и дело норовили сунуть нос туда, где ничего не понимали, и поруководить от души. В подковерных играх он не участвовал, притворяясь дурачком и выдавая на голубом глазу все подводные камни, бумажная возня наводила на него тоску.