«Зазор»

Иван Ланков

Зазор

Протокольный дроид, исполняющий обязанности коменданта станции изобразил латунным корпусом нечто вроде приветственного поклона. Из динамиков раздался механический голос:

— Здравствуйте! Подтвердите или опровергните. Являетесь ли вы членами межведомственной следственной комиссии для изучения чрезвычайного происшествия, случившегося со станцией?

Двое полицейских — громила урсуноид в сером комбинезоне и небольшого роста канисоид в оранжевом — перестали сверлить друг друга яростными взглядами и повернулись к коменданту. Третий полицейский — гуманоид в форменном синем комбинезоне — сделал робкий шаг вперед и неуверенно кивнул:

— Да. То есть — так точно. Это комиссия и есть, ага.

— Рад приветствовать вас в жилом модуле станции «Безымянная-13»! — разразился восторженной речью динамик коменданта, — Прошу простить за небольшой бардак, монтаж модуля закончили буквально вчера. Уверяю вас, запахи, которые вы чувствуете — являются естественными для любого нового промышленного изделия и не несут никакой опасности для вашего здоровья. Мы уже добавили ароматизаторы в систему циркуляции воздуха и достаточно скоро запах пластика перестанет вас беспокоить.

— О, что до меня — не стоит беспокоиться, железяка. Я не привередливый — пророкотал урсуноид, — а если вы переживаете за этого пса — то так ему и надо!

— Еще раз прошу прощения! — наклонил корпус вперед комендант, — спешу уведомить вас, что вплоть до подписания акта о завершении следственных мероприятий вам предоставляется аудиторский доступ ко всем службам и системам станции. Пожалуйста, подтвердите свои аккаунты в нашей базе данных. Трое следователей достали из карманов жетоны с разноцветными голограммами и по очереди подставили их под зеленый сканирующий луч коменданта. — Подполковник Цезарь, следователь по особо важным делам, планета Цербер — слегка похрипывая, перевел слова канисоида мобильный транслятор откуда-то из грудного отдела форменного комбинезона.

Урсуноид в дурашливом восхищении поцокал языком и изобразил аплодисменты в адрес канисоида. Потом повернулся к коменданту и рокочущим басом сказал:

— Подполковник Мик. Урса. Следователь.

Все трое — комендант и оба подполковника — дружно уставились на гуманоида. Тот облизнул губы и, поборов дрожь, поднес свой жетон к сканеру:

— Петр. Земля, Федерация. Назначен руководителем межведомственной комиссии, — гуманоид сунул руку в сумку на поясе и приложил в добавок к жетону еще и сверкающий фиолетовым цветом кристалл: — вот мой мандат.

Подполковники изобразили стойку «смирно». Канисоид — уверенно и привычно, будто всю жизнь занимался строевой подготовкой. Урусуноид — нарочито преувеличено, чтоб не сказать «гротескно».

— Ваше звание, господин руководитель комиссии?

Петр густо покраснел:

— Ка… кадет. Курсант пятого курса юридического, — и слегка развел руки, извиняясь: — это моя преддипломная практика.

Подполковники Цезарь и Мик дернулись и с неприязнью уставились друг на друга.

— Все-таки это ваших рук дело, собаки плешивые! А земляне вас прикрывают. Впрочем, как и всегда! — прорычал урсуноид.

Цезарь оскалился:

— А вы делаете далеко идущие выводы, даже не ознакомившись с материалами. Впрочем, как и всегда.

Петр потупился и слегка дрожащим голосом предложил:

— Уважаемая комиссия, давайте займем свои рабочие места у терминалов. У нас много работы. Уважаемый комендант, организуйте, пожалуйста, легкие закуски.

Дисплей на груди коменданта моргнул зеленым.

— Мне рыбу, а этому псу дайте погрызть косточку! — по-хамски распорядился Мик.

Цезарь снисходительно фыркнул и, ничего не говоря, уселся за терминал, подсвеченный оранжевым цветом.

Петр, отчаянно стесняясь и чувствуя себя не в своей тарелке молча подошел к синему терминалу и открыл доступ своим жетоном.

Сеть федеральных станций наблюдения в звездной системе 61 Девы была размещены не так давно, вскоре после попытки флота урсуноидов атаковать вторую планету системы, где располагались шахтерские колонии канисоидов. Медведи тогда собрали неплохой флот вторжения, но не смогли добиться внезапности благодаря подвигу разведчиков обороняющихся, вовремя вскрывших сосредоточение флота вторжения. Когда ударная эскадра медведей поднялась над плоскостью эклиптики и начала выходить на курс сброса торпед — им навстречу уже летели ракеты систем планетарной обороны. Урсуноиды были вынуждены отменить атаку и снова спуститься в плоскость эклиптики, под прикрытие пояса астероидов и третьей планеты системы, газового гиганта с большими кольцами. Подготовить следующую атаку урсуноидам не дали — на ближних подступах к точке сосредоточения появились быстроходные крейсера канисоидов и устроили «собачью свалку», отчаянно пытаясь прорваться к бомбардировщикам медведей или хотя бы набросать мин на вероятные траектории разгона флота. Медведи вынуждены были перебросить свой москитный флот на защиту разгонных дорожек и снова потеряли темп.

В этой ситуации противников застигла эскадра флота Федерации, спешно переброшенная из метрополии. Пойманные на вертикальных маневрах бомбардировщики и торпедоносцы, а так же маневрирующие близ газового гиганта москитный флот и крейсера противоборствующих сторон были быстро принуждены к миру.

С тех пор система 61 Девы пребывала в фазе замороженного конфликта. Несколько баз снабжения урсуноидов дрейфовали за границей звездной системы, по ту сторону местного аналога пояса Койпера, на которых — по предположению канисоидов — дежурила эксадра вторжения. Сами канисоиды на второй планете 61 Девы — в земных справочниках эта колония разумных собак была обозначена как планета Цербер — неустанно укрепляли сеть планетарных батарей, расходуя на этот проект львиную долю добываемых на планете ресурсов. Урсуноидов такая ситуация устраивала. Гипотетическая угроза из космоса сводила на нет все преимущества, которые получили канисоиды когда опередили медведей и первыми основали колонию на Цербере.

Кольцо станций наблюдения федерального флота находились между третьей и четвертой планетами системы. Как раз на той позиции, где разогнавшиеся бомбардировщики атакующего флота должны будут покинуть плоскость эклиптики чтобы нанести бомбово-штурмовой удар по планете и успешно увернуться от ответного огня орбитальных батарей. Опять же, если крейсера обороняющихся соберутся сделать вылазку к краю звездной системы — примерно в этом месте есть свободный участок космоса для разгона. До орбиты третьей планеты — газового гиганта — набору скорости сильно мешает притяжение звезды и часто встречающиеся астероиды и кометы, а выходить для разгона из плоскости эклиптики — значит показывать себя во всей красе сканерам противника. Потому все военные корабли выходили на скоростной режим, укрываясь от телескопов и сканеров за различными астрономическими объектами системы.

Федеральные станции вели непрерывное наблюдение за системой, своевременно выдавая предупреждения опасно маневрирующим военным кораблям противоборствующих сторон. Так же на станциях регулярно появлялись военные корабли Федерации, совершая учебные полеты и играя в догонялки с многочисленными разведывательными корабликами урсуноидов и канисоидов.

Федералы вели себя подчеркнуто нейтрально, заявив себя исключительно миротворцами и не заявляли каких-либо прав на планеты и астероиды системы 61 Девы. Станциям даже имен давать не стали, чтобы не давать повода пропагандистам собак и медведей найти в названии какой-либо скрытый смысл.

Сеть станций серии «Безымянная» в системе вскоре облюбовали ушлые торговцы и предприниматели. Улететь с Цербера торговцы могли запросто, стартовав поперек плоскости эклиптики и набрав достаточную скорость для прыжка. А вот прибытие в систему — это уже риск. Гиперпространственный прыжок обычно совершается в межзвездном пространстве, свободном от крупных астрономических объектов. Потому из прыжка корабли обычно выходили у самых границ звездной системы, на самом краю здешних облаков Оорта и пояса Койпера. В условиях конфликта торговцы канисоидов боялись выходить из гиперпространства там, где — по слухам — дрейфуют военные базы урсуноидов.

В этой ситуации буйным цветом расцвели всевозможные контрабандисты. Торговцы прибывали в систему 61 Девы под флагами различных планет Федерации, спокойно проходили досмотр рейдеров с Урсы и шли в систему. На линии орбиты третьей планеты они сталкивались с паранойей военных Цербера, которые во всяком чужом корабле видели потенциального диверсанта. Поэтому межзвездная торговля шла через станции серии «Безымянная». Под прикрытием флота Федерации контрабандисты из других звездных систем разгружали свой товар в грузовые отсеки станций и забирали то, что привозили с Цербера старенькие межпланетные лихтеры канисоидов.

Так шли дела в системе вот уже десять лет. И, видимо, сложившаяся ситуация устраивала всех. Медведи с планеты Урса так или иначе, но все равно получали свои грузы минералов с Цербера по ценам ниже рынка. А кто ж вам даст рыночную цену в условиях, когда планету вот-вот разбомбят злые урсуноиды? Канисоиды из звездной системы Вольф успешно мобилизовали свою экономику, пугая обывателей войной с медведями, которая начнется уже вот-вот, а Цербер так и вовсе все эти годы был на военном положении.

Устраивала ситуация и ушлых торговцев всех звездных систем Федерации. Как же, ведь там, где созданы искусственные ограничения торговле — там маржа предпринимателя зависит не столько от конъюнктуры рынка, сколько от мастерства переговорщика и его закулисных связей. А уж связи с военными были хорошо налажены у многих торгово-промышленных корпораций.