«Клоун»

Lord Weller

Клоун

— Ларри, увижу ещё хоть раз, как ты пристаёшь к Нэнси, яйца оторву! — прорычал Робинсон.

Искривлённая спинка приплюснутого носа и выступающая вперёд квадратная челюсть делали его похожим на боксёра среднего веса. Здоровенные кулаки и мускулистые плечи, напор которых едва сдерживал серебристый комбинезон, с нашивкой штурмана довершали грозную картину.

— Ну, в таком случае они, наконец, у тебя появятся, — меланхолично ответил Ларри, пригладив пару раз ладонью волосы. — И отойди в сторонку, ты не стеклянный. Звёзды заслоняешь.

Робинсон смерил презрительным взглядом противника: тощий, маленький, тёмные волосы сильно поредели на макушке, на левой скуле шрам. Полные губы, длинный нос. И лишь глаза на смуглом лице притягивали взгляд ярким голубым отсветом.

Как надоел, этот выскочка!

Не обращая внимания на побагровевшую физиономию штурмана, Ларри взял со столика стаканчик с виски и удобно расположился на диванчике напротив широкой стеклянной стены, за которой на угольно-чёрном атласе рассыпалась сверкающая бриллиантовая пыль. — Чем мне нравится ваша грязная посудина, что здесь такие устаревшие иллюминаторы. Классный вид.

Подскочив к Таккеру, Робинсон схватил его за грудки, приподняв, замахнулся для удара. Но Ларри, несмотря на субтильную комплекцию, внезапно резко выпрямился. Блокировав замах противника, врезал с такой силой в нижнюю челюсть, что верзила отлетел в сторону, едва не впечатавшись в вогнутое стекло, о котором только что с таким восторгом отозвался Ларри.

— Ах ты, сука! — белки глаз Робинсона налились багровой яростью быка, в которого элегантный пикадор угодил остриём пики.

Как пушинку приподняв противника, приготовился нанести ещё удар. Но Ларри легко соскользнул вниз и, обхватив Робинсона ногами, сбросил на пол. С рыком штурман накинулся на него, нанося удар за ударом. У Ларри вспыхнули искры перед глазами, сознание поплыло.

— Прекратить! — раздался грозный окрик. — Что здесь происходит?!

Тяжело дыша, Робинсон встал, оправляя комбинезон. Ларри с трудом приподнялся на локте, потряс головой, пытаясь прогнать багровую хмарь перед глазами. Переполз на диван.

— А это вы, капитан Хэнсен, — потерев лицо руками, проронил Ларри. — Вы как всегда прерываете нас на самом интересном месте. Это невежливо.

Голос звучал иронично, но слабо.

— С вами все в порядке? — спросил капитан.

— Пока — да, — Ларри дотронулся до затылка, непроизвольно сморщился. Осторожно обхватив нижнюю челюсть, чуть пошевелил влево и вправо. — По крайней мере, капитан, вам пока не стоит обращаться к адвокатам. Но ещё одна тёплая встреча моих зубов с кулаками мистера Робинсона, и вашей компании придётся оплачивать мне вставную челюсть по первому разряду, — он расслабленно откинулся на спинку дивана.

— Зайдите в медсанчасть, — предложил Хэнсен, и грозно рыкнул: — Штурман, в мою каюту. Быстро!

Метнув злобный взгляд на противника, штурман набычившись, последовал за Хэнсеном. Мощная грудь вздымалась и опускалась, скрывая вулкан, заполненный яростной лавой, готовой в любой миг выплеснуться наружу.

Они подошли к выходу из кают-компании, с тихим шипением толстая стальная плита приподнялась, пропустив в коридор. Здесь царила почти идеальная тишина, прерываемая лишь едва заметной вибрацией сотен механизмов, обеспечивающих субсветовую скорость кораблю «Хьюстон-212». Тихий гомон прогуливающихся пассажиров роскошного лайнера вплетался в общую симфонию звуков. Неяркий свет незаметных флюоресцентных ламп окрашивал стерильно-белые стены, придавая им приятный золотистый оттенок. В неглубоких нишах голубовато отсвечивали экраны, отображавшие безупречную работу техники. Длинные овальные иллюминаторы, занимавшие большую часть стен, заполняла немигающая россыпь звёзд. Все для развлечения пассажиров, которые никогда не догадывались: это лишь бутафория, создававшая ощущение вовлечённости в перелёт.

Капитан и штурман, проследовав лабиринт, который казался беспорядочным нагромождением коридоров, а на самом деле, подчинялся строгой гармонии, обеспечивающей идеальное функционирование корабля. Дошли до незаметной лестницы и поднялись наверх. Здесь все было просто и строго, как на подлодке. Узкие коридоры, по выкрашенным грязно-белой краской стенам которых извивались толстые змеи кабелей и труб. В конце капитан остановился. Подождал, пока дверь отойдёт в сторону, зашёл внутрь.

Штурман шагнул за ним. Хэнсен устроился за длинным столом и сурово взглянул на Робинсона.

— Какого дьявола ты постоянно лезешь к Таккеру? — он бросил грозный взгляд из-под кустистых бровей. — Да знаю я, — он махнул обречённо рукой. — Говнюк, каких свет не видывал. Шоумен хренов. Клоун. Но он наш почётный пассажир. Чтобы его черти взяли! Мы должны доставить его в целости и сохранности.

Капитан был почти одного роста с Робинсоном, но чуть более сухощавый, солидная проседь на висках аккуратно подстриженных рыжеватых волос. Круглая лобастая голова, желтоватый оттенок кожи и мудрый взгляд широко расставленных глаз с бежево-зелёной радужкой, делали его похожим на усталого тигра.

Штурман, не дожидаясь приглашения, развалился в кресле напротив стола. Криво усмехнувшись, бросил на капитана саркастический взгляд. Да, Хэнсен, его понимал хорошо.

Ларри Таккер — ведущий популярного шоу телекорпорации «Юниверс-Ти-Ви», в последнее время стал пользоваться услугами компании «Альфа Флайт», на которую работал Хэнсен и Робинсон. За пару перелётов успел надоесть всем до чёртиков. Казалось, использовал эти перелёты, чтобы отточить остроумие для шоу. Особенно это удавалось в отношении прекрасной половины человечества. Небольшого роста, худой, некрасивый, он умудрялся парализовать женщин своим обаянием. Они выбирали его, как пчёлы невзрачный цветок с самым сильным ароматом. Когда он входил, пространство буквально пронизывала магическая энергия, заставляющая поворачивать к нему голову, и не отводить взгляда. Улыбаться его шуткам.

Он уже второй раз летел на «Хьюстоне-212» и вновь все своё обаяние направлял на Нэнси, жену штурмана Робинсона, вызывая ярость у последнего.

— Не понимаю, Бобби, чем этот ублюдок берёт баб, — буркнул Робинсон. — В чем только душа держится. На мужика-то не похож. Ни рожи, ни кожи, — он скривился.

— Элементарно, Джимми, — откликнулся Хэнсен. — Ты вон какой здоровый вымахал, тебя бабы опасаются. А он маленький, шейка как у цыплёнка. У них просыпается материнский инстинкт. Хотят пригреть его на своей груди, накормить манной кашей, — он сделал вид, что качает на руках младенца.

— Ну да, кашей, — Робинсон подошёл к иллюминатору, бездумно вглядываясь в чернеющую бескрайнюю даль, утыканную всплесками ослепительных точек. — Есть в нем что-то. Зубоскалить умеет. Умный слишком.

— Профессионал. Ну и не забывай, — Хэнсен поднял указательный палец. — Какие у него гонорары. Тебе надо десять лет пахать, чтобы наработать столько, сколько он за одно шоу получает.

— И передача у него дерьмо!

— Это точно. Все равно, будь повежливей с ним. С его хозяином Стерлингом мне дела иметь не хочется. Вломит иск за физический и моральный ущерб — мало не покажется.

— Вломил бы я Таккеру по яйцам. С удовольствием, — постукивая кулаком о ладонь, кровожадно подытожил Робинсон, вернувшись в кресло.

— Джимми, ты должен думать сейчас не об этом. О нашем грузе. Ты понял? Груз — это главное.

Проводив взглядом капитана и штурмана, Таккер подождал минут пять, быстро обвёл глазами присутствующих. Толстяк в белом мешковатом костюме, несмотря на прохладу, источаемую кондиционером, с лицом, покрытым бисеринками пота, пялился в экран, изредка прикладываясь к стаканчику. Юная девица с розово-зелёными длинными волосами, в крошечном топике, сквозь который соблазнительно выпирала по-девичьи литая грудь, и юбочке, смахивающей на широкий пояс, о чем-то болтала с чернокожим барменом. У противоположной стены немолодая супружеская пара синхронно уставившись в звезды за широким иллюминатором, тихо переговаривалась между собой.

Таккер вышел в коридор, пересёк широкий холл, устланный ворсистым коричневым ковром, гасящим шаги и, стараясь не выпускать из вида Робинсона и Хэнсена, проследовал за ними. Подождав, пока они войдут в каюту, стал поодаль и прислушался к разговору, прижимая наушник. Лицо приняло задумчивое выражение. Губы скривила загадочная улыбка, он выключил экран и так же осторожно, на цыпочках, спустился вниз.

Миновав лабиринт коридоров с тихо попискивавшими приборами, остановился у двери в каюту с большим красным крестом.

— Привет, Нэнси, — бросил он, присаживаясь на стул.

Молодая женщина в комбинезоне, обтекающем серебром хрупкую фигурку, обернулась на шум открывшейся двери.

— Мой Бог, Таккер, с кем вы сцепились на этот раз? — недовольно тряхнула гривой каштановых с отблеском летнего мёда волос, но в глубине больших «оленьих» глаз с изумрудным отливом, промелькнула радость.

— Это замечательно, что вы так встречаете меня, — широко улыбнулся Таккер. — Надо использовать в шоу. О, Таккер, мой Бог! — он молитвенно сложил руки, состроив комичную рожицу, заставив Нэнси непроизвольно рассмеяться. Забросив голову назад, она показала маленькую ямочку на немного пухлом подбородке.

— Нэнси со смеющимся лицом, ни одна красотка не сможет заменить тебя, — пропел Таккер бархатным баритоном строчки старой песни эпохи джаза.

Девушка перестала улыбаться и прикусила губу, словно пыталась скрыть внезапно нахлынувшие чувства.

— Ладно, надо посмотреть вас. Кто на этот раз вас избил? — поинтересовалась она сухо.