«Племя Каина»

Александр Владимиров

Племя Каина

Племя Каина. Книга первая

Глава первая. Незнакомец

Отец Вячеслав — молодой монах Н-ского монастыря проснулся с необъяснимым чувством тревоги. Он и сам не мог понять, в чем дело, почему так неспокойно на душе. Монах прочитал молитву, несколько раз повторил себе: «Никогда не поддавайся унынию». И поспешил покинуть свою маленькую келью.

Холодный ветер резко рванул его рясу. А затем оглушил печальным октябрьским пением похожим на плач по ушедшему лету. Шуршала под ногами желтая листва — грустное напоминание о блистающей зеленью красоте природы.

«Что за нелепости лезут в голову, — подумал отец Вячеслав, — разве можно не восхищаться творением Божьим, не любить его! В каждом времени года — своя красота».

Он увидел отца Авраама, невысокого, худенького монаха лет сорока, румяного, с большим горбатым носом и складками у рта от постоянной улыбки. Отец Авраам славился неунывающим характером: неистощимый на выдумки, он пересыпал свою речь шутками, прибаутками, пословицами и приговорками, и любой вопрос у него решался как-то легко и радостно. Но сегодня и он выглядел сумрачным, в глазах читалась грусть. Увидев своего собрата таким, отец Вячеслав ощутил сильное сердцебиение, и еле сумел выдавить из себя:

— Как он?.. Что с ним?..

Отец Авраам только махнул рукой:

— Совсем плох. Не знаю, протянет ли сегодняшний день…

Речь шла об иеромонахе отце Александре, которому почти девяносто. Почтенный и тяжелый возраст! Вся гора прожитых лет обрушивается на тебя сотней болезней, а немощь расползается по телу, делая из некогда сильного человека подобие живой искалеченной куклы. Связь с землей — все ближе, ощутимее, тебя непроизвольно тянет и тянет к ней. Великие замыслы меняются на единственное желание: еще бы чуть-чуть здоровья!

Отец Александр почитаем и любим монастырской братией. И не только ею. Многие приходили к нему за советом, и он не отказывал никому. Он был чуток и точен в видении будущего, светлая прозорливость эта поражала и притягивала. Поэтому люди шли и шли к нему, а немощный старик помогал. И вот теперь никто не поможет ему.