«Автоматная баллада»

Андрей Уланов

Автоматная баллада

Автор выражает глубокую благодарность участникам военно-исторического форума «ВИФ2НЕ» и особенно Борису, Седову, Максиму Попенкеру, Евгению Путилову и Александру Москальцу.

Оружие любит ласку, чистку

и смазку, всё остальное — фигня.

Так говорил капитан Перовский,

а он был умней меня.

Глава 1

Вот я — детище прогресса,

Магазин от «АКСа»,

Тридцать медных духов смерти

У меня внутри сидят.

Я без дела не скучаю —

В ствол патроны досылаю

И не знаю, не гадаю,

Кто в чьё сердце полетит.

Для меня они — близняшки,

Все двойняшки да тройняшки,

Сколько их таких вот было —

Мне вовек не сосчитать.

Я — вершитель чьих-то судеб,

Я не знаю, что за люди

Примут гибель полной грудью

От моих пять — сорок пять.

Дмитрий Волжский

Сашка

Я слишком поздно заметил эту жабу. Вдобавок Сергей в тот момент держал слегу в правой, и пришлось сначала толкнуть его в бок, прямо в болотную грязь. И лишь потом стрелять, чувствуя, как каждое движение затвора захватывает добрых полста граммов вонючей жижи. Жаба медленно падала на нас, смешно растопырив лапки и сверкая белыми крючками ядовитых клыков, пули прошивали её насквозь, не успевая раскрыться, уносясь куда-то в низкое пасмурное небо — а я-то знал, какие это живучие твари, жабы-гребешки, и знал, что ни один жизненно важный орган мои пули пока не задели.

Наконец она тяжело плюхнулась в полуметре от меня, и я двумя пулями в упор вышиб из неё тот комочек студенистой дряни, который эта нелепость природы почитала своими мозгами, разнёс, в ошмётки превратил проклятую плоскую головку, — и над трясиной вновь повисла тишина.

— Вот ведь сука, — побулькал Сергей, вставая. Я не мог говорить, чёртова жижа залепила буквально всё, и лишь коротко кивнул в такт его движениям. — И ведь, главное, что обидно, ничегошеньки с этой твари полезного не взять! С паршивой белки и то… — он с размаху пнул тушку носком сапога, оттопыренные лапки рефлекторно дёрнулись — Сергей с воплем отскочил назад и едва не свалился с тропы.

Вообще-то он был не совсем прав — болотники охотно пользуются жабьим ядом, намазывая им наконечники самострельных дротиков. Только для этого надо уметь правильно вырезать железы, да и умеючи — без толстых перчаток, с одним ножом… пакостной возни минут на десять-пятнадцать. Не, нам такое сто лет не надо.

— Ноги, мля, промочил из-за неё… в сапог затекло. Во, мля…

«Сказал бы я, куда мне затекло, — зло подумал я. — До захода меньше получаса осталось, а до островка, если будем идти в прежнем темпе, минут сорок. А если ещё и над каждой туевой жабой материться, так и все пятьдесят!»

— Ладно, мля, — выдохнул Сергей. — Щас всё равно ни хрена не сделаешь… поползли, что ли…

И мы поползли.

По дороге к островку мы падали ещё три раза, причём последний раз Серёга при… приводнился? не, приболотился особо неудачно — на правый бок, плечом вперёд, как раз туда, куда за пять минут до этого перевесил мой ремень. Срань господня… и мать моя фреза… я уже говорил сегодня, что чёртова жижа была буквально везде? Так вот, в тот раз ни фига она не была везде, зато в этот забралась в такие места, о которых я уже чёрт-те когда забыл. И было той грязи до… короче, два раза «да ну его на хрен» и ещё столько же!

— Ничё, Саня, — бормотал Сергей, придерживая меня правой. — Ща доберёмся до островка, запалим костёрчик, я тя разложу, устрою, гы-гы, тряпочный массаж, как в лучшем блядском салоне… ещё чуть-чуть потерпи.

Я не отвечал — мне было хреново. Вернее, мне было не просто хреново — ко мне вплотную подбирался маленький полярный зверёк зеленоватого оттенка. Зеленоватого, как эта проклятая жижа, которая теперь вытекала из меня… ох, как я счастлив, что Серёга тащит меня сейчас в таком положении, что эта дрянь из меня хоть понемногу капает. Но всё равно — господи, как мне хреново! Господи! Ну на кой ты придумал и сотворил болота?! А? Другого способа поиздеваться над людьми не нашлось? Ну и издевался бы себе… а я-то, я-то здесь при чём?!

Эх, если бы в этот момент мне на мушку попался тот проклятый старикан, который загнал нам с Серёгой эту хренову карту, — блин горелый, пятьдесят пять патронов за неё отдали! Пятьдесят пять чистеньких, аккуратненьких, один в один автоматных патрончиков калибра семь зэпэтэ шестьдесят два, не моего калибра, а то бы хрена лысого он получил, а не патроны! Попался бы он нам сейчас — мамой-фрезой клянусь, высадил б в него полный рожок, не пожалел бы на гада! У-у-у… мля, не могу больше… утопите меня на хрен! Хочу тихо лежать на дне и раз в сто лет выпускать ма-ахонький пузырик, а потом снова засыпать на следующие сто лет.

И всё-таки мы добрались до островка и упали с маху на влажную, похлюпывающую, но — чёрт её побери! — твёрдую землю и минут двадцать валялись, как два трупа, без малейшего движения. Потом Сергей, кряхтя, словно столетний дед, поднялся, отволок меня чуть повыше, аккуратно прислонил к кривому деревцу и принялся рыться в мешке.

— Ща, Санёк, — шептал он, — ещё малёхо потерпи… сварганю костерок… и сразу тобой займусь, лады?

Сам он тоже выглядел далеко не Аполлоном Бельведерским — так же как и я, весь, от макушки до пяток, измазан в грязи, оба сапога уже давно хлюпали на полболота, ладони ободраны о слегу. Но я твёрдо знал, что он не врёт и, как только запалит костёр и сможет видеть, что делает, он займётся сперва мной, а лишь потом собой.

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY