Для чтения книги купите её на ЛитРес
Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY
Дмитрий КАЗАКОВ
ДЕМОНЫ ВАЛЬХАЛЛЫ
Я солдат, недоношенный ребенок войны.
Я солдат, мама залечи мои раны.
Я солдат давно забытой богом страны.
Я герой, скажите мне – какого романа?
«5'NIZZA»
Глава 1.
Глаза открывались так плохо, словно их залили клеем, голова гудела, а во рту царила сушь пустыни Сахара.
Вильям поднял веки, огляделся и с ужасом понял, что находится в незнакомом месте и, что самое страшное – не помнит, как сюда попал. Он лежал на нижнем ярусе узкой и очень неудобной койки, а прямо перед носом была стена – серый, изъеденный временем бетон.
Вильям попытался развернуться, и со второй попытки это ему удалось. Напротив, на точно такой же койке, отделенной узким проходом, сидел лохматый дед, похожий на седую обезьяну. Бесцветные глазки на морщинистом лице смотрели настороженно.
– Где я? – спросил Вильям, совершив форменное насилие над языком и губами.
– Где-где, в тюрьме! – ответил дед неожиданно тонким фальцетом и пронзительно расхохотался.
"Тюрьмами" по привычке именовали центры правосудия, сочетающие в себе место заключения, прокуратуру и полицейское управление. Не покидая единого комплекса зданий, человек ожидал результатов суда, получал срок, а потом отбывал его.
С верхней койки свесилась еще одна голова, безволосая и круглая, как футбольный мяч.
– Где ж тебе еще быть, парень, – пробурчала она, – насколько я понял, ты задержишься тут надолго. Привыкай, ежкин кот!
Вильям растерянно потер лоб. Мысли в тяжелой, как чугунок, башке ворочались с трудом. Как он, скромный работник городского архива, мог попасть в тюрьму?
Дмитрий КАЗАКОВ
ДЕМОНЫ ВАЛЬХАЛЛЫ
Я солдат, недоношенный ребенок войны.
Я солдат, мама залечи мои раны.
Я солдат давно забытой богом страны.
Я герой, скажите мне – какого романа?
«5'NIZZA»
Глава 1.
Глаза открывались так плохо, словно их залили клеем, голова гудела, а во рту царила сушь пустыни Сахара.
Вильям поднял веки, огляделся и с ужасом понял, что находится в незнакомом месте и, что самое страшное – не помнит, как сюда попал. Он лежал на нижнем ярусе узкой и очень неудобной койки, а прямо перед носом была стена – серый, изъеденный временем бетон.
Вильям попытался развернуться, и со второй попытки это ему удалось. Напротив, на точно такой же койке, отделенной узким проходом, сидел лохматый дед, похожий на седую обезьяну. Бесцветные глазки на морщинистом лице смотрели настороженно.
– Где я? – спросил Вильям, совершив форменное насилие над языком и губами.
– Где-где, в тюрьме! – ответил дед неожиданно тонким фальцетом и пронзительно расхохотался.
"Тюрьмами" по привычке именовали центры правосудия, сочетающие в себе место заключения, прокуратуру и полицейское управление. Не покидая единого комплекса зданий, человек ожидал результатов суда, получал срок, а потом отбывал его.
С верхней койки свесилась еще одна голова, безволосая и круглая, как футбольный мяч.
– Где ж тебе еще быть, парень, – пробурчала она, – насколько я понял, ты задержишься тут надолго. Привыкай, ежкин кот!
Вильям растерянно потер лоб. Мысли в тяжелой, как чугунок, башке ворочались с трудом. Как он, скромный работник городского архива, мог попасть в тюрьму?
Комментарии к книге «Демоны Вальхаллы», Дмитрий Львович Казаков
Всего 0 комментариев