«Мир-о-творец»

Ланцов Михаил Алексеевич

Мир-о-творец

1559 год, 19 сентября, Константинополь

— НЕТ! — рявкнул Андрей, выслушав депутацию. — И не просите!

— Но почему? — осторожно поинтересовался московский патриарх Сильвестр.

— Причины две. Прежде всего я не могу стать младшим соправителем Царя. Приняв титул Императора Восточной Римской Империи, я просто потерял возможность для этого. Как Император может стать младшим соправителем Царя? Царя, который суть цезарь или если правильно выговаривать — кайсар, который в старинной для Рима традиции, являлся либо членом семьи монарха, либо младшим соправителем Августа, сиречь Императора. Это просто бессмыслица какая-то выходит…

— А какова вторая причина? — спросил Шереметьев после несколько затянувшейся паузы, полной удивленного ропота. Такой трактовки титула они еще не слышали и оказались в известной степени ошарашены.

— Я не хочу этого делать.

— Но почему?

— Потому что не Царь, а вы и только вы довели Русь до этого состояния! — холодно и жестко процедил Андрей. — Я подробно описал и самым тщательным образом объяснил, как проводить реформу армии. И что? Да ничего! Вы срывали выполнение приказов Царя и всячески в тех делах мешали, а то и вредили! Вы вели двойную и тройную игру, пытаясь на говне собрать сметану! И предавали, предавали, предавали… Так что катастрофа, которая постигла Русь сейчас — это всецело ваша заслуга. И я не хочу подтирать вам задницы. Ведь после моей победы ничего не изменится. Вы как занимались черти чем, так и продолжите растаскивать Русь по кускам. Вы как не хотели здраво мыслить, так и не станете, погрязнув в своих местнических разборках…

Молодой Палеолог замолчал, обводя взглядом этих людей. Заглядывая каждому в глаза. Он знал их как облупленных. И прекрасно представлял интересы каждого. Особенно после той бойни в кремле, когда пал клан Шуйских и открылось большое окно возможностей…

— Не могу и не хочу. — повторил Андрей после вновь затянувшейся паузы. — Кроме того, это и не представляется возможным. После столь сложного похода моему войску требуется отдых. Да и бросать Константинополь сейчас нельзя. Сами видите — город пуст. Его некому будет защищать, если я уйду.

С чем аудиенция и завершилась. Официальная.