«Граф»

Ланцов Михаил Алексеевич

Помещик. Том 6. Граф

1556 год, 12 августа, Москва

Царские палаты.

Андрей вошел в них уже в который раз.

Его узнавали. С ним здоровались. Ему улыбались. А если кто, что злое и умышлял, то вида никакого не подавал.

Однако страх и робость никуда не ушли. Они сидели где-то на уровне подсознании. И, несмотря ни на что, нервировали. Слишком сильная была в свое время пропаганда. Слишком тесно она переплеталась с фактами, из-за чего не сразу можно было отличить, где правда, а где ложь. Все-таки речь шла об Иоанне Грозном, прозванном за ласковый нрав Васильевичем.

Да, Андрей уже успел понять, что настоящий Царь и его образ, сформированный при Романовых, очень сильно отличаются друг от друга. Как небо и земля. И что Иоанна Васильевича вынудить на решительные, поспешные действия еще нужно умудриться. Ибо осторожен он и подозрителен, чтобы рубить с плеча…

Но все равно — каждая встреча с Царем вызывала в Андрее внутреннюю робость. Настолько сильную, что, дабы бороться с ней, он специально себя накручивал и вынужденно демонстрировал этакую бравурность что ли и лихость…

Дверь открыли.

Андрей вошел.

И в своей манере поклонился царю, не сгибая спины.

— Государь, — синхронно с поклоном произнес воевода.

— Рад, что ты пришел не мешкая, — улыбнулся Иоанн Васильевич и кивнул на сидящего в уголке на лавке мужчину с несколько затравленным видом. Одет он был богато. Выглядел опрятно. Но эти глаза… — Вот, полюбуйся.

— А что он испуган-то так? Провинился в чем?

— Лгал мне. Самозванством занимался. Потом, правда, искупил. Но я не знаю, чем этого прохвоста занять.

— Прохвост? Интересно, а чем он так отличился то?

Иоанн Васильевич улыбнулся и вкратце поведал историю приключений этого испуганного человека. Само собой, вставляя едкие замечания и пояснения.

Андрей же слушал и диву давался.

Он прекрасно знал, что не все англичане пережили поход во время первой экспедиции на русский север. И два из трех кораблей погибли. Угорели экипажи, когда грезились зимой. Однако в оригинальной истории корабли нашли рыбаки и все как-то улеглось. Тут же вот — выискался проходимец, выдавший себя за покойного капитана. Лихой малый. Наглый. Дерзкий. И главное — пока еще живой…