«От Суры до самых до окраин»

— Ну что, отроки, говорят, вы уже всё знаете, прошли всю воинскую науку и вам надо почетные знаки выдавать, — говорил сержант, прохаживаясь перед нами. Мы — это два отделения, прошедших в Окске КМБ и отправленных для прохождения первых шести месяцев службы в Клязьминск.

Сам я из Окска, попал туда с переселенцами из верховий Оки. Мне так Яван рассказал о первых годах моей жизни, сам я почему‑то мало что помнил. Дело в том, что я остался сиротой, и старейшины избавились от лишнего рта, хотя я уже тогда был совсем не маленький и выполнял всё, что мне поручали и что было мне по силам. Но приехали люди из Окска, и старейшины обменяли меня на топор и нож. Мне сначала было обидно, но потом, когда прижился в новом поселении, начал ходить в школу, учиться наукам и ремеслу, стал даже радоваться такой перемене.

Да и Яван с Доляной меня приняли как родного, я потом практически жил у них все время. Вот Яван мне и посоветовал идти на воинскую службу, сначала пройти два — три контракта в егерях или ушкуйниках, а потом уж думать, служить дальше или податься в казаки. Для таких как я, в Земстве две дороги. Или если ты очень умный, пройди дополнительное обучение в Сурске и стань мастером, или иди в армию.

Причем не просто навсегда солдатом, можешь после нескольких контрактов перейти в казаки, правда жить придётся в беспокойных местах, но оружие дадут, дом построят, утварь и скотину, семена выделят бесплатно. Живи и служи, охраняй границу и занимайся хозяйством, найди себе девку по вкусу, расти детей. Для такой жизни тебе Земство всё даст. А можешь остаться в армии, хоть обычным солдатом, хоть пройти обучение в сержантской или офицерской школе и служить дальше.

Земство и в этом случае обеспечит тебя всем нужным, одеждой, питанием, развлечениями, только честно выполняй свой долг. А начало всему — два — три контракта обычной службы в любом воинском подразделении Земства. Правда, за это время приходится сменить несколько различных поселений, никому не дают сидеть долго на одном месте, да ещё в хорошо отстроенном городе. Но это дело привычное, мы люди не избалованные, так что лишь бы кормили хорошо, а уж послужить для Земства мы всегда готовы.

— Эй ты, длинный! Что можешь? — меня, что ли, сержант приметил.

— Я, товарищ сержант. Прошел КМБ, говорить команды не было.