Тайна власти, или Император

повествование фантастическое и фантасмагорическое из римской жизни, с предисловием, послесловием, примечаниями и приложениями, сохранённое и дополненное заботой и трудами ревностными современников и отдалённых потомков

"<…> вскоре оказалось, что сенаторы, народ и расположенные в городе войска испытывают одни чувства, а легионы и полководцы — совсем другие; ибо разглашенной оказалась тайна, окутывавшая приход нового принцепса к власти, и стало ясно, что им можно сделаться не только в Риме".

Корнелий Тацит.

Предисловие Марка Юния Севера

Эта рукопись, а точнее беспорядочная кипа листов, досталась мне от моего товарища, префекта X когорты, VII Эдесского легиона Эгнация Кассиана, павшего в сражении близ Адрианополя [1] в числе тысяч несчастных, полегших под копытами готской конницы. День тот был днем ужасающего поражения, нанесенного римскому оружию свирепыми варварами. Избиение бегущих в панике солдат прекратилось только с наступлением ночи. Император Валент, командовавший римской армией, пропал без вести.

Я обнаружил их среди вещей, переданных мне одним из бывших сослуживцев Эгнация, уцелевшем в том бою. Удивительно, но мой друг, словно заранее предчувствуя свою смерть, оставил наиболее ценные, с его точки зрения, предметы городскому нотарию, приложив их к предусмотрительно составленному завещанию и просил в случае его смерти передать свое скромное наследство мне. Что и было в точности исполнено. Потратив несколько дней для того, чтобы привести их в относительный порядок, я смог, наконец, прочесть то, что считал необходимым сохранить несчастный Кассиан. Это были обрывки истории правления императора Цельса. К сожалению, значительная часть её была безвозвратно утрачена.

Описанию исторического периода, названного впоследствии "эпохой солдатских императоров", был предпослан отрывок из произведений Луция Аннея Сенеки [2]:

"<…> И предки наши жаловались, и мы жалуемся, да и потомки наши будут жаловаться на то, что нравы развращены, что царит зло, что люди становятся все хуже и беззаконнее. Но все эти пороки остаются теми же и будут оставаться, подвергаясь только незначительному изменению, подобно тому как море далеко разливается во время прилива, а при отливе снова возвращается в берега.

Порою станут более предаваться прелюбодеяниям, чем другим порокам, и разорвут узы целомудрия, порою будут процветать безумные пиры и кулинарное искусство — позорнейшая пагуба для богатств.

Порою будет распространяться чрезмерный уход за телом и попечение о внешности, прикрывающее собой духовное безобразие. Будет время, когда худо управляемая свобода перейдет в нахальство и дерзость.

По временам станет распространяться жестокость в частных и общественных отношениях и неистовые междуусобные войны, во время которых подвергнется профанации все великое и святое.

Будет время, когда войдет в честь пьянство и будет считаться достоинством пить вино в самом большом количестве. Пороки не ждут в одном месте: подвижные и разнообразные, они пребывают в смятении, подстрекают и подгоняют друг друга.

Впрочем, мы всегда должны заявлять о себе одно и то же: мы злы, злыми были и, с неохотой добавлю, злыми будем. Будут убийцы, тираны, воры, любодейцы, грабители, святотатцы и предатели; ниже их всех неблагодарный, если не признать того, что все пороки, о которых шла речь, происходят от неблагодарной души, без которой едва ли возросло бы какое — нибудь крупное преступление".

Рассказ о событиях, связанных с жизнью императора Цельса, перемежается хроникой правления пяти принцепсов [3], так или иначе возведённых на престол либо армией, либо преторианской гвардией.

26 сентября 398 года. Равенна.

Примечания:

[1] О битве при Адрианополе — в приложении.

[2] Луций Анней Сенека (ок. 4 г. до н. э. — 65 г. н. э.) Родился в Цельсубе, Испания. Отец Сенека — Старший был известен как ритор и теоретик ораторского искусства. Сенека — Младший был последователем стоического учения, принадлежал к философской школе младшей стои. Учитель будущего императора Нерона. После провозглашения Нерона императором стал наиболее влиятельным человеком в Римском государстве, определяя, по существу, его внешнюю и внутреннюю политику. Щедрость императора делает Сенеку самым богатым человеком Империи. После смерти друга — префекта претория Афрания Бурра, благодаря которому Нерон был признан солдатами цезарем, отошел от политики и удалился в своё загородное имение. В 65 году по подозрению в причастности к заговору Пизона получил от Нерона приказ покончить жизнь самоубийством, который и исполнил. Среди его произведений можно назвать следующие: "Нравственные письма к Луцилию", "О счастливой жизни", "О благодеяниях", "Отыквление божественного Клавдия" и др.

[3] Принцепс (princeps — первый). Во время Республики так называли сенаторов, бывших первыми в списке сената и первыми голосовавших. В Империи — именование императора. Отсюда — принципат (principatus).

Лист первый

"21 марта 276 года легионы армии Верхнего Рейна провозгласили императором легата IX Волчьего легиона Гая Максима Катула Цельса. Волчьим этот легион прозвали по двум причинам: во-первых, потому что все знаменосцы [1] носили поверх доспехов волчьи шкуры с накинутыми на голову оскаленными мордами и во-вторых, оттого, что в нем служили германцы, среди которых были и такие, кто мог впадать в воинское безумие, становясь поистине неуязвимым для врага [2]. Варвары искренне считают, что в этот момент в них вселяется душа зверя, с которым воины себя и отождествляют.

К тому времени, помимо Цельса в Империи было несколько претендентов на престол. В Сирии расквартированные там войска поддерживали наместника провинции Марка Габиния, в Македонии управление государством взял на себя центурион пограничной когорты Марций Минуций, из Африки слал эдикты бывший сенатор Анций Кальпурний, в одночасье превратившийся в Цезаря Гая Юлия Октавиана Августа II.

В Риме правил Валерий, ставленник сенатской партии…"

Примечания:

[1] Знамена легиона в виде орлов ввёл в войсках Гай Марий. Орёл по латински — аквила. Отсюда авилифер — то есть знаменосец. Во времена Республики орлы были серебряные, при Империи — золотые. Император Траян, по примеру парфян и даков, у которых боевыми знамёнами были драконы, изготовленные из разноцветной ткани и прикреплённые к древкам, ввёл в римской армии подобные знаки воинских подразделений. Знаменосцы, носящие драконов, назывались драконариями. Знаменосцы поверх доспехов носили шкуры хищных зверей, обычно львов и др. Помимо легионных знаков, свои значки имели и манипулы. У преторианской гвардии значки имела каждая когорта. На древке боевого значка укреплялся медальон с поясным рельефным изображением императора. В легионах на боевых значках крепились также медальоны с рельефными изображениями Марса, Миневры, Беллоны (богини войны, сестры бога Марса).

[2] Точнее, во вспомогательных когортах, приданных IX легиону.

Лист второй

Бесконечность войны, переходящая в бесконечность дождя — вот что такое судьба. Легионеры нестройными шеренгами проходили мимо императора. Намокшие плащи, покрывающие чешуйчатые доспехи, щиты в чехлах, перекинутые за спину, тусклые серые шлемы, неровный пунктир остро отточенных наконечников дротиков. Лица солдат терялись, утрачивая индивидуальность, сливались в одну застывшую маску войны, полную отчаяния и усталости. Знамёна легионов