«Лань Белая»

Юлия Чибирева

Лань Белая

Часть первая. Морох

– За семью морями, за семью лесами Град стоит. Окружён он морями огненными, лесами дремучими, полями бескрайними, оврагами бездонными, горами высокими. Путь туда долог и тернист. Много бед подстерегает ищущего, много испытаний. В Граде том сад дивный, трава-мурава шелковая, цветы радугой рассыпаются. Птицы райские сладкими песнями заливаются, о судьбе грядущей вещают, о прошлом и будущем. Древо в саду том стоит древнее. Древнее и мудрое. Века стоит неисчислимые и стоять будет впредь. Плоды на Древе том спелые, наливные. Да не у каждого рука поднимется сорвать плод тот, ибо страстен он. Не у каждого, что сорвёт, хватит сил удержать его. А если и найдётся тот, кто дойдёт до Древа и плод сорвёт, да удержит его, выстоит ли он, надкусив этот плод? Наполнится он Силой великою и Мудрость вечная войдёт в разум вкусившего. И уйдёт в прошлое вся его жизнь, и не будет знать он, куда идти далее, ибо не проторена та тропа, по которой идти следует. А если и была та тропа, то заросла она за века быльём. Будет вкусивший искать путь свой и Силой ратною, да удалою, наполнится сердце его, ибо вести ему за собой ищущих, но не посмевших дойти до Древа того. И биться с Тайною предстоит ему…

Монотонный рассказ оборвался. Старческий женский голос ласково проворчал.

– Гляди-ка, дед, внуча-то твоя носом клюёт. Снеси-ка на топчанку-то. Пусть спит себе…

Дед, кряхтя, встал с лавки, подошёл к столу, навалившись на край которого, сопела девчушка лет пяти. Аккуратно приподняв, перенёс на небольшой сундук в углу избушки, укрыл потёртым куском овчины.

– И то верно, – вернувшись на место, деловито произнёс, – пусть спит, сон силу даёт.

Она резко открыла глаза. Тихо. Показалось… Наверное, поблизости хрустнула ветка, вот и привиделось. Выдохнула, успокоилась. Было сыро и холодно. На ветках настила поблёскивала смола. На ночлег устраивались уже в темноте, собирали первое, что оказывалось под рукой, вот и накидали липкого лапника. Става зажмурилась и ещё раз прислушалась к ощущениям, вспоминая сон. Что её так напугало? Сумрачное облако с размытой грацией лесной копытницы или лунные переливы на её спинке? Белые пятна на белой шёрстке…

Снаружи послышались шаги. Уже встали, развели костёр и нагрели воды для чая. Ждут её.