«Ассана. Путь к свободе»

Айлин Лин

Ассана. Путь к свободе

— Негритянка! Будешь моей рабой! — кричал мальчишка на весь школьный коридор, попинывая мой рюкзак.

Привыкнуть к обзываниям не получалось от слова совсем. И почему дети такие злые и безжалостные?

Моя прапрабабушка была наполовину африканкой. Бабушка и мама совершенно белокожие женщины. Блондинки. И надо же было такому случиться, что я пошла в дальнюю родственницу. И обидные прозвища, которыми меня называли: «чернорожа», «чернопопа» «чёрная» и другие клички, всегда вызывали слёзы и желание дать в морду. И не сказать же, что я была настоящей негритянкой. Вовсе нет. Просто очень смуглой. Отличалась от других — да. Но черты лица были вполне привычными.

И мама, чтобы унять вечные слёзы любимого дитя, отдала меня на секцию айкидо. Через год упорных тренировок задирать и обзывать меня опасались все в школе. А ещё через пару лет отпала необходимость столько времени тренироваться — я подросла и превратилась, как говорится, из гадкого утёнка — в лебедя. И внимание мальчишек очень мне льстило, хотя я, помня прошлые обиды, делала вид, что меня никто не интересует.

Но тренировки я не бросила. Не такой у меня характер.

Первый дан получила сразу после школы, а дальше решила, что буду заниматься просто для себя, чтобы поддерживать тело в хорошей физической форме.

Шли годы, я закончила университет и получила профессию IT-шника, как у нас любят сокращать. Нашла престижную работу и коллектив попался вполне дружелюбный.

А через пару лет я-таки решилась и оформила ипотеку. Красивый дом комфорт класса — всегда о таком мечтала. Но было одно большое «но». Со мной довеском шла бабушка и её второй муж. Я никак не могла бросить единственную кровную родственницу в увядающей деревушке на пять домов. Обещала маме за ней присмотреть. Её супруг был мерзким старикашкой. Хотя, должна отдать ему должное, шустрый гад, тут же развёл бурную деятельность и его избрали ни много ни мало — председателем кооператива собственников квартир. Альберт Акакиевич мне не нравился, но я терпела. Он вёл себя в моём присутствии очень прилично. Но презрительное отношение к другим людям, которым меньше повезло в жизни, сильно меня напрягало.

Устала с ним ругаться, только нервы портить.

Как-то я спросила бабушку, почему она вышла замуж именного за него. И получила исчерпывающий ответ:

— Дорогая моя внучка, он ведь моложе меня был. Красив. Умён. Влюбилась я, глупая. А когда поняла, что человек он с гнильцой, поздно было. Состарились. Рука не поднялась выгнать. Куда его? Не оставлять же помирать одного? Мы люди, а не звери, грех это.

На эту речь я не нашлась, что ответить.

Запищавший телефон отвлёк меня от мыслей о родственниках.

— Аня, привет! — в трубке раздался весёлый девичий голосок лучшей подруги Иры, — ты сегодня на свою тренировку пойдёшь?

— Да, обязательно. Ты же знаешь, я стараюсь их не пропускать, — зевнула я в ответ. — Ты звонишь мне каждую пятницу и пытаешься сбить с пути истинного, и каждый раз, когда я соглашаюсь — твои затеи заканчиваются печально, — хмыкнула я, но всё же добавила, чтобы уж совсем не обижать подругу, — завтра "сбей", а сегодня я скажу тебе — нет.

— Ты не понимаешь, — я сразу представила, как девушка надула розовые румяные щёчки в притворном негодовании, — сегодня Серёжа приведёт своего друга. И я видела его фотографию. Он такой… такой… короче, закачаешься!

Зачесался нос, и я чихнула. Знак, что если соглашусь, то меня будет ждать вечер томных взглядов и навязчивых предложений скоротать ночь вместе. Отказ снова не будет понят и горе-любовник с расквашенным носом отбудет восвояси.

— Не сегодня, — твёрдо ответила я и Ирка, почувствовав в моём голосе знакомые стальные нотки, сдала назад. После чего она поделилась со мной десятком наисвежайших сплетен (которые я благополучно пропустила мимо ушей) и распрощалась.

До конца рабочего дня оставалось несколько минут. Нужно потратить их с умом, решила я и достала из сумочки карманное зеркальце. Так, тушь нужно снять, иначе после тренировки буду выглядеть, как обезьянка с чёрными кругами под глазами. Достала жидкость для снятия макияжа, спонжики и тщательно убрала всю краску с ресниц. Может всё-таки наклеить? Зато не нужно будет по утрам мучиться у зеркала, растягивая губы в несуразно большую букву "о". Хмыкнула. И посмотрела на своё отражение снова: смуглокожая девушка, чего уж там мулатка-шоколадка, двадцати пяти лет с блестящими большими чуть раскосыми карими глазами глядела на меня и загадочно улыбалась. Показав самой себе язык, я весело рассмеялась и захлопнула крышку зеркала. Пора выдвигаться.

Подхватив сумочку и спортивный рюкзак, устремилась на выход из кабинета. Кабы в пробку не попасть!

— Хок! — окликнул меня тренер, когда я мышкой скользнула в зал, где уже вовсю разогревались ребята. — Опоздала.

Склонившись в традиционном приветствии, я развела руками и ответила:

Тренер кивнул и указал подбородком на разминающихся ребят.

Выполняя привычные движения, вдруг вспомнила свою первую тренировку и голос наставника, который говорил об айкидо, как о самом высоком искусстве единения человеческого тела и духа, дыхания и движения, как об искусстве, которое предполагает полный отказ от собственных амбиций. Айкидо — это не просто одна из разновидностей японской борьбы. Это движения, направленные на защиту, а не на атаку, упор делается на силу разума, а не на физическое развитие.

— Во время борьбы тело должно быть расслаблено, — говорил мой первый учитель, пожилой мужчина с полностью седыми, коротко стриженными волосами, — а ум напряженным. Цель айкидо — не победа. Цель айкидо — побудить противника не нападать и перенаправить его агрессию в мирное русло. Цель айкидо — использовать агрессию оппонента против него же самого, а самому остаться в духовной безмятежности. Философия айкидо — равнение на природу, где царит гармония и нет конфликтов.

Моя первая победа. Награждение.

— Поздравляю! — говорит наставник, и даёт мне прозвище, которое со мной и по сей день. — Хок! Ты, как ястреб быстрая, стремительная. Летящая и опасная. Оставайся такой всегда! — и тогда Михаил Михайлович впервые мне улыбнулся.

Моих губ коснулась печальная улыбка, как жаль, что старого тренера больше нет с нами.

— Хок! — окликнул меня мой нынешний тренер, ученик Михал Михалыча — Константин Львович, я даже чуть сбилась с ритма от неожиданности, — чего это с тобой сегодня? В облаках витаешь! Возьми себя в руки!

Действительно, что это со мной?

Я подошла к кулеру и набрала в пластиковый стаканчик воды. Резко выплеснула холодную жидкость себе в лицо. Помогло. Тренировка вошла в привычную колею.

Вечер был по-летнему мягок, ветер обдувал разгорячённые щёки, и я шла довольная собой и хорошо окончившимся боем на боккенах (прим. автора: боккен — японский меч из дуба, который в зависимости от цели может быть гибким, с толстой рукоятью или с утолщенным лезвием).

Моей безоговорочной победой.

Запрокинув голову, посмотрела на темнеющее небо и мигающие яркие точки далёких звёзд. Подмигнула им в ответ и рассмеялась своему глупому поступку.

Дома меня ждал сытный ужин и забота бабушки. Альберт Акакиевич уже лёг спать, и я была рада, что его физиономия не маячит передо мной, когда я с удовольствием поглощаю вкуснющую пищу.

Уснула в три часа ночи. Инстаграм, ютуб — заняли несколько часов моего внимания. Знаю, что глупо торчать в социальных сетях, но я дитя своего времени, как бы я жила без телефона? Наверное, на вторые сутки точно сошла бы с ума.

Подумав об этом, выключила гаджет и укрылась тонким пледом с головой.

Завтра суббота, точнее уже сегодня, а это значит, что можно выспаться. Понежиться в постели и никуда не спешить.

Засыпала я с улыбкой на губах, строя планы по ничегонеделанью.

Проснулась я резко. Замёрзла так, что зубы выбивали барабанную дробь и кончики ушей готовы были вот-вот отвалиться.

Это что за фигня такая!?

Почему в моей квартире настолько холодно?

Глава 2 Новый мир

Я стояла и смотрела на то, что происходит перед домом, совсем недалеко от нашего подъезда. Мне всё ещё не верилось в то, что наш жилой комплекс, такой надёжный, стоявший в элитном районе, провалился в бездну. Почти. Осталось не так много, и он точно туда (в бездну) рухнет.

Тем временем между соседями шла нешуточная борьба: одна половина хотела отправиться в одну сторону, другая в другую. Громкие крики, залетавшие в приоткрытое окно, не оставляли в этом никаких сомнений.

— Нужно идти вдоль этого обрыва! На запад! — громко говорил Альберт Акакиевич, потрясая кулаком в морозном воздухе.

— Предлагаю идти на юг! — крикнула молодая хрупкая девушка в ответ. Её звонкий голос был очень убедителен.

— Алана, как ты обоснуешь своё предложение? — накинулся на неё Акакиевич.

— Скажу просто: юг — тепло, а холод я не люблю, — пожала девчонка плечами и предложила:

— Люди, а давайте просто проголосуем?

Я отвернулась от окна и сказала бабушке:

— Альберт Акакиевич считает, что нужно идти вдоль обрыва. Я так понимаю, он думает, что лучше держаться вблизи воды. Но мне это не совсем понятно. Любое другое направление — не хуже. И вообще, я бы никуда отсюда не уходила. Разведать местность. Оглядеться. А потом решать: стоит отсюда сваливать, али обождать здесь. Может, портал в наш мир снова откроется?

Бабушка Надя возразила:

— Я считаю, что Альберт прав. Нужно идти, держась вблизи воды.