«И настал тот час»

Полли Нария

И настал тот час

– Доброе утро, Тина.

Голос Юниверс разнёсся по каюте. Одна из дальних ламп привычно заморгала и включилась на треть мощности. Я потёрла глаза и рывком села в постели, вспомнив какой сегодня день.

– Который час?

– Полшестого.

Фух. До общего сбора ещё полчаса, и я успею даже принять душ.

– Есть кто–то в общем зале?

– Лекса Эванс. Пришла в пять утра. Совершила пробежку. В данный момент она в тренажёре.

Поняла, что душ мне не светит. Внутри начало зарождаться раздражение.

– Какой этап?

– По этому запросу нет данных.

– Да, я не тебе, – отмахнулась я от голосовой системы. Злость внутри клокотала. Лекса обещала, что сегодня не станет себя изнурять. Но вновь не сдержала своего слова. Как пилот, она была профессионалом, асом своего дела. Но как человек и напарник – тянула только на троечку, с большим таким минусом. Радовало одно, Нейт: в отличие от Лексы, раньше времени не пришел. И я надеялась, что вдвоем с ним мы сможем сдержать непокорный норов девушки. Ведь иначе нас ожидал провал. А мы не могли себе этого позволить. Очень многое зависело от операции, намеченной на сегодня.

Я наспех влезла в тренировочный костюм и, закинув в рот освежающую антибактериальную капсулу, выскочила в коридор.

Станция Ревайвал была огромна. Модульные стены из биологического материала представляли собой шестиугольные полиэтиленовые контейнеры, заполненные фильтрами, микроорганизмами и морскими водорослями. Эти модули выполняли все функции системы жизнеобеспечения, а растениями жители периодически питались, восполняя необходимые микроэлементы. Сама станция в высоту была около пяти метров и по форме представляла собой тороид* огромного масштаба. Люди перемещались по нему на магнитных левитирующих досках, которые работали за счет отталкивающей силы пола.

Я нажала на один из модулей, и он, отъехав в сторону, дал мне доступ к моей Молли. Мы с доской были неразрывны с самого детства. Помню, командор Чак Диверс вручил мне ее в седьмой день рождения. Публично, в зале, где собрались все жители Ревайвал. Счастью не было предела: ездить в левитирующей коляске, прицепленной к няне–роботу, мне уже было стыдно.

Встав на Молли, я почувствовала, как моя обувь привычно вошла в пазы и, активировав браслет управления, устремилась вперед, одновременно пытаясь связаться с Нейтом.

– Да, – заспанный голос раздался прямо в моем ухе.

– Даю тебе пять минут на сборы, солдат, – попыталась спародировать тренера Вишеса, но по хриплому смеху, что мурашками пробежал по рукам, поняла: задача провалена.

– Сколько на самом деле у меня времени, Тина?

– Пять минут.

– Ладно, – тяжело вздохнул парень. – Лекса…

– … уже в зале.

– По этому запросу нет данных, – послышался голос Юниверс в каюте друга, и я, рассмеявшись от нелепости ситуации, отключилась.

– О, Тина, привет, – сказала вспотевшая Лекса, вылезая из перегрузочного тренажера и вытирая рукой влагу со лба. – А что, уже шесть?

– Почему ты здесь? – задала я встречный вопрос, игнорируя слова девушки. – Мы же вроде договаривались.

– Мне не спалось. – Она обогнула меня, схватив полотенце из стопки в стене, разделенной на мелкие отсеки, на которых лежали различные вещи, необходимые для занятий.

– Можно было найти любое другое занятие. Сегодня мы должны быть отдохнувшими. Наши тела должны быть отдохнувшими, понимаешь?

– Хватит меня отчитывать! – Лекса подошла ко мне ближе, яростно смотря прямо в глаза. – Я не сделала ничего такого…

– Ты ставишь всю операцию под угрозу. – Мой указательный палец уткнулся в грудную клетку девушки.

– Ты здесь не главная, Тина, – отпихивая мою руку, гневно процедила сквозь зубы она. Но, завидев кого–то за моей спиной, отступила на шаг и опустила взгляд в пол.

– Тина Окри. Лекса Эванс. Что здесь происходит?

Голос командора заставил меня вздрогнуть. Я быстро развернулась и, выпрямив спину, встала возле напарницы.

– Где Нейтан?

– Здесь, – парень вовремя вбежал в зал и, кинув свою доску возле входа, подошёл к команде.

Чак Диверс окинул троицу недовольным взглядом. Обычно он эмоций не показывал, но сегодня был важный день, и даже такой закаленный и сдержанный человек не мог справиться с тревогой.

– Сколько раз я вам говорил, что размолвки в вашем коллективе недопустимы?

Все молчали. Этот вопрос не требовал ответа. Но, честно говоря, я своей вины не чувствовала. По лицу Лексы поняла, что и она тоже. Нейт же, как всегда, заметив мое раздраженное выражение, криво улыбнулся, заставив отвести взгляд. В последнее время я делала это все чаще и чаще, не в силах объяснить свою скованность и смущение. Раньше прямо смотрела ему в глаза, с вызовом. Особенно тогда, когда начались отборы в команду. Ох, и весело же нам было. Сегодня же настроение было другое, близкое к панике и эйфории. Но щеки мои пылали не только поэтому.

Командор приложил пальцы к зажмуренным векам. Думаю, ему все давалось намного сложнее, чем нам, потому что это была вторая такая операция. Первая, ко всеобщему ужасу жителей Ревайвал, окончилось смертью пилотов. И Чак Диверс винил себя в это трагедии.

– Инстинкты. Интуиция. Бортовые данные.

– Инстинкт, – повторил Нейт.

– Интуиция, – сказала я.

– Бортовые данные, – это уже Лекса.

– Вы должны помнить, что каким бы ни был умным искусственный интеллект, он никогда не станет равен человеку. Поэтому, вас и выбрали. Ваши качества в симбиозе друг с другом невероятная редкость и самая большая наша надежда. Это последний шанс. Если вы не справитесь – человечество погибнет навсегда.

Пылкая речь предназначалась не только нам: на втором уровне тренировочного зала у прозрачных высоких окон стали собираться люди, слышавшие весь разговор через динамики. Подняв глаза, я увидела среди толпы свою сестру Еву, и она, заметив мой взгляд, дотронулась указательным пальцем до головы, потом до грудной клетки и снова до головы.

Думаю о тебе. Чувствую тебя. Никогда не забываю.

Так мы всегда друг друга поддерживали в трудных ситуациях. Я едва заметно кивнула, стараясь не расплакаться, и вдруг почувствовала в области груди ком жара. Через пару секунд взревела сирена, оповещая нас о скором начале солнечной бури. Интуиция сработала точно. А значит, время настало.

Нейт вытянул свою руку ладонью вниз, Лекса с заминкой положила на нее свою, а я завершила ритуал. В одном темпе мы подняли и опустили наши соединённые руки, а потом с силой их разорвали. Чак Диверс не мешал нам, но его нервно стучащая об пол нога говорила сама за себя. Мы не стали больше задерживаться.

Быстрым шагом мы перешли в смежное маленькое помещение, где нас ждали три скафандра. Мы называли их «второй кожей», потому что костюмы плотно сдавливали тело от плеч до стоп, имитируя обычное давление. Они почти ничего не весили и были достаточно эластичными, чтобы мы могли двигаться в них, не ощущая никаких сложностей.

Мы в обычном привычном режиме оделись, словно это еще одна тренировка, но когда командор подошел к нам и, схватив охапку всех троих, сильно обнял, внутри наконец проснулся страх и осознание реальности происходящего.

– Просто делайте то, чему вас учили, – прошептал он. – И Гидра вас не победит!

После этих слов он подошел к дальним арочным дверям и нажал на большую красную кнопку. Железо зашумело и открылось, явив нам длинный коридор, в конце которого стояла Серая Мышка – наш космический корабль. Маленький, больше похожий на капсулу, он вмещал в себя всего трех человек. И это был последний летающий корабль на борту Ревайвал. Если миссия провалится, люди застрянут здесь навсегда. Хотя они и так были привязаны к этому месту, не имея возможности сбежать.

Мы же должны были изменить это обстоятельство.

На Земле имелись летательные шлюпки, способные перевезти человечество обратно на планету, которая после долгого периода очищения наконец стала пригодна для проживания. Однако после Последней Войны, когда люди были вынуждены бежать в космос, спасаясь от радиации, Гидра – система защиты планеты от внешней опасности, получила существенные повреждения и засбоила. Теперь любой объект, входящий на орбиту Земли, считался угрозой и уничтожался ракетами, управляемыми искусственным интеллектом.

Прошлая команда прошла два этапа, войдя в атмосферу Земли, но не перенеся посадку. Их двигатели работали на полной мощности, а система катапультации отказала, замуровав людей в несущемся вниз с невероятной скоростью космическом корабле. Взрыв. Связь прервана. Надежда была практически потеряна.

Но человечество не привыкло сдаваться. И в этот раз все было просчитано до мелочей, и все предыдущие ошибки учли еще на первоначальном этапе подготовки пилотов.

Мы переступили порог, и двери за нашими спинами автоматически закрылись, отрезая нас от командора. Пути назад не было.

– Ну что? – Лекса смотрела на Серую Мышку, и глаза ее блестели в свете ламп. – Сделаем это?

Она перевела взгляд на нас, и я только сейчас осознала, насколько мы еще молоды для того, чтобы погибать.

– Конечно! – легко согласился Нейт, не показывая, что тоже взволнован.

Он первый направился к космолету, не оглядываясь назад и не позволяя сомнениям взять над собой вверх. Лекса последовала за ним. Я же осталась стоять на месте.

– Командор, – я подняла голову вверх, к динамикам Юниверс.

– Да, Тина?