«Герой из героев. Баснями сыт не будешь»

Элтэнно

Герой из героев

Баснями сыт не будешь

«К счастью, ни одна из попыток

скомпрометировать меня не имела успеха».

Вольф Мессинг

Первые дни мы мчались практически без остановок.

Великая Тьма! Если бы коню не надо былоотдыхать, то мы бы и вовсе без передышек обошлись!

Я прекрасно понимал, что смерть наивысшего лица Юрвенлэнда не могла остаться не отмщённой. И всё же никакая погоня нас не настигала, а зона боевых действий становилась всё ближе. И потому мне пришло в голову, что кратчайшее расстояние не всегда прямая линия, если речь идёт о времени военном. Экономя дни, не стоило терять жизнь. Не обязательно ведь было пробираться меж армий! Юдоль находился возле Серого моря. Ничто и никто не мешали мне насладиться длительной прогулкой по территории Старкании до Ингшварда, а там, присоединяясь к какому торговому каравану, шустренько и доплыть до нужного порта!

…Ничто и никто, кроме свода правил и бдящих его пограничников.

Однако вопрос с ними разрешился легко благодаря забытой Арнео гитаре. Я её прихватил с собой вместе с основной поклажей и за время пути наловчился вполне сносно перебирать струны. Не скажу, что мелодии выходили прекрасными, но сбряцать что-то монотонное из четырёх-пяти чередующихся аккордов и подходящее под чтение стихов получалось. А потому я представился бардом, спел в доказательство пару песен и, заплатив въездную пошлину, оказался на безопасной территории соседней страны.

Боясь нападения, старающаяся сохранять нейтралитет Старкания, измученная соседством как Чёрного Ордена, так и фанатичного Юрвенлэнда, стянула большинство отрядов к юго-восточной границе. В её кузницах беспрерывно ковали мечи и стрелы. В деревнях крестьяне, нет да нет, а всё чаще выходили по ночам проверять скот в сараях. Ну а городские жители с удовольствием разносили разномастные слухи небывалой недостоверности.

— …Вот в чём польза магов, — закончил я краткое объяснение, обращённое к девочке, ранее пожелавшей узнать, из-за чего мы устроились на ночлег в лесу. — В Старкании нет причин бояться обязательного нападения нечисти по ночам.

— Ага, — понуро согласилась Элдри и вытерла покрасневший нос заснеженной варежкой. — Но я вот маг, а всё равно думаю, что даже в доме с дырявой крышей теплее было бы.

— А здесь холодно?

Я удивлённо привстал, прекращая созерцать звёзды на ясном небе. Изо рта от слов вырвалось облачко пара, но никакого холода я не ощущал. В утеплённой одежде было уютно. Да и костёр согревал потрескиванием веток.

— Холодно, — подтвердила она.

Испытывая недоверие, я поднялся, расправляя ставшую жёсткой ткань подбитого мехом бурого плаща, подошёл ближе и, вытащив её руки из варежек, взял в свои. Они оказались прямо-таки ледяными. А ведь не такая уж и стужа стояла вокруг! До настоящей зимы было ещё ой как далеко.

— Да как можно так мёрзнуть?!

Мне пришлось растирать ей ладони, пока они не согрелись от моего тепла. А затем я заставил Элдри прыгать. Пока она старалась выполнить мой приказ, сам я не бездельничал, а соорудил вместо бесполезных варежек муфту из шкурки зайца. Работа получилась скверная по качеству. Материалов для шитья у меня не было да ещё и приходилось время от времени на девочку строго поглядывать, чтобы она не прекращала прыжки. Элдри старалась как могла, но больше устала, нежели согрелась. Так что мне пришлось спать с ней в обнимку, чтобы на утро не застать подле себя застывший труп. И такой сон вышел для меня отвратительным. Мне и так не нравилось близкое соседство с кем-либо, а малявка ещё и вертелась, и толкалась, и пихала меня ногами… напрочь лишая желания и в дальнейшем практиковать оздоровительные ночёвки на свежем воздухе!

— Выспалась? — угрюмо вопросил я утром.

— Тогда давай поленья поджигай. Позавтракаем и поедем скорее.

— Искать ночлег!

Ночлег нашёлся, едва начало смеркаться. Но деревня мне совсем не понравилась. Тёмное дерево домов покосилось и совсем почернело от времени. Одежда на людях была столь залатанной, что казалась послужила не менее чем пяти поколениям, прежде чем досталась нынешнему. Мне так и виделись шныряющие по лавкам гигантские блохи да клопы! И это впечатление усилилось в разы после увиденной нагло шествующей посреди улочки тощей крысы размером с небольшого кота.

Ужас. Что я здесь делаю? Наверняка, если судьба и имела замысел привести меня в это местечко, так только чтобы я его спалил дотла.

…Такое б урожайное поле вышло!

Особливо мне не понравилась древняя бабка у колодца. Её седые жидкие волосы клочьями выбивались из-под шерстяного туго завязанного платка, пожелтевшая кожа пестрела мелкими язвочками, а два кривых выпирающих зуба, надкусывающих сморщенное яблоко, и вовсе вызывали дрожь. Но она была единственной, кто не просто посмотрел на меня исподлобья, а ещё и заговорил:

— Вечере тебе, милок. Куды путь держишь?

— На ночь постой ищу.

— Так иди ко мне. У меня самая добротная хата здесь. Зятёк срубил в позатом году, да и… хм… помер.

Ох, как мне не хотелось ночевать в душной избе-землянке, полной мышей, тараканов и прочей гадкой живности! Они ползали бы повсюду, шуршали, что-то жевали и пытались то запутаться в волосах, то вползти в ноздрю!

— А господ каких в округе нет? Мне бы ещё деньжат заработать, — я потеребил ткань за плечом, приоткрывая гриф гитары.

— Певец, значит, — не особо довольно прошамкала бабка и всмотрелась в личико Элдри. — Не для девки такая жизнь дорожная.

А для меня она значит идеальная, да?!

— Так есть или нет?

— Есть. Ехай вон туды. Если поспешишь, то до лун успеешь добраться.

— А кто там живёт?

— Рыцарёк безродный. Сер Горт. Ему король за чёй-то там замок пожаловал и нас в придачу. А он на радостях как запил, так и не просыхает. Только сборами своими изводит, нелюдь! Чтоб лопнуть ему!

Слюни от бабки полетели в разные стороны. Поэтому я не стал дослушивать гневные речи, а пустил коня во весь опор. Если этот сэр Горт так любил выпить, то ему явно нравилось и закусывать, и скрашивать пьянку музыкой. А, значит, комфортное местечко для меня найдётся.

Замок выглядел неказисто. Было видно, что он, как и оставленная позади деревенька, видел куда как лучшие времена. Однако мне он понравился значительно больше ближайшего поселения. А потому я, выпрямляя спину, с воодушевлением подъехал к воротам и попросил меня впустить.

— Да это, сударь. Приехал с час назад бард уже. Другой и не надобен.

— Как это не надобен?!

Я ведь уже представил себе прекрасный ужин! Жаркое! Вино! И как же моя уютная кровать?!

— Ну, я не знаю.

— Так испросите сэра Горта, — раздражённо посоветовал я. — Не знаю, что за увалень к вам пожаловал, но личность такого масштаба как я не всякий раз представления даёт!

— Ну, можно, что ли? — неуверенно толкнул один из стражей другого, но тот второй оказался не столь впечатлён моим представлением себя.

— А как имя-то хоть?

— Я Морьяр-Странник. Иногда меня зовут Предвестником.

— Предвестник? Не слыхал о таком.

Ещё бы, иначе ты бы уже был мёртв!

— Я впервые в Старкании. Но в Амейрисе и в Юрвенлэнде люди наслышаны обо мне.

…Особенно в Юрвенлэнде.

— Да ладно тебе, Брон! Пожалей детей. Холод такой. Вон как ветер завывает! Может и пустит их сэр Горт?

— Тогда иди сам его спрашивай, — недружелюбно буркнул страж.

Ждать пришлось около получаса, но нас всё же впустили. Коня мне позволили пристроить на конюшне. И убедившись, что с ним всё будет в порядке, я взял поклажу да пошёл за одноруким слугой, некогда бывшим хорошим воякой. Выправка давала о себе знать.

Внутри замка было не особо жарко, протапливался он плохо, но всё равно там было намного лучше, нежели снаружи. Движения снежинок и туч говорили о приближающейся свирепой метели. Так что я, когда смог поставить вещи на пол малюсенькой комнатки, довольно расстегнул ворот куртки. В клетушке не было камина, но даже факел нашего проводника нагрел воздух в момент.

— Здесь иногда останавливается брат нашей экономки. Он провизию привозит, но был совсем недавно, — сказал однорукий. — Так что день-два вас никто не потревожит. А больше-то вам, наверное, и не надо?

— Нет. Достаточно… Когда сэр Горт захочет услышать меня?

— Меньше, чем через час люди начнут собираться на ужин. Я скажу Мэри проводить вас в главный зал, — он вставил факел в специальное крепление и замялся у порога, в конце концов решаясь произнести. — Ты уж постарайся там, Морьяр Безусый. У Славда доброе сердце, но ему достанется, если ты совсем дерьмовым бардом окажешься. Сэр Горт решил состязание устроить. А противник у тебя тот ещё!

Спрашивать имя конкурента я не стал. Раз уж оно было известно местным, то бардом он наверняка слыл отличным. Так что вояка ушёл, не дождавшись от меня даже приличествующих ситуации слов благодарности. Я знал, что мне следовало их произнести, но у меня резко испортилось настроение. Мне не нравилось принимать участие в соревнованиях, где я заведомо не мог выйти победителем! Несмотря на весь свой высочайший творческий потенциал, я мог либо рискнуть воспроизвести нечто, некогда услышанное в других мирах, либо на ходу выдумать что-то своё. А этого было недостаточно! К примеру, если бы меня попросили исполнить какое известное произведение, то я бы этого не смог. Мне не была известна поэзия моего мира!