«Мы будем жить»

Crazyoptimistka

Мы будем жить

Воздух был раскаленным и сухим, казалось, что пот если выделялся, то испарялся прямо из пор. Если необдуманно решишься сделать глубокий вдох, то рискнешь потерять сознание. И это лишь в марте месяце! Раньше я любила лето, но природа сошла с ума. Сбылись мечты фантастов и любителей постапокалипсиса, человечество своими же руками уничтожило мир, считая, что делает все во благо.

Как же я любила нежиться на солнце, бегать под весенним дождем и кататься на коньках в центральном парке. Ощущать, как снежинки тают на ладонях или как теплые волны моря омывают ступни ног. Но всего этого больше не существовало. И от нахлынувших воспоминаний появились не прошеные слезы. Больше ничего не осталось: ни садов, ни полей, ни рек с озерами. Моря испарились, птицы не летали в небе, а животные не бродили по земле. Мы постепенно забывали, как выглядит зеленая трава, как пахнет цветок и какое на вкус яблоко. Да что там говорить, для того, чтобы увидеть солнце и остатки голубого неба, приходилось рисковать жизнью и подниматься на поверхность.

Crazyoptimistka

Мы будем жить

Воздух был раскаленным и сухим, казалось, что пот если выделялся, то испарялся прямо из пор. Если необдуманно решишься сделать глубокий вдох, то рискнешь потерять сознание. И это лишь в марте месяце! Раньше я любила лето, но природа сошла с ума. Сбылись мечты фантастов и любителей постапокалипсиса, человечество своими же руками уничтожило мир, считая, что делает все во благо.

Как же я любила нежиться на солнце, бегать под весенним дождем и кататься на коньках в центральном парке. Ощущать, как снежинки тают на ладонях или как теплые волны моря омывают ступни ног. Но всего этого больше не существовало. И от нахлынувших воспоминаний появились не прошеные слезы. Больше ничего не осталось: ни садов, ни полей, ни рек с озерами. Моря испарились, птицы не летали в небе, а животные не бродили по земле. Мы постепенно забывали, как выглядит зеленая трава, как пахнет цветок и какое на вкус яблоко. Да что там говорить, для того, чтобы увидеть солнце и остатки голубого неба, приходилось рисковать жизнью и подниматься на поверхность.