«Бедные люди, блин.»

Комедия, как моя жизнь со всеми грамматическими,
орфографическими и прочими ошибками.

Общество анонимных алкоголиков.
Михаил Блинов: Подходили к концу девяностые, новый век брал низкий старт. Безумное время напрягало пространство. Меня, на всякий случай, зовут Михаил Блинов. Я плохой бегун… или беглец на беговой дистанции, название которой Жизнь. Я пил. Квасил по-черному. Пьяный я гнал, как полагается. Мне было всё по барабану. Два раза, первый в 1997-ом, другой в 2000-ом году мне ломали переносицу. Не хочу описывать все свои пьяные выходки, случаи и катаклизмы…
Я кое-как поступил в институт, получил койка-место в общежитии.
Поставил первый спектакль…
Мои друзья играли… Рамзес. Потом о нем расскажу…
Рамзес (актер): Каждый из нас умрет той смертью, о которой знает, о которой никому ничего не скажет, и которой боится.
А искренность - это безупречное умение походить на самого себя. Похож?
Михаил Блинов: И Серега. О нем тоже позже.
Серега (актер): Я один из главных немецко-фашистких преступников, идеолог расизма, насилия и захватнических войн. В общем, гад - я, каких свет не видывал…
Михаил Блинов: Какая ерунда! Черт побери!
Рамзес: Да, клево, Миха! Это тема! Прикольная тема!
Серега: А я-то как сыграл, Миха! В том месте! У меня шляпа упала, я ее подхватил, отыграл. У меня сегодня первый раз автограф взяли. Выхожу, ко мне две девчонки подходят. Плюшевого поросенка подарили…
Лиза.
Михаил Блинов: После спектакля ко мне подошла Лиза. Она танцует, учиться на хореографа. Раньше мы только здоровались.
Лиза: Поздравляю! Было здорово!
Михаил Блинов: Пасибо!
(она целует его в щеку)
И это было начало.
Лиза: У тебя хорошо…
Михаил Блинов: Хочешь гречневой каши?
Лиза: Хочу.
Михаил Блинов: Только у меня масла нет. Но зато есть молоко и сахар. Ты будешь гречневую кашу с молоком и сахаром?
Лиза: Буду.
Михаил Блинов: Я всегда так ем. Вкусно. Мне нравится.
Лиза: Вкусно. Мне тоже нравится.
Михаил Блинов: У тебя кто-то есть?
Лиза: Да. Или нет.
Михаил Блинов: Понятно.
Лиза: Что тебе понятно?
Михаил Блинов: Так…
Лиза: А у тебя кто-то есть?
Михаил Блинов: Я не знаю, как тебе сказать…
Лиза: Скажи, как есть.
Михаил Блинов: У меня есть гитара! Показать тебе?
Лиза: Покажи.
Михаил Блинов: Смотри.
Лиза: Красивая. Сыграй…
Михаил Блинов: Я только учусь.
(Играет, поет, если умеет, если не умеет, тоже поет)
Михаил Блинов: Но ко мне подошел сосед по этажу Ахмед - туркмен.
Ахмед: Э-э-э, блин… Не трогай эту бабу. Я его уже «сплю».
Михаил Блинов: Хорошо, «спи его».
Ахмед: Лиза - мой баба. Найди себе еще один штука, Мища.
Михаил Блинов: О кей, Ахмед.
И я ушел в загул. Потом мне сломали переносицу. Оказывается, в этот день Лиза уезжала домой, у неё случился конфликт с педагогом. Она училась на хореографа, занималась танцами. Лиза взяла академический отпуск и пришла вечером со мной прощаться. Пришла не к Ахмеду, а ко мне. Я ей не открыл, так как у меня была опухшая после пьяного побоища рожа.
Я слышал ее дыхание за дверью…
Лиза: Миша, открой, это я. Мне нужно тебе, что-то сказать… Что-то очень важное. Миша, я знаю, что ты дома. Мне сказали, что тебе досталось… сегодня. Открой, Миша. Это важно!
Михаил Блинов: Я слышу ее…
Лиза: Миша, я знаю, что ты дома. Открой дверь! Скажи что-нибудь. (пауза) Скажи, хоть что-нибудь…
Михаил Блинов: Она на следующий день уехала. Через неделю я выяснил, что Ахмед её «не спал», просто хотел её, крутился вокруг, а она не давала. Мне стало грустно и больно, что я упустил такую женщину. Что делать? Я опять пустился в загул.
Оля.
Однажды я по глупости женился. Её звали Оля.
Оля: Я к тебе хочу…
Михаил Блинов: В смысле?
Оля: В прямом.
Михаил Блинов: Ну, блин…
Оля: Ну и чё?
Михаил Блинов: Чё-чё?
Оля: Чё?
Михаил Блинов: Неожиданно, как-то… Хочешь - пошли.
Оля: Я беременна…
Михаил Блинов: Блин!
Оля: Буду рожать…
Михаил Блинов: И чё?
Оля: Через плечо! Буду рожать… но могу воспитывать ребенка одна.
Михаил Блинов: Дай-ка мне на бутылочку пива… Рублей пятнадцать. Ага. Что теперь делать, выходи за меня замуж.
Оля родила девочку. Всех уверяла, что от меня.
Серега: Неаккуратно как-то, Миша!
Михаил Блинов: Серег, ну… Уже всё случилось.
Серега: Любовь зла…
Михаил Блинов: Ну, не совсем уж она такая страшная…
Серега: Не совсем, конечно. Бывает хуже…
Михаил Блинов: Самое главное - ребенок.
Серега: Но по срокам ведь не сходится, Миха!
Михаил Блинов: Почему?
Серега: Ну, посчитай - почему! Она через 8 месяцев родила?
Михаил Блинов: Блин, ну хватит уже…
Серега: И вообще, Ольга, как в детской игре: «Этому дала, этому дала, а этого на себе женила…»
Михаил Блинов: Чё ты имеешь ввиду?
Серега: Задумайся.
Михаил Блинов: Чё, мне от ребенка отказываться? Я же не подонок!
Серега: Конечно, не подонок.
Михаил Блинов: Через две недели после свадьбы я от неё ушел.
Оля: Ты подонок! Я тебя видеть не хочу!
Михаил Блинов: Знаешь в чем дело - я не люблю тебя.
Оля: Но мы же с тобой спали…
Михаил Блинов: Два раза.
Оля: У тебя очень хорошо всё получилось!
Михаил Блинов: Но я не люблю тебя.
Оля: А я хочу быть с тобой!
Михаил Блинов: Хватит уже, Оля.
Оля: Ты обманул меня.
Михаил Блинов: Я не хотел.
И ушел от нее.
Маринка.
Потом я упал с шестого этажа вместе с Маринкой Макаровой.
Она училась на параллельном курсе, с ней можно запросто бухануть и мы бухали, блин.
Мы упали в доску пьяные, это нас и спасло, потому что при падении тела были расслаблены.
Маринка Макарова: И чё? Ты ушел от неё?
Михаил Блинов: Ага.
Маринка Макарова: А ребенка не жалко?
Михаил Блинов: Жалко.
Маринка Макарова: Дети - это цветы жизни!
Михаил Блинов: Чё-то тебе 25, а ты еще цветов этих себе не насажала.
Маринка Макарова: Пошел ты! Никогда не говори девушке про ее возраст!
Михаил Блинов: Прости! Не буду больше! Знаешь, когда придет время заканчивать жизнь самоубийством - я буду прыгать, прыгать с крыши, с балкона, прыгать с высоты.
Маринка Макарова: Шестой этаж - красиво!
Михаил Блинов: Красота!
Маринка Макарова: Шансов мало.
Михаил Блинов: Мало.
Маринка Макарова: Ты рисуешься!
Михаил Блинов: Нисколько. Давай вдвоем… Как в американском кино… А?
Маринка Макарова: Ты дурак!
Михаил Блинов: Ну, пошли.
Маринка Макарова: Пошли, блин.
Михаил Блинов: Ну, давай. Красиво - да? Высота… Романтика… Ты чё? Я же пошутил. Дура!
Остались живы. По институту ходили легенды, что мы занимались любовью на подоконнике, и упали в самый разгар - в момент оргазма. Оргазм с шестого этажа! Смешно, наверное. Но мне было не весело. У меня был порван кишечник, сломаны - позвоночник, таз, десяток ребер и, плюс ко всему, ушиб головного мозга. Жуткий психоз. Месяц в реанимации. Друзья-сокурсники сдавали для меня кровь.
Слава богу, появилась Лиза. Она пришла ко мне в палату, как ангел-хранитель.
Торпеда.
Я встал на ноги через два месяца, после трех операций. Встал и пошел, прошел метров пять на костылях и вернулся к койке.
Лиза: Молодец, Миша!
Михаил Блинов: Я тут немного начудил. Упал маленько.
Лиза: Совсем чуть-чуть.
Михаил Блинов: Подержи меня за руку. Пасибо! Я думал, ты забыла обо мне. Ты тоже думаешь, что я подонок?
Лиза: Нет, я так не думаю.
Михаил Блинов: Жаль, что ты уехала… тогда.
Лиза: О чем будет новая пьеса?
Михаил Блинов: Про больницу, про моих друзей, про тебя… и про любовь.
Лиза: А это любовь?
Михаил Блинов: А что же это, по-твоему?
Лиза: Роман.
Михаил Блинов: Нет, это спектакль.
Я остался с Лизой. Мы с ней не были расписаны. Любовь сильнее печатей в паспорте. Лиза учится на последнем курсе. Месяц назад отправила свое портфолио в Нью-Йорк. Возможно, ее пригласят работать в Америку. Очень жаль. Мне там делать нечего. Я же писатель… Вернее, хочу им быть. А кто такой молодой русский писатель за границей? Никто.
У меня, правда, и здесь не хватало денег, чтобы полноценно заботиться о Лизе, из-за чего возникали проблемы.
Лиза: Я так хочу черешни…
Михаил Блинов: У нас… в кошельке только 10 рублей.
Лиза: Что ты на это можешь купить?
Михаил Блинов: Хочешь мороженого?
Лиза: Нет, не хочу.
Михаил Блинов: Батончик шоколадный?..
Лиза: Нет, не хочу.
Михаил Блинов: Я сейчас схожу займу денег и куплю черешни…
Лиза: Не надо. Я не хочу черешни.
Михаил Блинов: Почему?
Лиза: Я не хочу, чтобы ты занимал денег… Мы и так слишком много должны… Хотя, сходи.
Михаил Блинов: Я мигом.
Обегал всю общагу, обошел всех знакомых. Денег так и не нашел. Черешни в этот день Лиза не поела.
Будешь гречневую кашу?
Она доверяет мне и любит меня. Но я всё равно не бросил пить. На утро после каждого запоя, я обещал Лизе, что обязательно завяжу, бля-буду, что сейчас мне необходима только бутылка пива, последний раз, последний раз и потом ни в одном глазу. В трезвые периоды я сочинял нервные стишки типа:
 «Губы ее в темноте. Слова ее в тишине.
Тело на теле… Проникнешь в нее нежнее…
Потом расскажешь ей, как своей жене:
«Зачем нам правда? Счастье нам нужнее…»
Или:
" Стать - такая офигительная,
И улыбка опьяняющая сладко!
И походка удивительная -
чуть направо и в присядку"
Фигню сочинял, надобно признаться.
Рамзес: Миха, да ты чё! Это тема! Молодец!
Серега: Нет, ты прав, Мишка! Поэзия так себе!
Михаил Блинов: После института на работу меня взяли, на телевидение, ведущим программ. Я же талантливый. Работал с удовольствием, но получал за это копейки. Опять депрессии. Опять я стал смотреть в бутылку. Пьянка, р