«Горе от ума. Новая версия бессмертной комедии [СИ]»

Николай Лисин Горе от ума. Новая версия бессмертной комедии

По мотивам одноимённой комедии А. С. Грибоедова

СЦЕНА ПЕРВАЯ

Лиза, Софья, позже – Фамусов.

Ну вот уже в окно глядит рассвет,

И ночи пролетевшей нет как нет.

Чуть задремала в кресле у стола -

И ночь, как молодость моя, прошла:

Как миг один; зачем, куда – неясно…

Однако, Лиза, погоди:

Пора влюблённых голубков будить,

Ведь далее тянуть опасно,

Несдобровать моей иначе голове…

Вставайте, барыня! Уж восемь по Москве!

Встаю, встаю! Хотя и не ложилась…

И ты, мой друг, давай-ка, сделай милость:

Без промедленья, сей же час

С моих исчезни, будь любезен, глаз,

Да поскорей! Не знаешь сам как будто,

Что батюшка мой каждую минуту,

По дому рыская как дикий зверь,

Ко мне ворваться может с криком в дверь.

Старик мой всем хорош, однако пунктик есть:

Он девичью мою оберегает честь,

Хоть нечего давно беречь…

Но не об этом завела я речь!

И если тут тебя увидит старый чёрт,

Мне выволочка будет, а тебе – расчёт.

И потому, мой друг, скорей ступай.

Хоть батюшка умён – я тоже не глупа:

Уйди не через дверь, через окно -

Подстраховаться будет не грешно,

Чтоб лишних подозрений не навлечь…

Прощай, мой друг! До новых сладких встреч!

Тебя я, Лиза, видеть рада,

За преданность твою получишь ты награду!

Как говорят у нас – Христос спаси!

Во Франции сказали б – гранд мерси.

Осмелюсь я спросить: ну как, на этот раз

Не разочаровал Молчалин наконец-то Вас?

Не знаю, Лиза, что тут за беда!

Он снова мне всю ночь стихи читал…

Читал стихи?! Всю ночь?!

До самого рассвета.

Ведь угораздило же закрутить с поэтом!

Сама не рада я, моей уж нету мочи:

Всю ночь сидит, под нос чего-то там бормочет,

Уныло завывая мне

Чего-то вроде о весне,

О пламенной своей любви,

Что у него горит в крови;

Что жить не сможет без меня;

Что с радостью бы променял

Он на меня – в раю блаженство;

Про то, что я – мисс Совершенство;

Про сердца своего осколки…

А я сижу как на иголках!

Всё думаю: когда ж, ядрёна вошь,

Уж от стихов ты к телу перейдёшь?!

Наверно, к делу, вы сказать хотели?

Я говорила именно о теле!

А впрочем, разница невелика

Для настоящего для мужика…

А может быть, он просто "голубой"?

Да что ты, Лиза, что ты?! Бог с тобой!

Нет, просто он стеснителен не в меру

И робок чересчур для кавалера,

Когда с ним остаёмся тет-а-тет.

Нет, он не "голубой"…

Ну, значит, импотент.

Ты, Лиза, время тратишь зря,

Со мной об этом говоря

В подобном тоне! Не блажи:

Молчалин – истинный мужик,

И ни к чему все разговоры эти!

Блажен, кто верует: тепло ему на свете…

Как дам тебе по кумполу лопатой!

Эх, Лиза, Лиза! До чего глупа ты!

Глупей тебя одна лишь Псаки Джейн,

Хоть некуда, казалось бы, уже…

Уж как себе хотите, воля ваша;

А только мыслю я, что Чацкий Саша,

С кем в детстве вы изволили дружить -

Вот он, сударыня, действительно мужик!

Пусть он в стихосложеньи не мастак,

Зато, наверное, обнимет так -

Померкнет свет в очах, зайдётся дух!

Молчалина он стоит, даже – двух!

Простой обычный русский зверь-мужик,

Такому только бабу покажи!

Одно лишь жаль: шестой, поди, уж год,

Как он с чужбины весточки не шлёт…

Эх, Лиза, Лиза! Сыплешь соль на рану!

Да если б Чацкий рядом был со мной -

Неужто я бы выбрала барана,

От чьих стихов тошнит уже давно?!

Как я его любила! Как любила!

Да вот образование сгубило:

Сама в науках я – ни бе ни ме,

А у него всё Оксфорд на уме.

Вбил в голову, что надобно учиться,

И укатил, мерзавец, за границу.

Доселе не могу ему простить,

Что он со мною смог так поступить!

Ещё б могла понять его я, кабы

У парня на уме одни лишь были бабы;

Но Оксфорд, Лиза! Оксфорд! Это как?!

Видала ты такого дурака?!

Ах, Саша, Саша! Без тебя так скверно!

А ты уж Софью позабыл, наверно,

Грызя гранит наук, совсем зачах,

Без бабы, на заморских-то харчах!

А я тут без тебя одна осталась…

Но – время! Я и так тут заболталась:

Карета у подъезда замерла…

Пора! Ведь ждут меня великие дела!

А батюшка вас спросит если ваш?

Скажи: ушла на фитнес и массаж,

Вернусь не скоро. Всё, до встречи!

Ну вот ещё проблема мне на плечи

Свалилась, как гора камней:

Ей батюшке ответить неча,

И отвечать придётся мне.

Вновь будет он вздыхать некстати

И хмурить грозное лицо…

Что за комиссия, создатель,

Быть взрослой дочери отцом!

Не ждали вы меня?! А вот и я!

А где, скажи мне, Лиза, дочь моя,

Что Софьею зовётся с малых лет?

А Софьи, сударь, извините, нет.

Верней, она в природе существует,

Но здесь её найти как таковую

Удастся вряд ли, сударь, вам сейчас:

Она ушла, не дожидаясь вас,

И обещала быть порою поздней.

Так Софьи нет? И хрен с ней… в смысле – бог с ней.

Нам хорошо вполне и без неё:

Ведь мы с тобой остались здесь вдвоём,

И я причины никакой не вижу,

Не стать бы почему нам, Лиза, ближе,

Как это было с нами уж не раз?

Оставьте, сударь. На уме у вас

Одно и то же, как у всех мужчин,

И я не вижу никаких причин

Сводить дистанцию к нулю,

Ведь берегу я честь свою.

Какую честь, окстись?! Ведь мы с тобою…

Да, было пару раз, не скрою,

Но это было всё давно.

Позавчера!!!

Да всё равно.

Не пучьте, сударь, глаз вы рачьих:

Я связей не хочу внебрачных!

Чем недовольна ты? Ведь в ЗАГС тебя я звал!

Да, помню: шли мы в ЗАГС – пришли на сеновал.

До ЗАГСа просто очень долгий путь,

И я намеревался отдохнуть

Душою, так сказать, и телом…

Да я плевать на отдых тот хотела!

Нет, мне мужик, конечно, нужен,

Но только тот, что станет мужем!

Мне под венец охота, вот и всё;

А от тебя – козлятиной несёт…

Что слышу я?! Ведь оскорбленье это!

Вконец ты обнаглела, Лизавета!!!

Как ты такое мне сказать могла?!

Нет, Лиза, ты ответишь за козла!

Вполне я гигиену понимаю

И каждый месяц ванну принимаю!

От слов твоих по коже аж мороз!

Пора мне браться за тебя всерьёз

И прекратить с тобой все эти цацки!..

К вам Александр Андреич Чацкий.

СЦЕНА ВТОРАЯ

Фамусов, Чацкий

Ба! Чацкий, брат! Тебя ли вижу я?

Не может быть! Глазам своим не верю!

И впрямь, неужто ты, душа моя,

Вошёл сейчас в распахнутые двери?!

Не может быть того! Я, верно, пьян;

Иль зрения оптический обман;

Иль накурился я крепчайшей "дури"…

Не зря магнитные сегодня бури

С утра нам обещает Интернет!

Хоть у меня к нему доверья нет,

Но я сегодня с самого ранья

Как сонный встал, так и доселе сонный…

Да, Павел Афанасьич, это я,

И собственной, заметьте вы, персоной!

Позвольте мне душевно вас обнять

И в щёчку нежно вас поцеловать,

В другую щёчку также…

Что за чёрт?!

Ведь это униженье?!

Нет, почёт.

Приветствие такое уж давно

В Европе очень распространено.

Вот ничего себе настала жисть!

От поцелуев всё же воздержись,

А лучше объясни мне, старику,

Ведь сам я в толк никак взять не могу,

Что это значит, Чацкий, старина?

Оставим дамам поцелуи эти:

Что им под стать, то не годится нам -

Уж так заведено на белом свете.

А где пожатье крепкое руки?

Ведь мы с тобою оба – мужики,

Пожатье рук – прерогатива наша!

Ой, я вас умоляю, дядя Паша!

Отсталый вы, я вижу, человек!

Ведь на дворе уж двадцать первый век,

Совсем в иной живём теперь эпохе!

А вы всё – будто при царе Горохе,

Во времена советские…

Меня и так всего уже трясёт,

Ещё чуть-чуть – и склею, нафиг, ласты;

Так пощади – не доводи до гроба!

Ответь: как долго прогостишь у нас ты?

Где побывал, что видел? Как Европа?

Европа-то стоит и в ус не дует!

Я побывать там всем рекомендую:

У нас тут что? Сопьёшься от тоски -

А жизнь в Европе выправит мозги.

Живут там очень даже ничего:

Там секс-меньшинства стали большинством;

Там толерантность с неких пор в чести;

Там натуралов нет уже почти;

Там однополые законны браки -

На это я особенно влекусь:

Хотя сперва протесты были, драки,

А после – ничего, вошли во вкус.

Свободно стать там можете вы тем,

Кем сами добровольно захотите:

Воспитывают там теперь детей

Родитель первый и второй родитель.

А дети по закону все – бесполы:

Как вредность, предрассудок сей отринут…

Врача мне! Валидолу! Корвалолу!

А лучше – с водкой нитроглицерину!

Ох, дурно мне – аж свет в глазах потух!

Ох, дай же мне перевести хоть дух!

Уж лучше б бранью ты меня площадной

Покрыл безжалостно и беспощадно!

Уж лучше бы в младенчестве я вовсе

Свои копыта в сторону отбросил,

Чтоб не дожить до этого мне дня!

А лучше б помер ты вместо меня!

Какой кошмар! И так живут там люди?!

Какой кошмар! А что же дальше будет?!

Ведь люди стали хуже там скотов,

Для них нет вовсе ничего святого:

Они всю нравственность попрать готовы -

А ты их в этом поддержать готов!

Ах, Павел Афанасьич! Что вы, право?

Ведь каждый человек сегодня вправе

Партнёра лично выбирать себе,

Ведь всяк – хозяин сам в своей судьбе.

И что, позвольте вас спросить, с того,

Что два партнёра – пола одного?

Нет, в том не сомневаюсь я ничуть,

Что показаться должен ты врачу!

Оставьте, дядя Паша! Врач мне нужен,

Как хрен с горчицей вам на лёгкий ужин.

Есть заключенье лучших докторов

О том, что я психически здоров.

Психически? Практически, быть может?

Теоретически здоров я тоже,

И, между прочим, неприлично вам

Цепляться к мною сказанным словам.

Но ты же сам к тому даёшь мне повод!

А что, простите, я сказал такого?

Что ты сказал? Ох, не было печали…

Так, погоди. Давай начнём сначала:

Быть может, разыгрался мой маразм,

И я тебя не понял в этот раз?

Ты, против смысла здравого греша,

Гомосексуалистов защищал

С таким каким-то даже упоеньем -

Быть может, пребывая в ослепленьи?

Ошибкою? В душевной простоте?

Нет, дядя Паша, я и сам из тех!

Ты сам из тех?!

Да-да, из этих самых.

Да ты, видать, вконец рехнулся, Саня,

И хочешь, блин, с ума свести меня!!!

Когда ж, скажи, ты эту поменял…

Ориентацию? Уже три года.

На это там большая нынче мода,

И чтоб от моды мне не отставать,

Пришлось ориентацию менять.

Сперва, конечно, было туго мне,

Зато теперь на белом я коне!

За хвост Удачи птицу я поймал,

Своей доволен жизнью я весьма!

Какое счастье, что при встрече нашей

Тебе руки не протянул я даже!

Меня тут не осудят мужики:

Я педерасту не давал руки!

Теперь вопрос с тобой решим мы просто:

Клал на тебя я хрен большой и толстый!

Живи как хочешь, спи с кем хочешь ты -

Но заклинаю всем тебя святым,

Что зиждется ещё в твоей основе,

Хотя б ориентацией твоей:

Об этом Софьюшке моей – ни слова!

Пусть не меня – её хоть пожалей!

На этом мы, пожалуй, и закончим.

Мне нужно будет поразмыслить ночью

И что-то всё-таки решить к утру…

Прощай же! Поздорову, подобру!

Что Софья мне?! Подумаешь – друг детства…

Хотя, конечно, никуда не деться,

Придётся завтра навестить её:

Ведь юношей я был в неё влюблён,

Она в меня ответно влюблена…

А интересно, как живёт она?

Ведь времени прошло с тех пор немало…

Наверно, чувство позабыв своё,

Она парней в неделю раз меняла…

Ну, значит, всё отлично у неё,

Ну, значит, нет причины для печали!

А помнится, тут был ещё Молчалин:

С ним встреча – радость для меня большая!

Её я с нетерпеньем предвкушаю!

СЦЕНА ТРЕТЬЯ

Чацкий, Софья

Ах! Наконец сбылись мои мечты!

О друг мой незабвенный, где же ты?!

Открой же дверь мне в комнату скорей,

Не заставляй томиться у дверей

Свою Софи! Но – тишина в ответ…

А может быть, там никого и нет?

Я здесь, Софи! Я занят тут немного,

Один момент!

Ты здесь! Ну слава богу!

Но дверь твоя закрыта на засов…

Да-да, я не одет… Я без трусов…

Счастливые трусов не надевают!

Да, Александр? Признайся, ведь права я?

Ты понял мой намёк?!

Как это пошло, фи…

Ну вот я и одет! Пожалуйте, Софи!

Позволь мне броситься тебе на шею!

Да-да, Софи… Как вы похорошели!..

Ещё подростком вас запомнил я;

Ну а теперь…

Теперь я вся твоя!

От пяток и до самой головы!

Не медли же!

Да погодите вы,

Позвольте же на вас мне наглядеться…

Потом, потом! Поможешь мне раздеться?

Раздеться?! Что, так сразу?!

Да, сейчас.

Позвольте ж наглядеться мне на вас…

Да что с тобою, в самом деле, Саша?!

Ты словно позабыл о чувствах наших!

И почему таким стал неживым?

И почему со мною ты на "вы"?

Наверное, виной всему усталость,

Что после путешествия осталась.

С дороги ты ещё не отдыхал?

Ну это, милый Саша, чепуха:

Я помогу прогнать из сердца хмарь!

Целуй меня! Не так, как пономарь,

А с чувством, с расстановкой, с толком!

Не так, как пономарь?! Ах, чёрт возьми!

Вы что же, Софья, целовались с ним?!

С пономарём? Да, и не только.

Не только с ним?!

Не только целовалась…

Но в мыслях я тебе верна осталась,

А это – главное! Не так ли, милый?

Вот это нравы, Господи помилуй!

На ней буквально негде ставить пробу!

Здесь чувствуется явно дух Европы.

По мне, так это – несомненный плюс:

Коль здесь вовсю господствует разврат,

С Молчалиным легко я сговорюсь,

И этому заранее я рад!

С Молчалиным? А он-то здесь при чём?

О чём ты говоришь, я не пойму?

Мне кажется, ты чем-то удручён,

Присутствию не рад здесь моему…

Ну вот уже и глазки заблестели!

Ну что это вы, Софья, в самом деле?

Нет женской характернее черты,

Чем плакать из-за сущей ерунды,

Что сами ж и придумали сперва!

Ну как не стыдно, в самом деле, вам?

Вы со своей чертою сели в лужу:

Молчалин мне по делу только нужен,

Но это дело быстро с ним решу я:

Он сумму задолжал мне небольшую.

Когда ж успел он взять у вас взаймы?!

Перед отъездом выпивали мы,

И он доверил мне секрет один:

Хотел, мол, под проценты взять кредит,

Купить карету и коня с упряжкой

И таксовать; но банк ему, бедняжке,

Решительно в кредите отказал.

Ах, видела бы ты его глаза!

Смотреть в них было выше моих сил:

Я дал ему всё, сколько он просил.

Ах, Александр! Ты очень благороден!

И много дал?

Да сотню тысяч вроде;

Не помню точно: под хмельком был чуть.

Теперь с него всю сумму получу,

С процентами – так вчетверо почти…

Ах, Александр! Пожалуйста, прости

За то, что закатила я скандал

На ровном месте!

Это не беда:

Нет женской характернее черты,

Чем поскандалить из-за ерунды!

Я повторяюсь, кажется, речами…

Так, ладно! В общем, нужен мне Молчалин:

Ты комнату его покажешь мне?

Ах, я забыла, что его тут нет!

Молчалина нет в доме? Что за чёрт?!

Он отпуск взял на сутки за свой счёт.

Там у него какие-то дела:

Троюродная тётка умерла…

Иль родилась… Уже не помню точно…

Он вновь сюда вернётся только ночью.

Ты подожди, раз карта так легла;

А я пойду… Тут у меня дела…

Я скоро… Не скучай… Сканворд решай…

А я пойду! Прощай, моя душа!

(Как видно, Чацкому уж наплели

Про все дела амурные мои

С Молчалиным – и вот, ядрёна мать,

К ответу хочет он его призвать!

И чтоб беду мне эту отвести,

Должна я друга поскорей найти -

И перепрятать… тьфу – предупредить,

Иначе ждёт беда нас впереди!)

СЦЕНА ЧЕТВЁРТАЯ

Чацкий, Молчалин, Софья (на протяжении всей сцены подслушивает разговор, оставаясь незамеченной, позже выходит из укрытия)

Молчалин, ба! Знакомые всё лица!

Я часто вспоминал вас за границей!

А Софья мне чего-то тут плела,

Что там у вас какие-то дела,

И по причине этой вас тут нет…

Но тем приятней вас увидеть мне!

Я очень рад тому, что вас нашёл!

Ну как вы тут? Надеюсь, хорошо?

Как вы здоровы? Выспались ли за ночь?

Что нового тут, Алексей Степаныч?

Чем дышите вы, чем увлечены:

Всё теннисом – иль чем-нибудь иным?

Что ваш гастрит? Как сахар ваш в крови?

Как к однополой вы относитесь любви?

И вам, Лександр Андреич, привет сердечный мой!

Я поздравляю вас с прибытием домой,

В родные, так сказать, пенаты!

Ну, как Европа там? Что НАТО?

Всё расширяется, как слышно, на Восток?

А что там в Сирии, война? Помилуй бог!

Как всё же страшно стало жить сейчас!

А новость эту слышали вы, кстати:

Весь Крым теперь с крымчанами – у нас,

И дым Отечества им сладок и приятен!

За беспокойство вас благодарю:

Без малого уже я года три

Не ем копчёностей и не курю,

Чем излечил запущенный гастрит.

И сахар в норме, и холестерин,

И стул, хотя о нём вы не спросили;

Я бодр и свеж снаружи и внутри

И полон нерастраченной я силы,

Чем, откровенно говоря, горжусь!

К любви же однополой я не отношусь,

Ну в смысле – не имею отношенья.

Напрасно вы с таким пренебреженьем

Об этом говорите, Алексей!

В Европе так живут буквально все

И не раскаиваются ничуть!

Хотите, я вас тоже научу

На практике любви искусству плотской?

Коль это юмор, то довольно плоский.

Не интересно это мне ничуть,

И говорить об этом не хочу:

Противен этот разговор мне!

Вы в предрассудках по уши погрязли;

С упрямством вы, достойным лишь ослов,

На отношенья смотрите полов.

Взгляните на меня: не хвастаю сложеньем,

Однако бодр и свеж, и до сих пор один…

Так что мешает нам построить отношенья?

Вы, Александр, пардон – мерзавец и кретин!

Вы оскорбили честь сейчас мою!

И вообще – я женщину люблю!

Причём не плотски, а душою всей.

Я так вам и поверил, Алексей!

Тогда скажите, кто она?

Она мне Провидением дана;

Она прекрасна, как небесный ангел;

Она мне светит, как маяк, как факел;

Она прекраснее всех женщин в свете;

Завязывай, Степаныч, с этим!

Кончай тут гнать свою мне философью,

А просто имя назови мне.

Что, Софья?! Так ты кавалер её?!

Нет, сам я положение своё

Определил бы несколько иначе.

Ну, скажем, так: коль вдруг она заплачет -

Её я слёзы тут же осушу

И молча с нею рядом посижу.

Коль приключится с нею вдруг беда -

Вмиг рядом с ней я окажусь тогда,

Её в беде морально поддержу

И молча с нею рядом посижу…

Так ты сидишь всего лишь рядом с ней?

И этого вполне хватает мне

Для счастья. Я – слуга её и раб…

Ты знал ли вообще, Степаныч, баб?

Романтик ты ещё, как я гляжу…

Я – девственник, и тем весьма горжусь!

Нет, я не удивлён… Я охренел!!!

Но сделай милость, растолкуй ты мне:

Как вышло так, что ты – в расцвете лет,

А женщин у тебя доселе нет?!

Всё это объясняется легко:

Учёба не дала стать мужиком.

В то время, когда все мои друзья

По вечерам снимали проституток,

К образованию стремился я

И сразу в трёх учился институтах.

Мне думать было некогда "про это":

И днём, и ночью я зубрил конспекты.

В итоге три диплома у меня,

Все – красные, как нос на злом морозе;

Но не подкован совершенно я

В основополагающем вопросе…

Да, это удручающе весьма…

Как говорится, горе – от ума,

И видит бог – недаром говорится!

Вот умника передо мною два:

Один – мужик с натяжкою едва,

Другой стал педерастом за границей.

Стихи всю ночь читает мне Молчалин,

А Чацкий вовсе холодней тунца,

И всем плевать, что женское начало

Моё – мужского требует конца!

О, как же обманулась я жестоко!

Поражена я, как ударом тока,

И с перекошенным стою лицом.

Уж лучше бы за Витьку я косого

Пошла: ведь он совсем необразован,

А значит – будет истинным самцом!

Нет, мужиков те недостойны званья,

Кто с высшим хоть одним образованьем!

И если б я заранье это знала,

То замуж бы пошла за маргинала!

Как пережить мне потрясенье это?!

В груди спирает и стучит в висках…

Эй, кто-нибудь! Карету мне, карету!

К чертям Москву! Пойду искать по свету

Необразованного мужика!

Автор выражает благодарность Александру Сергеевичу Грибоедову, послу Российской империи в Персии, за любезно предоставленный первоисточник; а также Юрию Николаевичу Клинских, лидеру группы "Сектор Газа", и Павлу Анатольевичу Яцыне, лидеру группы "Красная Плесень", за их творчество, вдохновившее автора на данное произведение.

Николай Николаевич ЛИСИН, 2016 г.