«Комедии»

Джордж Фаркер

Комедии

И. Ступников

Комедия в десяти действиях

17 июля 1694 года в регистрационной книге дублинского Тринити-колледжа была произведена следующая запись: «Джордж Фаркер, сын Уильяма Фаркера, клерка, зачисляется с сего дня на полный пансион. Упомянутый джентльмен, Фаркер-младший, родился в Лондондерри (Ирландия) в 1677 году; обучался в школе у Эллиса Уолкера…»

Безупречная латынь официальной бумаги, скрепленная печатью и размашистой подписью, — первый и почти единственный документ, относящийся к короткой, но бурной жизни английского драматурга Джорджа Фаркера, автора веселых и остроумных комедий, исполненных тонкого юмора, едкого сарказма.

Первая биография Фаркера появилась, к сожалению, лишь семьдесят лет спустя после его смерти. Автором «жизнеописания» был некий Томас Уилкс из Дублина, добросовестно и честно собравший сведения о жизни драматурга. Однако черпал он эти сведения из рассказов, воспоминаний, анекдотов, бытовавших в литературной и театральной среде Лондона, где любили приукрасить, преувеличить, серьезное обратить в шутку, а невероятное выдать за «правду истинную». Так со страниц старинной книги сходит к нам Джордж Фаркер, во многом — как впоследствии доказали ученые — «настоящий», в чем-то — созданный фантазией людей.

…Клерк Уильям Фаркер зарабатывал немного. Всего 150 фунтов в год. А семья была большая: семь ртов. Поди-ка, прокорми такую ораву. Вот и старались пристроить детей «на полный пансион», как только они подрастали. В семь лет Джорджа, одного ив младших сыновей, отдали в местную школу, где в ту пору преподавал Эллис Уолкер, человек больших знаний и недюжинных способностей. Под руководством своего умного наставника юные воспитанники школы не только научились правильно спрягать латинские и греческие глаголы, но и пристрастились к искусству театра, играя в комедиях Теренция, Шекспира и Бена Джонсона, постановку которых осуществлял сам мэтр.

В семнадцать лет Джордж Фаркер уезжает в Дублин и поступает в знаменитый Тринити-колледж, из стен которого вышло немало крупных английских писателей. «Полный пансион» отнюдь не означал привольного и беспечного житья. Казенный кошт приходилось отрабатывать, прислуживая за столом членам совета колледжа. Едва ли молодой Фаркер, увлекавшийся поэзией и театром, серьезно занимался богословием: согласно воспоминаниям друзей, время он проводил в чтении светских книг, поездках на ярмарку, посещениях театра. В феврале 1696 года ученью Фаркера неожиданно наступил конец: с неподобающими будущему священнику легкомыслием и фривольностью излагал он на экзамене эпизоды из Евангелия, за что и был изгнан из Тринити.

Вырвавшись на свободу, избавившись от казарменного режима, царившего в колледже, Фаркер поступает в дублинский театр Смок-Элли, где встречается с молодым талантливым актером Робертом Уилксом, сделавшим впоследствии блестящую карьеру на английской сцене. Рассказывают, что благодаря дружеской поддержке Уилкса Фаркер удачно дебютировал на подмостках театра в роли Отелло (!).

Вскоре репертуар начинающего актера расширяется: Фаркер играет в комедиях Этериджа, Хауарда, Бомонта и Флетчера, в трагедиях Шекспира, Драйдена, Бэнкса, «никогда при этом не вызывая у публики ни малейшего раздражения».

Однажды, исполняя роль Гайомара в трагедии Драйдена «Император индейцев», Фаркер настолько вошел в образ, что серьезно ранил своего коллегу в сцене дуэли из последнего акта. Этот случай так поразил воображение Фаркера, что он решает навсегда покинуть сцену и отправляется в Лондон попытать счастья на поприще драматургии.

Приехав в Лондон в конце 1697 года, Фаркер тотчас обращается к директору театра Дрюри-Лейн Кристоферу Ричу, к которому у него было рекомендательное письмо от Уилкса. Суровый и недружелюбный, Рич на этот раз проявил некоторые «признаки Человеколюбия» и дал возможность молодому дублинцу испробовать свои силы: первая пьеса Фаркера «Любовь и бутылка» была с успехом поставлена на сцене театра Дрюри-Лейн в декабре 1698 года. Спектакль прошел девять раз подряд, что по тем временам означало немалый успех.

1698 год был в известном смысле знаменательным в истории английской драматургии и театра: в марте месяце проповедник Джереми Колльер опубликовал свой памфлет-декларацию «Краткий очерк безнравственности и нечестивости английской сцены», где явно с буржуазных позиций критиковал комедию Реставрации, столь популярную при дворе Карла II, с ее прославлением бесчинства, расточительства, изощренного остроумия, откровенной фривольности, веселья и беспечности. Пьесы Джорджа Этериджа, Уильяма Уичерли, Томаса Шедуэла, написанные в антипуританской манере, представляющие буржуа в самом неприглядном и смешном виде, вызывали гнев Колльера. «Истинное назначение театра, — писал он, — поощрять добродетель, противодействовать пороку, изображать шаткость человеческого величия, внезапные перемены судьбы и пагубные последствия насилия, несправедливости и гордыни. Представлять безрассудство, коварство и вообще все дурное в таком свете, чтобы они вызывали полное к ним презрение».

Итак, третье сословие объявляло борьбу за свой театр.

Книга Колльера вызвала горячую дискуссию. Множество возражений в первую очередь возникло, конечно, со стороны драматургов. Но памфлет Колльера оказал не только эмоциональное воздействие на литературные и театральные круги: он привел и к практическим последствиям. Комедии типа тех, которые создавали Уичерли или Этеридж, едва ли могли, теперь идти на подмостках английских театров.

Постепенно господствующее место на сцене заняли драматические произведения, чей пафос заключался в утверждении и восхвалении буржуазных добродетелей — бережливости, набожности, деловитости.

Сила Колльера заключалась в том, что его взглядах встретили поддержку у нового, третьесословного зрителя, который мало-помалу теснил светских щеголей и щеголих, прочно завоевывая свое место в театре. И, надо отметить, зрители-буржуа умели весьма решительно выражать свое мнение по поводу того или иного спектакля, определять успех или неуспех любой пьесы.

Фаркер пришел в мир театра на переломе эпох, когда принципы и эстетика комедии Реставрации уже изживали себя, а новая идея — грядущего века Просвещения — еще только зарождалась. Комедии Фаркера, сохранившие во многом антибуржуазную традицию и антипуританский дух эпохи Реставрации, сыграли значительную роль в процессе становления английского театра XVIII столетия.

«Двойственность переломной эпохи» ощущалась уже в первой пьесе Фаркера. Написанная в традициях Этериджа и Уичерли, «Любовь и бутылка» тем не менее существенно отличалась от своих литературных предшественников: весь ее «человеческий климат» был мягче, теплее, добродушнее. Верно: герой комедии, молодой повеса Роубак, весьма напоминал весельчаков и кутил Реставрации. Как и они, соблазнял он доверчивых и невинных девиц, скрывался от назойливой любовницы, участвовал в многочисленных проделках и дебошах. Но пружиной всех его действий и поступков был не изощренный и холодный ум щеголя, стремящегося, во что бы то ни стало, действовать вопреки принципам пуританской морали, а, скорее, молодость с ее избытком душевных и физических сил, неуемностью желаний и бесшабашностью.

28 ноября 1699 года в том же театре Дрюри-Лейн состоялась премьера второй пьесы Фаркера «Верная супружеская пара». На одну из главных ролей — сэра Гарри Уайльдера — был приглашен из Дублина Роберт Уилкс. Спектакль имел невероятный успех, «блестящая труппа комедиантов» сыграла его в течение сезона более пятидесяти раз! Образ сэра Гарри Уайльдера отныне навсегда будет связан в истории английского театра с именем первого (и блестящего!) исполнителя этой роли — Роберта Уилкса. Публика не только с интересом следила за стремительно развивающимся действием, не только с удовольствием слушала легкий, искрящийся юмором диалог, но и бурно радовалась торжеству добродетели: «благополучному воссоединению верной супружеской пары» — леди Льюруэлл и полковника Стэндарда, вновь нашедших друг друга после долгих лет разлуки. Искреннее чувство и верность одерживали в спектакле победу над цинизмом и расчетом.

В двадцать два года Фаркер стал популярным и модным драматургом. Нередко теперь за советом и помощью к нему обращались коллеги, он стал завсегдатаем кофейни Уилла, что находилась неподалеку от Ковент-Гардена и где собирались представители литературных и театральных кругов; «высокомерный Рич» просил молодого драматурга писать прологи и эпилоги к пьесам, идущим на сцене Дрюри-Лейна. Жизнь, казалось, сулила безоблачное будущее, успех, благосостояние. Однако все сложилось иначе.

В начале апреля 1701 года Рич поставил третью пьесу Фаркера — «Сэр Гарри Уайльдер», которая продолжала и развивала сюжетные линии «Верной супружеской пары». Хотя спектакль прошел несколько раз, успехом у публики он не пользовался. Знакомые зрителю образы потеряли в этой пьесе свое былое обаяние и силу: в бездушную и капризную кокетку превратилась леди Льюруэлл, а умный и скромный полковник Стэндард — в «ревнивого мужа», персонажа столь типичного для комедии Реставрации. Переодевания, «призраки», обманы и розыгрыши лишились своей занимательности, легкости, остроты; они отягощали сюжет, структура спектакля становилась громоздкой и неуклюжей.