«Полное собрание сочинений в 8 томах. Том 8»

Уильям Шекспир. Полное собрание сочинений в 8 томах. Том 8

Зимняя сказка[1]

Действующие лица[2]

Леонт, король Сицилии

Мамиллий, юный принц Сицилийский

Камилло, Антигон, Клеомен, Дион — сицилийские вельможи

Поликсен, король Богемии

Флоризель, сын его, принц Богемии

Архидам, богемский вельможа

Старый пастух, названый отец Утраты

Крестьянин, его сын

Работник пастуха

Автолик, бродяга

Гермиона, королева, жена Леонта

Утрата, дочь Леонта и Гермионы

Паулина, жена Антигона

Эмилия, придворная дама Гермионы

Мопса, Доркас — пастушки

Придворные, слуги, свита, судьи, сатиры, пастухи, пастушки. Время, заменяющее хор

Место действия — частью в Сицилии, частью в Богемии

Сицилия. Парадный зал во дворце короля Леонта.

Входят Камилло и Архидам.

Если вам случится, Камилло, по долгу государственной службы приехать в Богемию, как я приехал к вам, вы убедитесь, насколько я прав, говоря, что между нашей Богемией и вашей Сицилией огромная разница.

Я полагаю, этим летом король Сицилии нанесет богемскому королю ответный визит.

Мы не сможем оказать вам достойный прием, но искупим это своей сердечностью, так как поистине...

Умоляю вас...

Поверьте мне, я знаю, что говорю: мы не сумеем принять вас так пышно, с таким великолепием, с таким поразительным... я просто не нахожу слов... Придется одурманить снотворными напитками ваш рассудок, чтобы он не мог судить, насколько мы посрамлены, — и пусть вы не будете нас хвалить, зато не сможете и хулить.

К чему платить дорого за то, что вам дарят от чистого сердца.

Клянусь, я говорю то, что мне подсказывают честь и разум.

Любовь короля Сицилии к богемскому королю безгранична. Они вместе воспитывались в детстве, и тогда возникли корни их дружбы, которая с тех пор пускает все новые ветви. Едва их королевские величества возмужали, их разлучили державные заботы. Но, лишенные возможности встречаться, они поддерживали свою дружбу дарами, письмами и дружескими посольствами. Они и в разлуке оставались неразлучны, и на огромном расстоянии продолжали обмениваться горячими рукопожатиями. Разделенные землей и морем, они братски обнимали друг друга, и небо да продлит их любовь.

Я полагаю, нет такой причины, нет такой беды, которая могла бы ее разрушить. В лице молодого принца Мамиллия господь послал вам несказанное утешение. Он подает самые большие надежды, такого ребенка я в жизни не видал.

Полностью разделяю ваши мысли. Это чудесный мальчик. Все подданные не нарадуются на него, а старым сердцам он приносит молодость. Даже те, кто ходил до его рождения на костылях, теперь хотят жить подольше, чтоб увидеть его взрослым мужчиной.

А если б не принц, они предпочли бы умереть?

Конечно, если бы ничто другое не привязывало их к жизни.

Не имей ваш король сына, они, вероятно, согласились бы ходить на костылях и жить, пока он не появится.

То же. Зал во дворце.

Входят Леонт, Гермиона, Мамиллий, Поликсен, Камилло и свита.

(Протягивает руку Поликсену.)

(в сторону)

(Мамиллию.)

(В сторону.)

(Наблюдая за Поликсеном и Гермионой.)

Поликсен, Гермиона и свита уходят.

Мамиллий уходит.

(В сторону.)

Входит Поликсен.

Сицилия. Комната во дворце.

Входят Гермиона, Мамиллий и придворные дамы.

Первая дама

Первая дама

(Второй даме.)

Вторая дама

Вторая дама

Первая дама

Первая дама

Вторая дама

Входят Леонт, Антигон и придворные.

Первый придворный

Первый придворный

(Гермионе.)

Мамиллия уводят.

Королева под стражей уходит, за нею — дамы.

Первый придворный

Первый придворный

Первый придворный

Первый придворный

Первый придворный

(в сторону)

Сицилия. Приемная тюрьмы.

Входят Паулина, слуги.

Слуга уходит.

Слуга возвращается вместе с тюремщиком.

Слуги уходят.

Тюремщик уходит.

Тюремщик возвращается вместе с Эмилией.

Зал во дворце Леонта.

Входят Леонт, Антигон, придворные и слуги.

Первый слуга

Первый слуга

Слуга уходит.

Входит Паулина с младенцем на руках.

Первый придворный

Второй слуга

(Кладет младенца.)

(Антигону.)

(показывая на Антигона)

(Придворным.)

Придворные

Первый придворный

(Антигону.)

Первый придворный

Улица в сицилийском порту.

Входят Клеомен и Дион.

Сицилия. Зал суда.

Входят Леонт, придворные и судьи.

Входит Гермиона в сопровождении Паулины и приближенных дам.

«Гермиона, супруга достославного Леонта, короля Сицилии, ты привлечена к суду по обвинению в государственной измене, в преступной связи с Поликсеном, королем Богемии, и в заговоре с Камилло против жизни нашего великого государя, твоего царственного супруга, а также обвиняешься в том, что, когда злой умысел был частично обнаружен, ты, Гермиона, вопреки верности и долгу супруги и подданной, помогла преступникам советом и делом спастись бегством в ночное время».

Первый придворный

Некоторые из членов суда уходят.

Члены суда возвращаются с Дионом и Клеоменом.

Дион и Клеомен

«Гермиона — целомудренна. Поликсен — безвинен. Камилло — верный слуга. Леонт — ревнивый тиран. Его невинное дитя — законно. У короля не будет наследника, покуда не найдется утраченное».

Придворные

Входит слуга.

Гермиона падает без чувств.

Паулина и дамы уносят Гермиону.

Входит Паулина.

Первый придворный

Первый придворный

Первый придворный

Богемия. Дикая пустыня на морском берегу.

Входят Антигон с младенцем на руках и матрос.

(Убегает, преследуемый медведем.)

Входит пастух.

Лучше бы люди, когда им уже исполнилось десять, но еще не стукнуло двадцать три, вовсе не имели возраста. Лучше бы юность проспала свои годы, потому что нет у нее другой забавы, как делать бабам брюхо, оскорблять стариков, драться и красть.

За сценой охотничьи рога.

Слышите? Кто, кроме этих двадцатилетних балбесов, станет охотиться в такую погоду? Они спугнули двух моих лучших баранов, и волк, чего доброго, разыщет их скорей, чем хозяин. Вернее всего искать их на берегу, где плющ. Они его любят. Пошлите мне, боги, счастья, да будет ваша воля. — Что это? Милосердное небо, ребенок! Да какой красавчик! Мальчик это или девочка? Ох, ты, наверно, чей-нибудь грешок. Хоть я и не обучен грамоте, а вижу, вижу: дело не обошлось без служанки. Была работа где-нибудь под лестницей или в чулане. А им, греховодникам, было теплей, чем бедной малютке. Надо взять ее, пожалеть бедняжку. А где же сын? Ведь он только что кричал оттуда. Эй! Ау!

Входит крестьянин.

Крестьянин

Ты так близко! Если хочешь увидеть что-то, о чем будут говорить, когда ты уже истлеешь в могиле, так ступай сюда. Что случилось?

Крестьянин

Я такое видел на земле и на море! Да где там на море — теперь это небо. Между морем и небом не просунешь и тонкого шила.

Ну и что же?

Крестьянин

Если бы ты видел, как оно ревет, беснуется и кидается на берег! Но дело не в этом. Если бы ты слышал вопли несчастных! То их выносит наверх, то захлестывает. А корабль то упрется мачтой в луну, то закружится в пене, словно пробка в пивном бочонке. А на земле, на земле! Медведь рвет ему плечо, а он барахтается и зовет меня на помощь. Кричал, что он Антигон, дворянин. Потом корабль так и проглотило — видно, морю надоело потешаться над несчастными. А дворянин бедный воет, и медведь тоже воет — забавляется. Этот вой не могли заглушить даже море и буря.

Ради всех богов, когда это было?

Крестьянин

Вот только сейчас, только что! Я с тех пор и моргнуть не успел. Люди еще не остыли под водой, а медведь еще не дообедал дворянином. Вон там он сидит на нем.

Жаль, меня не было. Я-то уж помог бы старику.

Крестьянин

Жаль, тебя не было кораблю помочь, с твоим милосердием. Посмотрел бы я, что ты сумел бы сделать.

Печальные дела, печальные! Но ты, малый, погляди. Тебе подвернулись умирающие, а мне новорожденный. Полюбуйся: пеленки-то — господские! Видишь? Тащи, тащи! Ну-ка раскрой, что там? Феи мне предсказывали, что я буду богат. Э, да они подкинули мне младенца[4]. Ну, чего же ты! Раскрывай!

Крестьянин