«Полное собрание сочинений в 8 томах. Том 4»

Уильям Шекспир. Полное собрание сочинений в 8 томах. Том 4

Генрих IV. Часть первая[1]

Действующие лица[2]

Король Генрих IV

Генрих, принц Уэльский, Джон, принц Ланкастерский — сыновья короля

Граф Уэстморленд

Сэр Уолтер Блент

Томас Перси, граф Вустер

Генри Перси, граф Нортемберленд

Генри Перси, по прозванию Хотспер, его сын

Эдмунд Мортимер, граф Марч

Ричард Скруп, архиепископ Йоркский

Арчиболд, граф Дуглас

Оуэн Глендаур

Сэр Ричард Вернон

Сэр Джон Фальстаф

Сэр Майкл, друг архиепископа Йоркского

Леди Перси, жена Хотспера и сестра Мортимера

Леди Мортимер, дочь Глендаура и жена Мортимера

Миссис Куикли, хозяйка трактира в Истчипе

Лорды, офицеры, шериф, трактирные слуги, извозчики, путешественники, слуги

Место действия — Англия в начале XV века

Лондон. Дворец.

Входят король Генрих, принц Джон Ланкастерский, граф Уэстморленд, сэр Уолтер Блент и другие.

Король Генрих

Уэстморленд

Король Генрих

Уэстморленд

Король Генрих

Уэстморленд

Король Генрих

Уэстморленд

Король Генрих

Уэстморленд

Лондон. Дом принца Уэльского в Лондоне.

Входят принц Генрих Уэльский и Фальстаф.

Скажи-ка, Хел, который теперь час, дружище?

Принц Генрих

У тебя, я вижу, до того ожирели мозги от старого хереса, от обжорства за ужином и от спанья на лавках после обеда, что тебе невдомек спросить о том, что тебя кровно касается. На кой черт тебе знать, который час? Вот если бы часы вдруг стали кружками хереса, минуты — каплунами, маятник — языком сводни, циферблат — вывеской непотребного дома, а само благодатное солнце — пригожей горячей девкой в платье из огненной тафты, — тогда, я понимаю, тебе был бы смысл спрашивать, который час.

Ну да, ты попал в точку, Хел! Ведь нам, охотникам за кошельками, потребна Луна да Большая Медведица, а совсем не Феб, этот «прекрасный странствующий рыцарь». И вот о чем я тебя попрошу, милый друг: когда ты станешь королем, — храни господь твою милость... виноват, я хотел сказать: твое величество, потому что милости божьей тебе вовек не видать.

Принц Генрих

Почему это не видать?

Ей-богу, не видать, даже той, которая испрашивается перед трапезой.

Принц Генрих

Ну, а дальше что? Валяй! Напрямик! Напрямик!

Так вот, милый друг, когда ты станешь королем, смотри не позволяй, чтобы нас, ночную гвардию, обзывали дневными грабителями. Пусть нас зовут лесничими Дианы, рыцарями мрака, любимцами Луны и пускай говорят, что у нас высокая покровительница, потому что нами управляет, как и морем, благородная и целомудренная владычица Луна[3], которая и потворствует нашим грабежам.

Принц Генрих

Здорово сказано и чертовски верно! Все мы — подданные Луны, потому и наше счастье то прибывает, то убывает, совсем как море, — ведь и оно управляется Луной. Вот тебе пример: золото, подхваченное одним махом в понедельник вечером, растрачено с размахом во вторник утром; захвачено с возгласом: «Отдавай!» — а истрачено с криком: «Подавай!» Иной раз, когда отлив, скатишься к подножию лестницы, а другой раз, когда прилив, взлетишь на вершину... виселицы.

Твоя правда, дружок... А что, разве наша трактирщица, с которой я гуляю, не сладкая бабенка?

Принц Генрих

Как мед Гиблы[4], старый греховодник!.. А что, разве не сладко тебе будет прогуляться за решеткой в куртке из буйволовой кожи[5]?

Что такое? Что ты там мелешь, дуралей? Это что еще за подвохи и подковырки? Какое мне, черт возьми, дело до буйволовой куртки?

Принц Генрих

А мне, черт подери, какое дело до нашей трактирщицы?

Да ведь ты же не раз требовал ее к себе, чтобы сводить с ней счеты.

Принц Генрих

А разве я когда-нибудь требовал с тебя твою долю?

Нет, надо отдать тебе справедливость, здесь ты платил за все сам.

Принц Генрих

Ну да; так бывало здесь и всюду, пока у меня водились наличные, а уж когда я садился на мель, то пускал в ход свой кредит.

Ну да, и пользовался им так широко, что всякий с полным правом мог назвать тебя полноправным наследником... Но скажи мне, милый друг, неужели, когда ты вступишь на престол, в Англии все еще будут красоваться виселицы? А этот старый шут закон неужели по-прежнему будет душить ржавыми цепями всякое проявление мужества? Смотри не вешай воров, когда станешь королем.

Принц Генрих

Нет, это будешь делать ты.

Я? Вот замечательно! Ей-богу, из меня выйдет бравый судья!

Принц Генрих

Вот уж ты и неверно судишь, — я хочу сказать, что тебе будет поручено вешать воров, и из тебя выйдет замечательный палач.

Ну что ж, Хел, уверяю тебя, мне это даже в некотором роде по душе, это не хуже, чем заседать в суде.

Принц Генрих

Здесь тоже есть чем поживиться, правда?

Ну да, ведь палачу достается платье казненного, и всякий знает, что у него богатый гардероб... Черт подери, я тоскую, как старый кот или как медведь на привязи.

Принц Генрих

Или как дряхлый лев, или как лютня влюбленного.

Ну да, или как ноющая линкольнширская волынка[6].

Принц Генрих

А что если я сравню тебя с зайцем или с мрачным Мурским рвом[7]?

Вечно у тебя на языке всякие ядовитые сравнения! Ей-богу, ты самый изобретательный, канальский, расчудесный принц на свете! Но прошу тебя, Хел, не искушай меня всякой суетой! Видит бог, хотел бы я раздобыть себе доброе имя, да не знаю, где продается такой товар. Один старый лорд из Совета на днях вздумал отчитывать меня на улице — а все из-за вас, сэр! Положим, я и бровью не повел, но все-таки он говорил как мудрец. Правда, я даже не оглянулся, а все-таки он говорил как сущий мудрец, и к тому же на улице.

Принц Генрих

Ты правильно поступил. Ведь сказано: «Премудрость вопиет на стогнах, и никто не внемлет ей»[8].

Ах, какая у тебя пагубная страсть к этим текстам! Ты, право же, способен совратить и святого. Ты причинил тяжкий вред моей душе, Хел, — да простит тебе бог! До знакомства с тобой я не был знаком с пороком, а теперь, по правде сказать, я здорово смахиваю на распутника. Но я решил исправиться и непременно исправлюсь. Ей-богу, если я этого не сделаю, я буду сущим подлецом. Не желаю я губить свою душу из-за какого-то королевского сынка.

Принц Генрих

Где бы это нам завтра раздобыть денег, Джек?

Черт возьми, где хочешь, дружище. Уж я-то раздобуду, а если нет, обзови меня подлецом и ругай на чем свет стоит.

Принц Генрих

Я вижу, что ты и впрямь вступил на путь истинный: от молитв да на охоту за кошельками.

Что делать, Хел, это мое призвание, Хел, а для человека не грех следовать своему призванию.

Входит Пойнс.

А, Пойнс! Сейчас мы узнаем, наладил ли дело Гедсхил. О, если бы людям воздавалось по заслугам, то он наверняка угодил бы в самую пасть к сатане. Вот самый отъявленный из мерзавцев, что кричат честному человеку: «Стой!»

Принц Генрих

Здравствуй, Нед[9].

Здравствуй, любезный Хел. Ну, что говорит мсье Кающийся Грешник? Что говорит сэр Джон Сладкий Херес? Ну, Джек, как вы поладили с чертом насчет твоей души? Ведь ты ее продал ему в страстную пятницу за кружку мадеры и ножку холодного каплуна.

Принц Генрих

Сэр Джон верен своему слову — черт получит по договору сполна; ведь до сих пор сэр Джон всегда поступал согласно народной мудрости и «отдавал черту его долю».

Значит, Джек, ты угодишь в ад за то, что сдержал слово, данное черту.

Принц Генрих

Или же он угодит в ад за то, что обманул черта.

Слушайте, братцы мои, завтра в четыре часа утра всем быть у Гедсхила[10]; в Кентербери[11] направляются паломники с богатыми дарами, а в Лондон едут купцы-толстосумы. Маски припасены у меня для всех, а лошади у вас свои. Гедсхил ночует нынче в Рочестере[12]. Я заказал на завтрашний вечер ужин в Истчипе. Мы всё это обделаем, как за каменной стеной. Если вы поедете со мной, я набью ваши кошельки кронами, а не желаете, так сидите себе дома, и чтоб вас всех повесили!

Слушай ты, Эдуард, если я не поеду с вами и останусь дома, я повешу вас всех за то, что вы поехали.

Да неужели, мясная туша?

Ты едешь с нами, Хел?

Принц Генрих

Как! Чтобы я стал грабить? Чтобы я стал разбойником? Да ни за что на свете!

Нет в тебе ни на грош ни честности, ни мужества, ни товарищеских чувств, и вовсе ты не королевский сын, если не умеешь раздобыть и десятка шиллингов.

Принц Генрих

Ну ладно, быть мне раз в жизни сумасбродом!

Здорово сказано!

Принц Генрих

Ну, будь что будет, а я остаюсь дома.

Ей-ей, когда ты взойдешь на престол, я стану изменником.

Принц Генрих

А мне наплевать.

Сэр Джон, дай мне, пожалуйста, поговорить с принцем с глазу на глаз. Я ему приведу такие доводы в пользу нашей затеи, что он согласится.