«Рассказы о собаках [из сборника «Море. Тундра. Собаки»]»

Радмир Коренев

Рассказы о собаках

(из авторского сборника «Море. Тундра. Собаки»)

В данный файл вошла только третья часть из авторского сборника Радмира Коренева, содержащая рассказы о собаках.

Говорят, что гомо сапиенса вывела в люди собака. Охотно верю, потому что меня, уже готовенького человека, собака заставила перелопатить гору литературы. В основном зоологию, биологию, экологию и даже этологию. Затем я вплотную подобрался к кинологии.

Я прочитал: «Очень плох человек, ничего не знающий, да и не пытающийся ничего узнать. Ведь в нем соединились два порока». Мудр Абу-Ль-Фарадж. И я избавился от того и другого.

«Знание действия зависит от знания причины и заключает в себе последнее». Благодаря Спинозе я вывел собственную формулу: следовать совету мудрых — тоже мудрость. У меня была важная причина, и я должен был действовать. Но, увы, не всегда мудро.

Все произошло оттого, что я построил дачу на опушке зеленой зоны. Грибники, ягодники и подозрительные типы шли по моему, пока еще не огороженному участку.

Я частник и должен беречь свое добро, а некоторые любители чужого тянут без зазрения совести все, что на их пути. Вчера сперли новую тяпку, сегодня — старую лопату. В конце концов, мой двор не база сельхозтехники, и я наведу порядок. Для охраны имущества нужна собака.

Мне, человеку просвещенному, понятно, что воспитатель обязан быть эрудированным вообще и специалистом в частности. Если я верно рассуждаю, то предстоит вырастить щенка, а я чистокровный горожанин и в собаках ни бум-бум. Для самообразования пришлось тралить библиотеку и выудить редкие книги. Я грыз научные данные и не одну собаку съел на этом деле, смело мог схватиться с любым кинологом. Я проштудировал трех «друзей»: «Друг, воспитанный тобой» Рябинина, «Наши верные друзья» Чельцова-Бебутова, «Друзья по риску» Поль-Эмиль Виктора; проникся глубоким уважением к авторам и их четвероногим героям, убедился, что собака действительно друг человека. Я вооружился ценными рекомендациями, но для полной весомости еще почерпнул советы начинающему собаководу из журнала «Охотничьи просторы», № 36, 1979 год. Гусев сказал: «Заводи только породистых собак и щенков известного происхождения. Тратить средства на выращивание метисов нет никакого смысла».

Насчет смысла я тогда с Гусевым не согласился. Мои личные наблюдения показали, что иная дворняга честнее породистой. Я неплохо ориентировался в дебрях собакологии, разбирался в породах и видел, что соседская овчарка — дура дурой. Лает без толку, гоняется за машинами, а цыкни как следует, то хвост подожмет, и хоть весь двор растащи. Без хозяйки на хвост наступи, а при ней и укусит. Словом, подлая, с характером. Говорят, что собака похожа на хозяина. Не буду спорить.

В общем, щенка породного я не нашел и решил взять любого рослого. Только не шавку. Маленьких не люблю. Селекционеры путем скрещивания получали новую породу. Скажем, сенбернар и кавказская овчарка дали московскую сторожевую, а немецкий ротвейлер использовался при создании черного терьера, нашего отечественного и весьма злобного пса. А ведь это, как ни верти, метисы.

Время подпирало. Дача имела крышу и окна. В саду росли цветы, а в огороде взошла картошка. И лето, и осень предвещали некоторые неприятности в случае, если во дворе не будет собаки. Требовалось форсировать поиск. В этот критический момент и помог мне друг Володя. Есть, сказал, у знакомых овчарка. У нее два месячных щенка. Папаша — доберман.

Ого! Достоинства овчарки широко известны, а добермана я срочно проработал: сух, элегантен, крепкий костяк, сильная мускулатура. Подвижная собака, с очень быстрой реакцией. Доберман обладает очень тонким и верным чутьем. В Европе используется как специальная полицейская собака-ищейка.

Отлично! Молоток, Володя. Беру! Овчарка и доберман — прекрасное сочетание. Лучшего искать не надо. В конце концов, старое правило гласит: «Нет плохих собак, есть плохие хозяева». К последним я не отношусь. Итак, есть машина, адрес и страстное желание приобрести четвероногого друга. Вперед!

С небольшим нарушением правил дорожного движения промчался я по улицам города к нужному дому, поднялся на третий этаж и прислушался. Тишина. Постучал в рекомендованную дверь, и сразу — лай, глуховатый, басистый, внушительный.

Сердце радостно екнуло: тут.

Открыла женщина, молодая, симпатичная, в домашнем халатике и по-домашнему добрая. От такой я бы взял кота в мешке.

Меня послал Володя.

Проходите, проходите! Он о вас рассказывал.

«Легко сказать „проходите“, — подумал я, — когда где-то за ее ножками клыкастая пасть овчарки».

Нет, спасибо. Я постою.

Из отгороженного угла хозяйка извлекла щенков, и в прихожую выскочила сама мама. Хвост ее, полено, был опущен, в глазах злоба и шерсть дыбом. Она приближалась так, будто решила проглотить меня целиком. Я стоял ни жив ни мертв, затаив дыхание, и чувствовал, как сердце опускается в пятки. Когда собака сунула свой мокрый нос в мои отутюженные брюки, колени слегка дрогнули.

Хозяйка сказала:

Собака отошла.

Где-то в недрах сжавшейся души эхом прозвучало: «Фу-у-у»… И сердце прыгнуло на свое место. Держался я молодцом, а могло быть гораздо хуже.

Щенки поразительно отличались друг от друга. Рослая сучонка — копия мать. Даже в месячном возрасте просматривался окрас и экстерьер породистой собаки. А кобель — дохляк. Вполовину мельче своей сестры. Шерсть мышиного цвета, редкая, как у лысеющего старика. Хвост прутиком, грудь светлая. По хребту черная полоса. Передние лапы длиннее задних — жираф в белых носках. Вторая половина тела явно не подчинялась первой. Видимо, ноги больны. Худущ, доходяга. А сколько спеси! Лобастая голова была гордо вскинута, губа нервно дергалась. Он меня не видел, но лаял, весь он был напружинен, подтянут, как широкоплечий атлет с узкой талией. Впечатление было, будто вот-вот бросится и разорвет. Зад его валился на стенку прихожей, и песик сосредоточивался, чтобы удержать равновесие. Веселенькая картинка.

— Возьмите вот эту. Она умница. У нее все данные восточноевропейской овчарки.

Мне не понравилась флегматичность сучонки, полное равнодушие к моему присутствию. Я молчал. Меня заворожил урод. Этот монстр на слабых ножках.

«Почему она предлагает мне сучку?»

Во мне слышался голос противоречия. Это с рождения.

— А почему кобелек худой, болезненный?

— Последыш. Молока доставалось мало, может быть, придавили. Их ведь было шесть. Четырех отдали. Сейчас он немного оправился, набирает силу. Вам все-таки лучше взять вот эту красавицу! — женщина погладила сучонку.

Она говорила, а я думал: «Из замухрышек вырастают могучие псы. Этот последним увидел свет, потому и отстал в росте. А зол. Нет, шутишь, хозяйка! Шустряка-монстра я возьму».

— Знаете, мне бы хотелось кобелька.

Пробный шар попал в лузу. По лицу хозяйки проскользнула тень недовольства. Значит, я не только знаток собак, но и незаурядный физиогномист-психолог. Женщина явно не хотела с ним расставаться. Но меня уже не удержать. Как говорят сельские, шлея под хвост попала.

— Мне его не на выставку. Подрастет, оправится, лишь бы лаял.

— Насчет лая, видите сами. Доберман признает только хозяина, памятлив и упрям. Но как-то неудобно такого давать, пегий…

— Я возьму!

— Пожалуйста. Только не простудите. Он еще на улице не был.

— Ничего. У нас там тепло, привольно. Ему будет хорошо.

Я откланялся, вынес одра, посадил в «Жигули» на первое сиденье и осторожно, как нечто хрустальное, докатил до дому.

Реакция жены превзошла все мои самые худшие ожидания:

— Уноси! Уноси это страшилище! Брр… Ужасная образина. На кой черт ты его взял! Он подохнет!

И вновь лобастая голова гордо вскинулась, пес уловил грубые нотки и грозно зарычал на жену. Это оказалось наилучшим ответом на все ее невысказанные вопросы.

Отныне мои дни наполнились научным воспитанием собаки. По грубым подсчетам, осенью щенку исполнится шесть месяцев, и тогда трепещите, господа воришки! Я полновластный владелец не просто собаки, а сложного произведения овчарки и добермана. Имя моему зверю — Барс!

Барс в первый же день повел себя по-барски. Он никак не хотел подчиниться мне и перечеркнул всю мою теоретическую подготовку. Во-первых, почти ничего не ел, но достаточно часто гадил. В руки не давался и кусался как бешеный. Кусочки мяса глотал не жуя, пил только молочко и во время еды урчал, как бульдозер. Я не знал, с какого боку к нему подойти. Пришлось наглухо изолировать буяна в кухне и убрать все половики.

Прошел месяц. Пес по-прежнему оставался худущим и злым, не брал в рот ничего, кроме молока и мяса, притом в самых мизерных дозах. Другой уже подох бы с голоду. А этот — Кощей Бессмертный.

— Ты что же, одним мясом будешь кормить его?

— Подрастет, поправится, станет есть. А тюка нужно поддерживать.

— Вынеси его в будку, на свежий воздух!

— Холодно еще. Простынет. Он короткошерстный. Брюхо голое.

Вскоре я собирался в командировку и наказывал жене:

— Корми его четыре раза в день. Старайся реже выводить во двор, а то простынет. Мясо, говядину, я достал, а молоко разводи сухое!

Жена у меня отличная. Всегда выполняла мои наказы, и я спокойно улетел к народам Крайнего Севера.