«Мышиный футбол»

Солнце светило ярко, с подветренной стороны припекало, но стоило выйти из-под прикрытия надежного бревенчатого дома, как ледяной ветер налетал, накидывался, рвал полы куртки. В это время года всегда стояла такая погода. Цвела черемуха, от чего на участке воцарялся восхитительный запах! В начале цветения это был нежный легкий аромат, а когда цветение заканчивалось – одуряюще тяжелый, плотный.

Ира грелась на солнышке в старом кресле-качалке, его скрип разносился по всей улице дачного поселка. Иру привез на дачу внук, строжайше соблюдая меры предосторожности. Заказал электронный пропуск. Целью получения документа, почесав заросший щетиной подбородок, указал: «Проверка технического состояния дома». И всю дорогу ворчал, мол, что ж вы, старики, не сидите дома? Сидели бы, вязали свои носки. Такая зараза бродит по Москве! Да что там, по Москве. Весь мир кашляет и чихает. Ира тогда слушала вполуха, удивляясь, какая нынче молодежь нервная. Ну, да. Компьютерная томограмма показала небольшое затемнение в левом легком. И кашель по ночам стал совсем невыносим. Но она же сдала этот тест? Все проверят, карантин кончится, небо станет чистым, и она снова начнет ходить с такими же по возрасту «девочками» на выставки и в театры. А пока хмурый внук привез ее на дачу. Через некоторое время привез и мужа. Тот не захотел жить один, как он выразился, в «чумной Москве». Ира улыбнулась. Дача весной – это замечательно. Много-много свежего воздуха, молодая трава, желтые головки одуванчиков. И вот эта черемуха – хоть сама уже старая, корявая, но не сдается, цветет каждый год, на зависть соседям.

На свежем воздухе радовалась теплому сухому дню и «домашняя скотина» – так Ира называла своих питомцев. Кот Эм, французская бульдожка Пуля и черный громадный пес. Пса купил муж. Ему сказали, что это специальная порода овчарок, лучшей охраны не найти. Выросло же не пойми что, да еще со странным характером: пес ненавидел всех собак и кошек, кроме своих. Людей же игнорировал. Иногда прорывался за ворота, после чего Ира обходила соседей с извинениями и пирогами. Пса звали Джеймс. Пулю подарил сын. Принес в толстом теплом пледе, из которого выглядывала приплюснутая мордаха с выпученными слезящимися глазками. Кот Эм нашелся однажды в вольере Джеймса, голодный, обессиленный. Джеймс разрешил ему поесть из своей миски, и кот остался в семье.

Солнце светило ярко, с подветренной стороны припекало, но стоило выйти из-под прикрытия надежного бревенчатого дома, как ледяной ветер налетал, накидывался, рвал полы куртки. В это время года всегда стояла такая погода. Цвела черемуха, от чего на участке воцарялся восхитительный запах! В начале цветения это был нежный легкий аромат, а когда цветение заканчивалось – одуряюще тяжелый, плотный.

Ира грелась на солнышке в старом кресле-качалке, его скрип разносился по всей улице дачного поселка. Иру привез на дачу внук, строжайше соблюдая меры предосторожности. Заказал электронный пропуск. Целью получения документа, почесав заросший щетиной подбородок, указал: «Проверка технического состояния дома». И всю дорогу ворчал, мол, что ж вы, старики, не сидите дома? Сидели бы, вязали свои носки. Такая зараза бродит по Москве! Да что там, по Москве. Весь мир кашляет и чихает. Ира тогда слушала вполуха, удивляясь, какая нынче молодежь нервная. Ну, да. Компьютерная томограмма показала небольшое затемнение в левом легком. И кашель по ночам стал совсем невыносим. Но она же сдала этот тест? Все проверят, карантин кончится, небо станет чистым, и она снова начнет ходить с такими же по возрасту «девочками» на выставки и в театры. А пока хмурый внук привез ее на дачу. Через некоторое время привез и мужа. Тот не захотел жить один, как он выразился, в «чумной Москве». Ира улыбнулась. Дача весной – это замечательно. Много-много свежего воздуха, молодая трава, желтые головки одуванчиков. И вот эта черемуха – хоть сама уже старая, корявая, но не сдается, цветет каждый год, на зависть соседям.

На свежем воздухе радовалась теплому сухому дню и «домашняя скотина» – так Ира называла своих питомцев. Кот Эм, французская бульдожка Пуля и черный громадный пес. Пса купил муж. Ему сказали, что это специальная порода овчарок, лучшей охраны не найти. Выросло же не пойми что, да еще со странным характером: пес ненавидел всех собак и кошек, кроме своих. Людей же игнорировал. Иногда прорывался за ворота, после чего Ира обходила соседей с извинениями и пирогами. Пса звали Джеймс. Пулю подарил сын. Принес в толстом теплом пледе, из которого выглядывала приплюснутая мордаха с выпученными слезящимися глазками. Кот Эм нашелся однажды в вольере Джеймса, голодный, обессиленный. Джеймс разрешил ему поесть из своей миски, и кот остался в семье.