«Цензура всегда защищает ложь и удушает правду»

ЦЕНЗУРА ВСЕГДА ЗАЩИЩАЕТ ЛОЖЬ И УДУШАЕТ ПРАВДУ

Давайте эту, многим понятную, цель цензуры рассмотрим в приложении к медицине.

Как-то ещё в молодые годы читал роман о выдающемся русском хирурге Николае Пирогове, жившем с 1810 по 1881 год. Так вот, во время обучения врачебному искусству, профессора его учили, что как бы для блага больного фельдшер не имеет права оспаривать диагноз и назначения врача, а санитар – сомневаться в диагнозе и назначениях фельдшера. То есть уже в те годы существовало строжайшее подчинение лекарей мнению вышестоящих – вводилась цензура, и вводилось эта цензура как бы во благо больных, но не будем наивными, благо больных стояло последним очереди, а в первую очередь цензура вводилась на благо дураков в медицине.

И я сейчас понимаю, что статью «За что народ убивает врачей» (http://www.ymuhin.ru/node/2400/za-chto-narod-ubivaet-vrachey) надо бы было начать с разговора о бездумности того лечения, которое проводит массовый врач, – начать с того факта, что массовый врач тупо следует выученным в учебном заведении или заданным начальством и авторитетами способам («протоколам») лечения данной болезни, причём, тупо следует невзирая на эффект от такого лечения.

А ведь что-что, но эффект лечения людям виден прекрасно.

Тут ведь положение такое. Какой-бы тяжёлой и ни была болезнь, но во все времена вероятность смерти больного никогда не была равна 100%, часть людей, переболев, выживала и выживает и без медицинского вмешательства. И смотрите, что получатся: если больные без вмешательства врача выживают, а после вмешательства умирают, то в старые времена, когда масса людей обходилась без врачей, у людей создавалось впечатление, что во время эпидемий убивают именно врачи, «сами разнося заразу, а без них, бог даст, человек может и выздороветь». И если рассматривать не глупый от малограмотности ход мыслей народа, а результат лечения тех врачей, который действительно был часто убийственным, то получится, что народ не так уж и неправ, – народ просто неправильно понимал (да и понимает) причины такого убийственного результата леченя.

Это как в анекдоте, в котором приходит весь избитый Абрам, и Сара его спрашивает, что случилось. И Абрам поясняет, что попал в еврейский погром. «Но ты же по паспорту русский!», – изумляется Сара. «Да они били-то не по паспорту, а по морде», – пояснил Абрам.

Так и тут: как лечить правильно, народ не знает, а вот что должно получиться после лечения, – народ понимает. За это и бьёт.

В интернете rms1 высмеял тех, кто пытается показать вековую глупость русского народа, используя для этого повесть В.В. Вересаева «Без дороги» https://rms1.livejournal.com/659946.html?view=comments#comments.

Это стандартная повесть «о любви», которая, согласно стандарту написания подобных произведений, должна закончиться смертью одного из влюблённых. Жертвенным агнцем в данной повести стал земский врач, которого по ходу сюжета убили неграмотные русские люди во время эпидемии холеры в 90-е годы XIX века. Строго говоря, приводить эту повесть в качестве факта, характеризующего русский народ, – это равнозначно изучению военного дела по описанию Л. Толстым Аустерлицкого и Бородинского сражений в романе «Война и мир».

Правда, Вересаев был реальным, практикующим врачом того времени, ещё студентом он участвовал в ликвидации холеры в Екатеринославской губернии и уже тогда был уже не простым санитаром, а руководителем холерного барака, посему описанные им способы лечения холеры, сомнения не вызывают.

Но что это было за лечение, каков был «протокол»?

В статье «Холера» энциклопедии Брокгауза и Эфрона, написанной, скорее всего, уже в начала прошлого века, этот способ описывается так:

«В ожидании же прихода врача надо лечь в постель, укрыться потеплее, положить на живот согревающий компресс или припарку из льняного семени, отрубей, овса, золы; не принимать некоторое время никакой пищи; от жажды пить горячий чай с лимоном или красным вином; при ощущении слабости принимать Гофманские (10 кап.) или эфирно-валериановые (15-30 кап.) капли; при появлении судорог растирать тело теплыми суконками или фланелью, камфарным спиртом, взять теплую и даже горячую ванну (от 28 до 35° Р.) – чистую или с прибавлением горчицы (от 1/2 фунта до 2 фн. на ванну). Собственно лечение азиатской X. далеко не так действительно, как профилактика. В тяжелых случаях алгидной X. мы почти бессильны теперь, как и раньше. Тем не менее в последнюю холерную эпидемию удавалось во многих местах энергичными лечебными мерами понизить смертность от X. Наиболее полезными средствами оказались высокие теплые клистиры из 1/2 – 2 % раствора дубильной кислоты (энтероклизмы) по Кантани и подкожные вливания физиологического раствора (0,6 %) поваренной соли (гиподермоклиз)».

Дело в том, что от холеры и по сей день нет лекарства – холерный вибрион убивается антибиотиком только в тяжёлых случаях и как бы в помощь организму, поскольку если организму ВОСПОЛНЯТЬ ПОТЕРИ ВОДЫ от рвоты и поноса, то организм сам расправиться с вибрионом. Вот как на сегодня выглядит лечение холеры:

«При подозрении на холеру больных срочно госпитализируют в специальное отделение.

Как правило, при восполнении потерянной жидкости у больных холерой происходит выздоровление и без применения антибиотиков, поэтому Всемирная организация здравоохранения рекомендует их применение только в случаях с тяжелым обезвоживанием». Всё.

А где в протоколе лечения конца XIX – начала XX веков хоть слово о необходимости усиленного питья? Усиленного восполнения потерь организмом воды? Есть указания давать пить всего лишь тогда, когда больной сам захочет.

И помянутый rms1 весьма уместно пишет, «что до рубежа XIX/XX веков у вас было больше шансов выжить если вы НЕ обращались к врачу, так как применяемые до этого методы (особенно повсеместное кровопускание) убивали быстрее самой болезни, какой бы она ни была. Цитируемый рассказ Вересаева является живой иллюстрацией к этому тезису». Так кровопусканием был фактически убит врачами композитор Моцарт.

И, действительно, Вересаев в своей повести описывает, как герой, напомню, земский врач, приписывает больным холерой порошок каломели (одновалентного хлорида ртути), и опрыскивает помещения сулемой (раствором двухвалентного хлорида ртути).

Дело даже не в том, что это сильнейшие ртутные яды – в те годы ртуть считалась чуть ли не универсальным лекарством, а в том, что и в те времена для лечения холеры, повторюсь, главным было восполнять потерю воды организмом больного, по тем временам – непрерывно поить больного. Что люди безо всяких врачей и делали в силу того, что в народе больных обильно поят вообще при любых болезнях. И действительно, часть заболевших (возможно и большая часть) выздоравливала безо всяких врачей. А врачи заставляли больных пить сухие порошки каломели и больные умирали.

В повести Вересаева есть несколько моментов, в которых врач поит больного и даже не просто водой, а водой со льдом, но делает это только по просьбе самих больных. И в повести нет ни слова о том, что врач прописывал больным усиленное питьё. И тем более, что герой повести приписывал кислое питьё.

Удивительно, но это простые люди понимали, что при холере нужно принимать кислое, кроме того, кислое полезно и при рвоте. В повести есть персонаж, «больной Андрей», которому в холерном бараке не хотелось ни есть, ни пить, и его каждый день навещал брат: «Всхлипывая и утирая рукавом глаза, он сует в руку Андрея гривенник.

 – Небось, кисленького хочется тебе; купи огурчиков или чего такого... Ах, Андрюша, Андрюша!»

Винить этого земского врача в том, что он лечил неправильно? Ну так на 1895 год (время написания повести) таким был, как сегодня говорят, «протокол лечения», и врачи тупо его исполняли.

А разве сегодня иначе? Полгода назад я делал сравнение.

Недавно испечённый Герой России, Главный врач больницы в Коммунарке Денис Проценко в декабре 2020 года похвастался: с начала пандемии COVID-19 через его больницу уже прошло более 30 тысяч пациентов, а госпитальная летальность составила всего 8,5%. Но дело в том, что в «коммунарке» в марте летальность больных «ковидом» была менее полпроцента от поступивших, а к ноябрю Проценко довёл её до более, чем 9%, в среднем получилось 8,5%. То есть под чутким руководством Проценко, его подчинённые, которые лечили больных строго по протоколу, снабдили московские кладбища 2550 трупами. А этот протокол, по рекомендации ВОЗ исключал азитромицин, гидроксихлорохин, и цинк.

А я не раз в качестве примера приводил ролик с митинга протестующих врачей в Вашингтоне, на котором врач отделения интенсивной терапии чуть ли ни кричала, что безо всяких ИВЛ, а только назначая с ранних стадий гидроксихлорохин, азитромицин и цинк, она в своём отделении вылечила 350 пациентов, из которых не умер ни один, включая 90-летних стариков. А ведь по тем протоколам, по которым работает Проценко и «коммунарка», у неё должно было бы умереть почти 30 человек.

Да, простые люди не в состоянии понять, как правильно лечить, ну а разве то, что у одних врачей больные выздоравливают, а у других умирают, простым людям понять трудно?

И те врачи, которые тупо применяют то лечение, которое убивает пациентов, в глазах простых людей заслуживают наказание или нет?

И что народу делать, если власть за такое лечение не наказывает?