«Звон колоколов и призыв к намазу»

Суверенный Татарстан представляется религиоведам, политологам и прочим радетелям свободы совести тем местом, где в отличие от «нехорошей» Чечни ислам демонстрирует завидное миролюбие, идиллически сосуществуя с православием. Принято восхищаться политикой Минтимера Шаймиева, который не оказывает явного предпочтения ни одной из этих двух конфессий и свято соблюдает принцип государственного невмешательства в церковные дела. Но реальность порой оказывается сложнее идеала…

Звон колоколов (правда, звон очень робкий, стыдливый и торопливый) действительно звучит в Казани в унисон с призывами к намазу (правда, призывы эти разносятся с минаретов не живыми муэдзинами, а беззастенчиво оглушительными громкоговорителями). Но, с другой стороны…

С другой стороны, если обозревать Казань не из окошка персональной иномарки и не из окна президентского дворца (а именно отсюда восторженные апологеты исламо-православной дружбы любуются панорамой города), а, наоборот, пядь за пядью обходить ее «стопочками апостольскими», то приметы дискриминации русского православия будут налицо. Свято-Преображенский монастырь, главная здешняя российская святыня и резиденция первых казанских епископов, принадлежит хозяйственным службам администрации президента Шаймиева, а те захоронения святых, которые не успели тут разорить и осквернить в советские времена, продолжают разоряться и разграбляться поныне… Не в лучшем положении и Благовещенский собор, в непосредственной близости от которого, на священной для каждого русского земле, воздвигается помпезная мечеть Кул-Шариф, которую даже верующие татары считают мусульманским аналогом московского храма Христа Спасителя.

…Обозревая эти (и многие другие) приметы «мирного сосуществования» двух конфессий, автор этих строк попытался обратиться за соответствующими разъяснениями к епархиальным властям РПЦ: любопытно было узнать, как православный владыка «всея Татарии» относится к тому церковному «возрождению», от которого святые епископы Казани перевернулись бы, конечно, в гробах, если бы их мощи не были заблаговременно уничтожены.