«Украинцы! Мы русские! Какой восторг!»

Юрий Владимирович Кот

Украинцы! Мы — русские! Какой восторг!

Предисловие

Украинцы! Мы русские! Какой восторг!

Между началом этой фразы и её окончанием лежит путь длиною более чем в двести лет. Александр Васильевич Суворов, величайший полководец, был русским не столько по крови, то есть по форме, сколько по духу, то есть по содержанию. Посудите сами. Его отец, Василий Иванович Суворов, крестник Петра I, по родословной легенде происходил от древнего шведского рода. Мать Суворова — Авдотья Феодосьевна, в девичестве Манукова — хоть и представляла древний московский род служилого дворянства, но есть предположения об армянском происхождении её фамилии (от армянского слова Մանուկ — «манук» — младенец, ребёнок). То есть кровное происхождение великого русского человека вероятнее всего даже не из славянского народа. Но его жизненная позиция, его служение России, его подвиги во имя Отчизны — всё говорит, что он — русский. И за это право быть собой наши предки сложили головы в множестве больших и малых войн, преимущественно защищая себя от представителей, как сегодня сказали бы, цивилизованной общественности, идущих на нас с мечом прежде всего с Запада.

Чтобы обратиться фразой великого полководца к своим землякам, испокон веков живущим в агрессивной среде окраины двух цивилизаций, русской и западной, мне, сыну украинского актёра и учительницы украинской словесности, довелось пройти долгий жизненный путь от медалиста в русской школе Житомира, краснодипломного преподавателя украинского языка и литературы, довольно известного украинского телеведущего, состоявшегося телережиссёра и продюсера, ведущего государственных праздников на Украине… До убеждённого антимайдановца, украинского диссидента, политического беженца, оболганного, обворованного и гонимого русского украинца с политическими уголовными делами, с прямыми угрозами жизни и здоровью от соучастников и их сочувствующих глобального преступления в захваченной украинством Малороссии — государственного переворота!

Жизнь во время и после Майдана по своей наполненности трагизмом с лихвой перекрывает всё то, что было до этого. И сегодня, прожив этот крайне сложный период, могу сказать только слова благодарности Господу. Если бы не такое глобальное потрясение под лживым названием «майдан» — русский во мне так бы и не проснулся.