«Неизвестный Нестор Махно»

Неизвестный Нестор Махно (fb2) - Неизвестный Нестор Махно 13893K (книга удалена из библиотеки) скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Владимир Шак

Владимир Шак

Неизвестный Нестор Махно

Шрифты предоставлены компанией «ПараТайп»

© Владимир Шак, 2019

Малоизвестные факты, связанные с личностью лихого атамана, вождя крестьянской революции из Гуляйполя батьки Махно, которого батькой стали называть в 30 лет.

12+

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Оглавление

Неизвестный Нестор Махно

От автора

Махно и махновщина: начало, 1917-й год

Там, где по берегу Гайчур-реки гуляет… поле

Неизвестный Нестор Махно

Мятежный Нестор вернулся домой

На станцию Гайчур — за кладом батьки Махно

Тайна Потайнянской балки

Лес батьки Махно

Кого Владимир Высоцкий искал в Гуляйполе?

Нестор и Галина вместе навсегда

Как батьку Махно за взятие Мариуполя орденом награждали

Вольдемар Антони: учитель батьки Махно

Махновская коммуна в степной Украине

Где искать сокровища батьки Махно?

Старое пальто матушки Галины — жены батьки Махно

Бюст батьки Махно вырезали из дерева по… 3D технологии

Как батька Махно оказался среди смеющихся цветов с большими носами

День рождения батьки Махно

«Был со мной заодно пулемет»

Дополнение 1-е. Стихи Нестора Махно

Дополнение 2-Е. Феодосий Щусь (фото)

Дополнение 3-е. Батька Махно на балконе и... в тюремной камере

От автора

О батьке Махно, которого батькой стали называть в тридцать лет, я писал неоднократно — очень уж привлекает меня этот человек и великий патриот, который искренне хотел изменить мир к лучшему. И, в отличие от многих, пытался его менять. И мир — в лице власти, восстал против него. Потому что батька Махно нес угрозу этой власти. Вообще любой власти.

Феномен мятежного Нестора из мятежного Гуляйполя еще далеко не изучен. Этой подборкой собственных материалов я хочу внести свой скромный вклад в Махноведение.

Моим  друзьям махновцам с удовольствием посвящаю эту книгу.

Запорожье, 30 октября 2017 года

[с добавлениями, сделанными в ноябре 2018 года и в ноябре 2019-го]

*

Фото на обложке — выжженный на дереве портрет Нестора Махно работы гуляйпольского художника Григория Тищенко. Подробнее о нем - в материале "Как батька Махно оказался среди смеющихся цветов с большими носами"

На фестивале «День Независимости с Нестором Махно». Гуляйполе, 2009 год [фото Сергея Томко] 

Махно и махновщина: начало, 1917-й год

В 1921 году, когда стало понятно, что крестьянской республики с центром в Гуляйполе создать не удастся — большевики не дадут, Нестор Махно, который и был инициатором появления на просторах Таврии этой республики, написал такие стихи:

Проклинайте меня, проклинайте,

Если я вам хоть слово солгал,

Вспоминайте меня, вспоминайте,

Я за правду, за вас воевал.

За тебя, угнетенное братство,

За обманутый властью народ.

Ненавидел я чванство и барство,

Был со мной заодно пулемет.

В этих стихах — вся жизнь Нестора Ивановича. Недолгая, но яркая жизнь борца, познавшего все — от признания до изгнания.

Накануне 130-й годовщины со дня рождения легендарного батьки, истинного, в отличие от многих нынешних, украинского патриота, я решил в очередной раз перечитать его мемуары и рассказать… нет, не о боевых подвигах мятежного атамана из Гуляйполя, которых, как известно, было много. Меня в этот раз заинтересовал самый ранний — после возвращение из московской тюрьмы, период его жизни: с весны до осени 1917 года, когда с ним еще не был «заодно пулемет».

Я попытался выяснить, что делал будущий батька в Гуляйполе, чем увлек земляков, поверивших ему и назвавших, в конце концов, его батькой. И прошедших вместе с ним, как говорят в таких случаях, через огонь и воду.

Через огонь — в прямом смысле слова.

Думать — не о поддержке партий

Вот первая запись в его мемуарах:

«Восемь лет и восемь месяцев моего сидения в тюрьме, когда я был закован (как бессрочник) по рукам и ногам, сидения, сопровождавшегося временами тяжелой болезнью, ни на йоту не пошатнуло меня в вере в правоту анархизма, борющегося против государства как формы организации общественности и как формы власти над этой общественностью. С убеждением, что свобода, вольный труд, равенство и солидарность восторжествуют над рабством под игом государства и капитала, я вышел 2 марта 1917 года из ворот Бутырской тюрьмы».

Тот, кто пропустил главную, заявленную здесь батькой мысль, ничего о нем не понял и ничего о нем не знает. А мысль сводится вот к чему:

государство должно быть разрушено. Оно — враг.

И бывший политзаключенный, как мы сегодня сказали бы о Несторе Ивановиче, начал целенаправленно воплощать в жизнь задуманное — разрушать, то есть, государство.

А что Учредительное собрание, на которое многие тогда — после революционного февраля и отречения царя от престола, возлагали надежду?

Глупости! «Учредительное собрание, — рассуждал будущий атаман, — это картежная игра политических партий. А спросите кого-либо из посещающих игорные притоны, выходил ли кто из них оттуда необманутым? Никто!»

Коротко и понятно.

«Не об Учредительном собрании и не о поддержке политических партий трудовое крестьянство должно сейчас думать», — продолжает Нестор. «Перед крестьянством, как и перед рабочими, стоят вопросы посерьезнее. Они должны готовиться к переходу всех земель, фабрик и заводов в общественное достояние — как основы, на началах которой трудящиеся должны строить новую жизнь».

И Нестора земляки поддержали: 28 марта 1917 года он получает первую, можно сказать, официальную должность: народ избирает его председателем Гуляйпольского Крестьянского союза. После чего — течение четырех-пяти дней, в союз записались «поголовно все крестьяне» Гуляйпольского района.

В Гуляйполе, таким образом, появилась сила, которая могла противостоять… государству, конечно же. И это подтвердила первомайская демонстрация в городе:

«После того, когда демонстранты вынесли резолюцию „Долой правительство и все партии“ и двинулись по улицам с песней марша анархистов, они проходили несколько часов беспрерывными рядами в 5—8 человек».

В коммунистические времена кто-нибудь видел такие демонстрации? Лично я — нет.

«Проходили несколько часов» — это не просто сила, это лавина, готовая снести все и всех на своем пути.

«Настроение было настолько приподнято и направлено против правительства и его агентов, — отмечает далее Нестор Иванович, — что политиканы из Общественного комитета, офицеры из пулеметной команды, за исключением двух любимцев солдатской массы — анархиствующего Шевченка и артиста Богдановича, все попрятались в штабе сербского полка, а милиция, которая за все время своего существования никого еще не арестовывала, разбежалась из Гуляйполя».

К началу лета руководимый Нестором Крестьянский союз принимает поставновление:

«Трудовое крестьянство Гуляйпольского района считает своим неотъемлемым правом провозгласить помещичьи, монастырские и государственные земли общественным достоянием».

И голос гуляйпольских крестьян, отметит в мемуарах батька, был услышан далеко за пределами Екатеринославской губернии: «Начали стекаться в Гуляйполе делегации от крестьянских деревень, не принадлежавших Екатеринославской губернии, на совещание».