«Дети стекольщика, или Бриллиантовый век без нас»

Мери Шелли

Дети стекольщика, или Бриллиантовый век без нас

(ода киберпанку)

«Модные лозунги киберпанка наподобие «концентрации воображения» и «технической грамотности» были восприняты с подобным безразличием... «Техническая грамотность» 50-х годов вызывала восхищение и беспокойство — но «техническая грамотность» 80-х годов вызывала экстаз и ужас. Киберпанк был странным явлением, несмотря на простоту его основных принципов».

Брюс Стерлинг, киберпанк

«Желтое, как сыр, солнце какого-то там спектрального класса искрилось, как ему и положено...»

Воха Васильев, фидорпанк

1. Человек с нейроружьем

Когда я слышу слово «киберпанк», а хватаюсь за свою мышку.

Нет, не то чтобы меня раздражал замечательный жанр cyberpunk, совсем наоборот. Но когда я слышу это слово в русском варианте, меня сразу же одолевают мрачные подозрения. Становится мучительно больно за бесцельно прожитые отечественной фантастикой годы. Поэтому, когда я слышу «киберпанк» — мне хочется рвать клавы.

Возможно, начавшие читать эту статью полагают, что догадались, о чем сей плач Ярославны. А самые-самые из них думают, что даже видят некую стереотипную канву критики. Дескать, настоящий cyberpunk — это не наше, это Гибсон, а наш киберпанк — это тот же Гибсон, переписанный через 10 лет шершавым языком фидошника Лукьяненко.

Все гораздо хуже. Но начнем по порядку.

Известны неоднократные попытки определить, что такое «киберпанк», а также найти отечественные аналоги. При всем разбросе этих попыток (мы честно отзнакомились с некоторыми и даже нашли иные вполне занимательными), очевидно всеобщее упущение. Да, киберпанк — это не наш жанр. Да, ему свойственна не наша безбашенность, бездуховность и прочее наплевательство, переходящее в неконтролируемые кошмары. Да, киберпанк чересчур увлекается внешней стороной технологического прогресса, переделкой людей и прочей голливудовщиной.

Но не это главное. Главное, что киберпанк — это НФ.

Для современного рассеянина, рассеянного рыночно-политическим оболваниванием, вполне естественно не понимать аббревиатуры НФ и даже смеяться над ней. В самом деле, жизни на Марсе так и не нашли, зато везде продаются такие народные грибки, которые даже школьнику докажут принцип неопределенности Гейзенберга как дважды два. И тем не менее, мы берем на себя наглость утверждать: жанр НАУЧНАЯ ФАНТАСТИКА существует и даже определяется. Определяется своим небезразличным отношением к НАУКЕ, этому еще не совсем сброшенному со счетов инструменту познания. Конечно, нельзя точно сказать, в каком месте заканчиваются реальные эксперименты науки и начинаются мысленные эксперименты научной фантастики. Но вполне очевиден метод, определяющий связь науки и научной фантастики так же, как наличие источника света определяет связь едущего паровоза и бегущей рядом тени. Нет паровоза — нет тени. Нет источника света — нет тени.

Мы полагаем, что свет еще не вырублен, несмотря на веерные отключения в отдельных регионах. А вот паровозик ушел. В России больше нет науки — и как следствие, нет научной фантастики. И эта загадочная история, как любят писать писатели, «началась задолго до сегодняшнего дня».

2. Их нравы