«Дни боевые»

Дни боевые (fb2) - Дни боевые 1705K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Павел Григорьевич Кузнецов

От автора

В лесах и болотах Северо-Западного фронта в первые годы Великой Отечественной войны зародилась мысль об этой книге. Боевые друзья-командиры нашей славной дивизии, под знаменами которой мы сражались с немецко-фашистскими захватчиками, мечтали описать фронтовую жизнь такой, как она есть, без всяких прикрас и скидок на нашу неопытность и промахи. Мы мечтали посмотреть на самих себя и на свои боевые дела со стороны, много лет спустя, в мирной обстановке, быть может, за чашкой чая.

Мы обещали тогда друг другу претворить эту нашу общую мечту в жизнь.

Все время я помнил об этом нашем уговоре, и все время меня не покидала мысль о книге. Много раз перелистывая фронтовые записи, просматривая страницы дорогих сердцу альбомов с фотоснимками, поглядывая на пожелтевшие от времени схемы и карты боевых действий, я вновь и вновь погружался в воспоминания о незабываемых суровых военных годах.

Но одно дело мечтать, другое — претворить мечту в жизнь. И тут — то не хватало времени, то не позволяло здоровье...

И все же, наконец, книга написана. Насколько она удалась, судить не автору. Но пусть не упрекнут меня читатели в том, что я при изложении событий в чем-либо покривил душой. Они изложены так, как протекали на наших глазах.

Приношу маю глубокую признательность старым боевым товарищам: М. Н Шарохину, В. Л, Шабанову, К. Г. Черепанову, Р. Ф. Варкалну и Г. Н. Шинкаренко, которые помогли мне восстановить в памяти отдельные этапы боевого пути и некоторые эпизоды из нашей совместной фронтовой жизни.

Часть 1. На Северо-Западном

Дыхание фронта

Наш воинский эшелон походил к станции Бологое. Несколько часов назад станцию бомбили немецкие самолеты, и теперь над железнодорожным узлом висело облако черного дыма.

В нашем составе — управление дивизии и батальон связи. Мы едем с Дальнего Востока на фронт. Тридцать эшелонов растянулись на многие сотни километров. Голову от хвоста отделяют четверо суток езды; голова дивизии в Европе, а хвост где-то в Азии.

Наша 26-я стрелковая дивизия являлась одной из старейших в Советской Армии. Ее стрелковые полки имели, кроме нумерации, почетные наименования 87-й Карельский, 349-й Казанский, 312-й Новгородский. Артиллерийские полки носили условные номера войсковых частей и назывались но фамилиям их командиров.

В голове дивизии — Карельский полк. Его первый эшелон отправился из Приморья, с берегов озера Ханка 1 сентября 1941 года.

Остановившись в Бологое, мы вплотную приблизились к фронту. Куда повезут нас дальше, никто не знает. К сожалению, не знаю и я, командир дивизии. Остается только ждать и строить предположения. От Бологое лучами расходятся пять путей. По одному из них мы приехали с востока. На Москву нас едва ли повезут, мы могли бы попасть туда из Ярославля. Остаются еще три направления: на Ленинград, на северо-запад и на запад. Многие почему-то уверены, что дивизия двинется к Ленинграду. 

Целый день томимся в ожидании.

Наконец в десятом часу вечера трогаемся, и сразу все становится ясно. Нас везут на северо-запад, под Старую Руссу.

— Теперь уже недолго ждать, — расхаживая по вагону, рассуждает смуглый круглолицый майор Алешин, начальник связи дивизии, — часа через два начнем разгружаться.

— Конечно, не в Руссе: она занята противником,—  говорит высокий и стройный майор Носков — начальник штаба артиллерии, задумчиво глядя в темное окно.

— Поживем — увидим,— откликается из соседнею купе полковник Иноходов — начарт нашей дивизии — и тут же запевает могучим басом:

Дородной фигуре начарта соответствует его внушительный голос, которым он гордится.

В пути Иноходов частенько будил нас своими любимыми ариями. «Ни сна, ни отдыха измученной душе», — начинал он с утра, — и вагон оживал.

Песню, начатую Иноходовым, дружно подхватывают. За этой песней, широкой, раздольной, следуют новые. Каждый поет и думает о скорой высадке и предстоящих боях. Поют и в других вагонах.

Не поет только наше купе. Вместе со мной едут комиссар дивизии — полковой комиссар Василии Дмитриевич Шабанов и начальник штаба — майор Григории Иванович Секарев.

Мы озабочены, кажется, больше, чем другие.

— Где-то сейчас наши эшелоны? — говорит Секарев, глубоко вздыхая.

— Не скоро, видно, соберутся они вместе, — откликается Шабанов и, обратившись ко мне, спрашивает: — Павел Григорьевич, как считаешь, где нас высадят?

— Трудно сказать, — отвечаю я. — Одно ясно: далеко не повезут.

— Скорей бы! Ждать и нагонять хуже всего. — говорит Секарев.

К полуночи эшелон прибыл на станцию Валдай. Началась разгрузка. 

Сеет мелкий дождик. Над землей поднимается такой густой туман, что в пяти — шести шагах ничего не видно. Гудит голосами платформа. Один из водителей пытается включить фару, чтобы хоть чуть-чуть осветить то место, где нужно поставить машину. Вспыхивает свет и сейчас же разлается ругань, слышится звон разбитого стекла. Опять наступает мрак.

— Товарищ Черепанов! Сбегайте, узнайте, в чем там дело, и приведите того, кто бьет фары, — говорю я своему адъютанту.

— Есть! — отвечает лейтенант и мгновенно исчезает в темноте.

Через несколько минут — передо мной командир роты нашего батальона связи и незнакомый лейтенант, называющий себя представителем военного коменданта станции.

—  Это бы стекла бьете? — спрашиваю я у лейтенанта.

— Товарищ полковник, я вас разыскивал, — оправдывается он, — а на фару нарвался случайно... Нельзя нарушать светомаскировку.

— Зачем я вам понадобился?

— Вас ожидает полковник из штаба фронта. Он сейчас у нашего коменданта. Я провожу вас. А за фару извините.

Вместе с Шабановым и Секаревым идем к коменданту. В маленькой комнатушке, еле-еле освещенной плохонькой керосиновой лампочкой, у стола сидит человек. При нашем появлении он встает и идет нам навстречу. Здороваемся. Полковник сообщает, что решением Ставки наша дивизия передана в распоряжение командующего войсками Северо-Западного фронта и производит выгрузку на станциях Едрово и Валдай. До нас уже прибыло пять эшелонов.

Полковник советует сейчас же поехать к командующему с докладом о состоянии дивизии.

— Ехать обязательно нужно, — соглашаюсь я,—  но смогу ли я ночью найти штаб?

— Трудно, но найти можно, — говорит полковник и развертывает на столе карту. — Выедете из Валдая по шоссе на Крестцы, доберетесь до первой развилки, а затем свернете вправо. Проедете вот эту лощину с мостом а затем налево на бугорке и будет командный пункт. У первых построек остановитесь и спросите, а там вас  проведут. Тут километров десять, не больше. Желаю приятной встречи с командующим, — улыбается полковник. — Не робейте, он у нас хороший. Слышали о генерал-лейтенанте Курочкине?

— Да, конечно.

* * *

Ко дню прибытия на станцию Валдай первых эшелонов нашей дивизии обстановка на северо-западном направлении советско-германского фронта была следующей.

Здесь действовала вражеская группа армий «Север» под командованием фельдмаршала фон Лееба. В ее состав входили: 16-я армия генерал-полковника Буша, 18-я армия генерал-полковника фон Кюхлера и 4-я танковая группа генерал-полковника Геппнера, всего 20 пехотных, три танковые и три моторизованные дивизии. Группу армий «Север» поддерживал 1-й воздушный флот под командованием генерал-полковника Келлера.