«Спектакль назывался путч»

Спектакль назывался путч (fb2) - Спектакль назывался путч 183K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Александр Иванович Лебедь

Александр Иванович Лебедь

Спектакль назывался путч

Воспоминания генерала воздушно-десантных войск

ОТ РЕДАКТОРА

Генерал-лейтенанта Лебедя в СНГ (СНГ – сборище ненормальных государств, как шутит Александр Иванович) представлять не надо. Его широко знают как героя защиты «Белого дома» честного офицера, безукоризненно выполнившего свой интернациональный долг в Афганистане, мужественно защищавшего мирных жителей в Баку от озверевших националистов, выдержавшего провокационные нападения во время националистической вспышки печально известных тбилисских событий. Благодаря богатому жизненному опыту молодой генерал быстро сумел разобраться в 1992 году в сущности приднестровской трагедии. В его известном заявлении на имя президента России на весь мир прозвучала смелая, точная и емкая фраза о предательстве бездарных политиков, стоявших тогда у власти: «Пора прекратить болтаться в болоте малопонятной, маловразумительной политики. Что касается державы, которую я имею честь здесь представлять, могу добавить еще то, что хватит ходить по миру с сумой. Как козлы за морковкой. Хватит. Пора за дело браться, державу блюсти. Возьмемся – у нас занимать будут».

Так уже было в истории трагического XX столетия, Судьба генерала Лебедя неразрывно связана со всеми нынешними переломными событиями и, как лакмусовая бумажка, проясняет многое, если не все происходящее. Жизнь патриота, ставшего защитником Отечества в дни, когда его пытаются растащить на мелкие куски и разбить вдребезги люди, присвоившие право говорить от имени народа, интересна будет всем: и сторонникам, и противникам бескорыстного генерала.

Многие сегодня стараются выпятить свои заслуги (зачастую мнимые) в деле свержения большевистского режима в России. Множатся ряды защитников «Белого дома». Хотя для любого гражданина нашей страны само название здания Верховного Совета РСФСР Белым домом должно быть унизительным и оскорбительным. В связи с этим большой интерес представляют воспоминания генерал-лейтенанта А. И. Лебедя «Спектакль назывался путч». В них все события описаны строго и беспристрастно, без виляния и оглядывания на то, какая нынче власть на дворе.

На этих записках еще лежит налет современности, но уже сегодня они принадлежат истории... Это наша с вами судьба. Судьба обманутых поколений. Поколений, брошенных на произвол судьбы бездарными политиками.

Владимир ПОЛУШИН.

Впервые за последние несколько лет в 1991 году я сподобился попасть в отпуск в августе. Планы у меня на этот отпуск были грандиозные (в части отдыха и ведения домашнего хозяйства). Незадолго до этого я получил участок земли и у меня впервые в жизни возникло желание что-то посадить, вырастить, благоустроить.

Кроме того, я решил съездить к матери на 10–12 дней, и уже потом, ни на что не отвлекаясь, заняться участком. Словом, программа была насыщенной: солнце, воздух, вода и раскрепощенный физический труд.

На тот период квартира у меня была в Туле, куда я и направился 15 августа. Следующий день посвятил более детальному планированию работы на время отпуска, собираясь начать выполнение задуманного с 17 числа. Но потом, как все православные христиане, решил начать с понедельника.

Однако 17 августа, около 16 часов, раздался звонок. На проводе был командир 106-й воздушно-десантной дивизии полковник А. П. Колмаков, которому я сдал дивизию. Мы учились с ним в одной группе в академии, очень умный, деятельный, корректный офицер.

– Вас срочно вызывает командующий,–сказал он.

– Во-первых, я в отпуске, во-вторых, куда вызывает: к телефону или в Москву?

– К телефону и срочно!

– Ну, присылай машину.

Разговор с командующим воздушно-десантными войсками генерал-лейтенантом Грачевым был кратким и невнятным. Мне было приказано прервать отпуск и возглавить оперативную группу, организовать приведение Тульской дивизии в готовность к действию по так называемому «Южному варианту».

Кстати, о «Южном варианте». Совершенно гениальное изобретение носящего погоны мыслящего человечества. Согласно этому варианту, дается определенное количество самолетов, ты волен в них брать все, что заблагорассудится. Хочешь – артиллерийский дивизион, хочешь – зенитную батарею, любое количество боеприпасов. Лететь туда, куда пошлют, и сделать так, чтоб там было хорошо. При этом если все сложится действительно удачно, никто тебя не спросит, что ты и зачем брал, а вот если что-то сорвется, вот тогда, голубчик, изволь отчитаться. Предметом разбирательства может быть все что угодно. Например, саперная лопатка. Изначально саперные лопатки брали не как оружие, а как средство обороны в условиях отсутствия касок и бронежилетов. На первых порах солдаты лопаткой могли, как ракеткой, отбить летящие в них камни, прикрыть лицо. Уже потом досужие «мыслители» превратили лопатки в страшное оружие и сделали их символом жестокого произвола и террора.

Я, получив столь неопределенную задачу, попытался выяснить, куда же предстоит слетать, на что получил ответ Грачева:

– Будет уточнено позже.

Мы с командиром дивизии отдали все необходимые распоряжения. Полки и отдельные части забурлили. Правда, проблем особых не было; налетались мы достаточно, и к тому времени все настолько было отточено, что от момента подачи первой команды до взлета первого самолета проходило не более 7 часов.

Естественно, поскольку приказ был неясным, начали разбираться, куда же нас понесет на этот раз. Предварительно выяснили, что где-то на границе Армении и Азербайджана захвачено заложниками более 40 солдат внутренних войск. Подумали, что дивизии предстоит лететь туда – освобождать заложников и поставить все в режим здравого смысла. Взялись разбираться, в каком это районе. Номенклатуры карт предполагаемого района действия в дивизии не оказалось. Заявили карты в штаб ВДВ – получили отказ.

В общем, в воздухе висела какая-то недоговоренность, таинственность, что держало людей в напряжении. К 24.00 все полки были готовы. Не было... только задачи. Доложив о готовности командующему, я попытался в очередной раз выяснить, что же предстоит делать. На что получил указание – не забивать голову командующему дурацкими вопросами. Это было хотя бы более или менее понятным. И дальше прозвучала фраза: «На юг пойдешь через меня!» Это было совсем уж непонятно.

Вся собранная из разных источников информация носила характер противоречивый, расплывчатый. В томительном ожидании прошла ночь. Напряжение не спадало, а росло... Таинственность начинала действовать на нервы всем.

В воздушно-десантных войсках народ служит отборный: трусов нет совсем, пройдохи – редкость. Любая явная опасность сколь бы велика она ни была, любая сверхтрудная задача воспринималась нормально, с пониманием, включался прочно привитый первым командующим ВДВ В. Ф. Маргеловым принцип: «Нет задач невыполнимых». Но здесь задач не было. Где-то примерно в 11 часов утра 18 августа позвонил начальник штаба ВДВ генерал-лейтенант Е. Н. Подколзин, уточнил несколько второстепенных вопросов и вскользь обронил фразу: «Ждите чрезвычайного сообщения в 18 часов». На основании чего я сделал вывод, что до этого времени ничего не предвидится. Тогда я ослабил режим и разрешил офицерам по очереди побывать дома. Время тянулось убийственно медленно. Наконец, стрелки часов показали 18. Но... никакого чрезвычайного сообщения не последовало, как, впрочем, и в 19, 20 часов... В 24 часа тоже ничего не последовало.Тогда я плюнул и, приказам комдиву отдыхать у телефона, отправился домой. По некоторым признакам я сделал вывод, что идти придется (если придется) на Москву. Но зачем? Это было не очень понятно, тем более, что один такой поход я уже совершил. Я входил в Москву в ночь с 9 на 10 сентября 1990 года. Тогда в 6 часов утра с двумя полками я был в Москве. К 7 часам народ из гостиниц на всякий случай разбежался. А в 9 часов из меня уже начали делать дурака. Договорились до того, что я напился пьяным и в таком состоянии махнул с полками на Москву. Причем, говорилась вся эта чушь вполне серьезно. Тогда я торжественно поклялся председателю парламентской комиссии Верховного Совета СССР Варэ, что если бы я «нарезался» до такой степени, то махнул бы в Воронеж. Сходить с полками на Москву у меня бы фантазии не хватило. После этого Варэ отстал.

Но это отступление. 19 августа в 4 часа утра в моей квартире раздался звонок. Комдив доложил: получена задача тремя полками с направлений Кострома–Москва, Рязань–Москва, Тула–Москва совершить марш и к 14 часам сосредоточиться на аэродроме в Тушино. Дальнейшая задача будет уточнена позднее.