«Генерал Деникин»

Генерал Деникин (fb2) - Генерал Деникин 7335K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Владимир Черкасов-Георгиевский

Владимир Черкасов-Георгиевский

Генерал Деникин

«РУСИЧ» Смоленск 1999

УДК 947+957 ББК63.3 (2) 612.8 Ч 45

Серия основана в 1998 году

Черкасов-Георгиевский В.

Ч 45 Генерал Деникин. — Смоленск: Русич, 1999. — 576 с., ил. («Человек-легенда»),

15ВК 5-88590-989-Х

В историографии XX века генерал А. И. Деникин наиболее известен выдающимся полководцем Белой армии, в то время как он являлся и замечательным военным деятелем императорской России, заслуженным офицером на фронтах русско-японской и Первой мировой войн. Эта книга также раскрывает образ Деникина-публициста и писателя. Благодаря архивным исследованиям, личной встрече автора этой биографии с дочерью генерала М. А. Деникиной во Франции, читатель может познакомиться с совершенно новыми фактами из жизни бывшего белогвардейского главкома в эмиграции.

УДК 929947+957 ББК 63.3 (2) 612.8

© В. Черкасов-Георгиевский, 1998 © «Русич», составление, разработка 1$1^ 5-88590-989-Х серии, 1999

Посвящается памяти моего дяди Александра Акимовича Черкасова, фронтового офицера Первой мировой войны и воина Белой гвардии.

Автор

Пролог. ФРАНЦУЗСКИЕ ВСТРЕЧИ (1998 г.)

«Белая» парижанка. Дочь генерала Деникина. Отец Вениамин.

После санкт-петербургских похорон в июле 1998 года останков, найденных под Екатеринбургом, я позвонил из Москвы 79-летней дочери генерала Деникина Марине Антоновне, отдыхавшей в семье сына в Аркашоне на французском побережье Атлантики. В августе она должна была возвратиться домой в Версаль, и мы договаривались о будущей там встрече.

Когда коснулись минувших царских торжеств в Петербурге, Марина Антоновна сообщила, что французское телевидение пригласило ее в это время выступить с рассказом о государе императоре Николае II, но она отказалась. Среди причин отказа госпожа Деникина многозначительно выделила такой:

— После известия о расстреле царя папа во главе Добровольческой армии приказал отслужить панихиду по нему как по Верховному Главнокомандующему Русской армией, а не как по императору. Вы понимаете?..

В связи с двурушным отношением Московской патриархии к похоронам екатеринбургских останков я вышел из ее прихожан, и заявление в таком же ключе дочери белогвардейского вождя меня смутило. В петербургских торжествах, когда российский президент пожал руку главе Дома Романовых князю Николаю Романовичу, я видел высокое отдание чести старой императорской России, независимо от того, царственные ли останки наконец упокоились.

«Вы понимаете?» — спросила меня дочь легендарного генерала. Я не очень понимал.

По приезду в августе в Париж мне довелось увидеть до М. А. Деникиной одну из русских парижанок, чей отец дрался в Белой армии. Даме было за шестьдесят, но стройность ее фигуры и оживленно-любезное выражение красивого породистого лица привлекали в лучших традициях этой истинной столицы мира.

Я уже видел белоэмигрантов и их потомков в США, в разных странах Западной Европы, но в Париже, Мекке отступивших белогвардейцев, они ожидались особенными. Поэтому с почтительностью выслушал замечание дамы о том, что белые генералы мели в Париже улицы и жили на чердаках.

Дама закончила Сорбонну по славистике и хорошо знала русскую и советскую литературу. Она невольно подчеркнула ее отношение к нам, бывшим «совкам», упомянув о своем знакомстве с популярным нашим литератором Булатом Окуджавой. Он в его последний визит в Париж направил ей приглашение на свое здешнее выступление, но неожиданно заболел и скончался в местном госпитале. Дама сказала:

— Окуджава пытался казаться значительнее того, что из себя представлял. Он вел себя так, будто б окружающие не существовали.

Это я отнес к «необходимому» белогвардейскому

высокомерию. Потом сообщил: собираюсь в Брюссель, чтобы встретиться с внуком генерала Корнилова. (Этого пожилого господина, сына дочери генерала, в честь деда зовут Лавр, хотя фамилия по отцу, бывшему адъютантом генерала Алексеева, потом Деникина, - Шапрон дю Ларре.)

Дама в ответ небрежно повела великолепными бровями и произнесла:

— Да, некоторые еще ездят к нему на поклон...

Я осекся, о предстоящей встрече с Деникиной не захотелось упоминать. Перешли на «узко» парижские темы. Опытным гидом дама поведала, что в Музей эротики рядом со знаменитым кабаре «Мулен Руж» на площади Пигаль не стоит заходить:

— Я там не обнаружила для себя ничего выдающегося.

Опять я свернул на родное и поинтересовался патриотизмом русских парижан из «бывших». Дама ответила с ударением, но неопределенно:

— Все русские — страшные националисты. .

Впрочем, некоторая определенность была: она-то уж,

вроде, и не русская. И я спросил, в каких частях Белой армии сражался ее отец.

— Он был поручиком, — рассеянно сказала она, — кажется, корниловцем. Об этом — все вопросы к моему брату.

Дама светила с королевского лица элегантной парижской улыбкой, но мне не захотелось знакомиться с ее братом, хотя тот все же удосужился быть в курсе боевого прошлого их отца. Я хорошо знал, что такое поручик ударного Корниловского полка...

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY