«Джон Леннон навсегда»

Руди Бенциен

Джон Леннон навсегда

Я посвящаю эту книгу поколению, которое сформировалось в шестидесятые годы в этой стране (ГДР — прим. пер.), слушая музыку «Битлз». Я благодарю всех, кто принимал участие в создании этой книги, особенно Тони Шеридана и моего друга Франца Йозефа Дегенхардта.

Берлин, 7 марта 1989    Руди Бенциен

В свою очередь мне бы хотелось посвятить работу над переводом этого произведения моим друзьям по факультету журналистики Ленинградского государственного университета, учившимся вместе со мной с 1973 по 1978 год.

Санкт-Петербург, 1991    Андрей Мажоров

«Одно доставляет мне, конечно, много хлопот — объявится однажды какой-нибудь сумасшедший, и тогда один лишь Бог знает, что может произойти.

Какие угодно люди гоняются тут с оружием и играют в ковбоев. Они считают, что револьвер — это удлиненная рука…»

Джон Леннон (1965)

Смерть человека

8 декабря 1980 года, 23.45. В редакции «Нью-Йорк пост» стучит телетайп. Скучая, ночной редактор читает сообщение: «ИНФОРМАЦИЯ О ВЫСТРЕЛАХ В ЧЕЛОВЕКА. ЖЕРТВА ДОСТАВЛЕНА В ГОСПИТАЛЬ РУЗВЕЛЬТА. ДОПОЛНИТЕЛЬНЫХ СВЕДЕНИЙ НЕТ». Ночная пальба в Нью-Йорке — это не сенсация. Сообщение — в корзине для бумаги.

Но когда чуть позже становится известно, в кого стреляли, новость мгновенно облетает земной шар — УБИТ ДЖОН ЛЕННОН!

Нью-Йоркские радиостанции прерывают свои программы и передают песни «Битлз». Перед последним домом Леннона — Дакота-билдингом — в глухом трауре тысячи фанов. Несколькими днями позже более ста тысяч страждущих собираются в Центральном парке, где не смолкает песня «Дайте миру шанс». 20 000 поклонников Леннона толпятся на площади Святого Джорджа в Ливерпуле. Пять часов подряд разные группы поют песни Джона, в колеблющемся зареве свечей бесконечно звучит знаменитый рефрен — «Дайте миру шанс».

Но происходит и другое: концерны грамзаписи, не медля ни минуты, начинают выгодную распродажу смерти Джона Леннона. Через три дня после убийства штампуются и выбрасываются на рынок 300 тысяч экземпляров «Представь себе» и «Счастливого Рождества (Война окончена)», к этому прибавляются сто тысяч пластинок «Дайте миру шанс» и «Баллада о Джоне и Йоко».

Что же это был за человек, чья смерть вызвала такую реакцию? Эгоцентрический клоун, гениальный художник или делец, продававший свои идеалы?

Многие считают его человеком, который всей своей сутью и необыкновенным талантом служил делу мира и борьбе с насилием.

Однако из предвзятого видения фанатов возникает нереальная, идеалистическая картина, которая имеет мало общего с истинной личностью Леннона. Попытка втиснуть его в рамки клише была бы несправедливой по отношению к его памяти.

Кто полагает, что его жизнь прошла исключительно под девизом «Все, что вам нужно, — это любовь» (песня «Битлз» — прим. пер.); кто видит в нем только борца за идею мира против войны, тот игнорирует, к примеру, все то насилие, которое обрушила на него общественная среда, насилие, на которое он должен был реагировать и к которому вынужден был приспосабливаться.

В шоу-бизнесе с его жесткими правилами, в развлекательной индустрии, ориентированной на прибыль, всякий успех имеет свою цену. Джон Леннон оплатил ее сполна.

От необходимости приспосабливаться он часто страдал, но по-другому вести себя не мог. И тем удивительнее факт, что в этих обстоятельствах он развился в политически ангажированного художника, что особенно проявилось в песнях 1968—1973 годов. В них он объявил себя борцом за мир, поддержал движение за гражданские права в США, осудил американскую агрессию во Вьетнаме.

Неоспоримо то, что Джон Леннон был одаренным музыкантом и зонг-поэтом, которому поп-музыка обязана многим.

Трагическими были не только обстоятельства его смерти, но и то, что в конце жизни он потерял иллюзии и, усталый, отказался от политической борьбы, надеясь найти смысл бытия в маленьком личном мирке.

Ливерпуль

С началом индустриальной революции XVIII—XIX веков и расширением британской колониальной империи Ливерпуль стал важнейшим центром торговли хлопком. О том, какое бурное развитие получили город и порт, говорят такие цифры: с 5000 жителей в 1700 году население возросло до 119.000 в 1821 и до 552.508 в конце девятнадцатого столетия.

Население города на Мерси (река в Ливерпуле — прим. пер.) представляло собой поистине разноцветную смесь: англичане, валлийцы, ирландцы, чернокожие из заморских владений в Карибском бассейне, азиаты из дальневосточных колоний, индусы. Особенно заметное влияние на характер жителей этого города оказала мощная по численности ирландская группа населения. О ливерпульцах ходила слава, что они обладают особым сортом юмора, взрывной агрессивностью и склонностью к стихийным поступкам. Свойства, которые, очевидно, возникли не только из-за смешения представителей разных рас и народов, но в равной степени из-за тяжелых условий их существования.

К началу нашего столетия Ливерпуль был не только вторым по величине портом Англии, но и городом с развитой индустрией.

Ливерпуль. На заднем плане — великолепные строения 19-го века. Спереди — бездействующий портовый бассейн. 

Когда фабричные трубы дымили и конторские книги фабрикантов полнились заказами, когда процветали экспортные и импортные сделки, а порт загружался до пределов возможного, тогда ливерпульским рабочим жизнь казалась не то чтобы радужной, но на свое жалованье им грех было обижаться. По-другому обстояло дело в периодически наступавшие кризисные времена. В момент кульминации мирового экономического кризиса 1931 года число безработных индустриального Ливерпуля возросло на сто тысяч.

Если стремительное развитие промышленности в XIX веке и круто прирастающее население делали невозможной целенаправленную застройку города, то впечатление от нищенских кварталов, распространявшихся, как раковая опухоль, было еще мрачнее. Нередко к имени Ливерпуль добавлялось определение «уродливейший город Англии».

Англиканский епископ Ливерпуля преподобный Дэвид Шеппард осенью 1986 года в передаче британского телевидения охарактеризовал ситуацию в городе на Мерси следующими словами:

«Среди нас есть настоящие бедняки. Это факт. Британцам, живущим в достатке, противостоит другая Британия, в которой безработные, особенно в больших городах, едва сводят концы с концами. Массовая безработица лишает людей всякой возможности определить свое будущее». Говоря об особом положении населения ливерпульского Мерсисайда — одной из крупнейших индустриальных агломераций Англии, епископ констатировал: «Есть много 25-летних, даже 35-летних, которые никогда в своей жизни не имели работы».

Ливерпуль сегодня — это город, отмеченный экономическим кризисом. Банкротства фирм и невостребованный судовой тоннаж повышают число безработных над средним уровнем по стране. Мелкие предприниматели, владеющие пабами и лавками близ порта, хозяева закрытых или работающих с сокращенными штатами фабрик в буквальном смысле борются за свое существование. Многие фирмы объявляют о разорении и идут с молотка. Начало этого кризиса приходится на шестидесятые годы.

Пенни Лэйн.

Ливерпуль уже давно перестал быть музыкальной цитаделью. Но туристам, пребывающим в ностальгическом преклонении перед «Битлзами», городские власти могут кое-что предложить.

Тем, кто ищет на Мэтью-стрит маленький и темный подвальный клуб «Кэвен» («Пещера»), где когда-то Джон Леннон со своим ансамблем «Куорримен» («Парни из „Куорри“») вкусил первый успех, тот найдет «Ливерпульский оригинальный музей „Битлз“ и Информационный центр». Вместе с экспозициями, представляющими реликвии ансамбля, комплекс включает отель и гастрономические заведения. Кроме того, здесь есть лавки для продажи сувениров, залы для лайф-концертов и шоу всевозможных средств массовой коммуникации. Тому, кто хочет посвятить себя поискам следов «Битлз», предлагается почти сотня пунктов, отмеченных в городском плане: улица Пенни Лэйн, детский приют «Земляничные поля», дом Джона, школа Пола, паб Ринго, дом, в котором родился Джордж…

Первый день в жизни Джона Уинстона Леннона

9 октября 1940 года.

Этот день сразу мог стать его последним днем. Регистратор рождений в госпитале на Оксфорд-стрит фиксирует время появления на свет — 6 часов 30 минут. В этот момент на Ливерпуль обрушилась одна из тяжелейших бомбежек.