«Сказка о трёх мастерах»

Сказка о трёх мастерах (fb2) - Сказка о трёх мастерах 57K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Лев Абрамович Кассиль

Лев Абрамович Кассиль

Сказка о трёх мастерах

Была когда-то такая страна Синегория.

И там, у Лазоревых Гор, жили работящие и веселые люди - синегорцы.

Природа в стране была добрая, климат вполне умеренный, так что и зимой жители не мерзли и летом чересчур жарко им не бывало, можно было всегда найти холодок под пальмами и всевозможными баобабами. А некогда грозный вулкан Квипрокво давно уже заснул и только изредка похрапывал во сне, что уже никого не пугало. Дети катались на салазках с его снежной вершины, и в самом жерле кратера люди пекли каштаны.

Путешественники из дальних стран приезжали сюда, чтобы полюбоваться Лазоревыми Горами, отведать чудесных плодов, которые в изобилии зрели тут, и приобрести несравненной чистоты зеркала, а также знаменитые мечи, острые и прочные, но столь тонкие, что стоило повернуть их ребром, и они делались невидимыми для глаза.

Плоды, зеркала и мечи Синегории славились на весь свет, и кто же не знал, что именно тут, у подножия горы Квипрокво, живут Три Великих Мастера - славнейший Мастер Зеркал и Хрусталя ясноглазый Амальгама, искуснейший оружейник Изобар и знаменитый садовник и плодовод, мудрый Дрон Садовая Голова!

Могучие руки Изобара легко гнули самое толстое железо, но могли сплести и тончайшую кольчугу. Он ковал и мечи и плуги, а дети синегорцев играли затейливыми погремушками, которые мастерил для них добрый оружейник.

Дрон Садовая Голова выращивал виноград, крупный, как яблоки, и яблоки, огромные и тяжелые, словно арбузы. В садах его цвели розы и лилии невиданной красоты.  От аромата их люди веселели, как от самого крепкого вина.

Но больше всех синегорцы любили Великого Мастера Амальгаму. Он отливал стекло, в гранях которого всеми семью своими цветами жила радуга, а зеркала славного Мастера обладали таинственным свойством сохранять в  своих глубинах солнечный свет и излучать его в темноте.

Причем тончайшие лучи, если перебирать их пальцами, пели, будто струны арфы. Все любили Мастера, ибо люди в Синегории были красивы и зеркала мало кого огорчали, а дети радовались семицветным зайчикам, которые целыми стайками  спрыгивали с зеркал Амальгамы.

Но потом случилось так, что долгие годы ни один путешественник не мог проникнуть в Синегорию. Жестокие бури преграждали путь кораблям, желавшим приблизиться к острову. Лишь одному смелому мореплавателю и его отважным товарищам удалось наконец пробиться на корабле к берегам Синегории.Но когда корабль бросил якорь и усталые путешественники сошли на землю, они не узнали некогда веселой и цветущей страны, где прежде не раз вкушали сладкие плоды, дышали веселящим ароматом цветов, фехтовали легкими невидимыми мечами и разглядывали себя в хрустальных зеркалах...

Пустынно было на улицах. Хлопали ставни и распахнутые настежь двери домов. Ветер, ни на миг не унимаясь, выл в переулках, свистел в печных трубах, как злая собака трепал и рвал одежду людей. А люди шли сгибаясь, словно низко кланялись ветру, и деревья гнулись к самой земле. Ветер мел сухие листья по испорошенной  земле, и ниоткуда не доносилось ни аромата цветов, ни детского смеха, ни пения птиц. Только скрипучий жестяной визг слышался отовсюду. Это гремели, крутились на всех крышах вертушки флюгеров.

- Что произошло у вас? - спросили у жителей озадаченные путешественники.

- Разве вы не знаете? - отвечали им. - Нас разорили ветры... Все пошло на ветер.

И путешественники узнали, что страной завладел злой и глупый король, который жил на соседнем острове. Звали его Фанфарон Без-Четверти-Двенадцатый, потому что Фанфарон Одиннадцатый давно уже отцарствовал и умер, а полный номер давали королю только по выслуге лет, так что первого Фанфарона звали сперва Нулевым, а был потом Фанфарон Полуторный, Фанфарон Двух-с-Половинный и т. д. А до Фанфаронов царствовала династия Хорохоров. Эта династия держалась на троне так долго, что все сбились со счета, и последнего из Хорохоров звали уже просто Хорохор Пятизначный-с-Дробью.

Король Фанфарон Без-Четверти-Двенадцатый был человек крайне легкомысленный.  Он ходил расфранченный в пух и прах и в конце концов пустил все свое состояние по ветру. И в народе стали говорить, что король продулся, у короля ветер в голове, король болтун и что ни скажет - все на ветер. И это было справедливо. Поэтому ветры всего света решили, что Фанфарон - самый подходящий Для них, самый ветреный в мире король. Они слетелись на остров и стали уговаривать Фанфарона:

- Хочешь, мы развеем все печальные мысли твои, о король, мы раздуем твою славу на весь свет?

- Дуйте! - сказал глупый король.

И .ветры стали хозяйничать в стране. Власть захватил Тайный.Совет Ветров. Всем жителям было приказано поставить на крышах флюгере, чтобы всем и каждому было видно, куда ветер дует. Под страхом смерти жителе обязаны были держать двери раскрытыми настежь. Сквозняки проникали в дома через все двери, окна и щели, подхватывали каждое слово и доносили его Фанфарону Все дети переболели ветряной оспой. Специально назначенные королем Начальники Печной Тяги следили за тем, чтобы люди все свои достатки пускали в трубу.

Разрешены были только духовые оркестры. Король окружил себя ветродуями и ветреницами Первым министром и, до сути, правителем страны стал главный придворный Ветрочет, хитрый Жилдабыл, продувная бестия. Король наградил его знаком Опахала, цепью Большого Веера и высшим отличием - "Розой Ветров".

Три славных Мастера были схвачены королевскими ветродуями и доставлены на остров.

Дрону Садовая Голова разрешили выращивать лишь одуванчики.

Оружейнику Изобару приказали мастерить флюгера, одни лишь флюгера - ничего больше.

А славному Амальгаме велели перебить все зеркала и больше никогда не отливать их, ибо король был крайне безобразен лицом и не раз уже бывало, что, посмотревшись в зеркало, он в ярости разбивал его.

Ветры же ненавидели вообще всякие стекла, потому что они мешали дуть в окна. А злой, алчный Жилдабыл запретил зеркала, чтобы люди не могли сами разглядеть, как иссушили их ветры.

И Великого Мастера, зеркала которого были жилищем света и красоты, заставили теперь быть поставщиком мыльных пузырей. Король Фанфарон очень любил пускать мыльные пузыри, а Мастер Амальгама знал секреты особых составов. Он подмешивал их в мыло, и король выдувал пузыри невиданного размера, серебристые, зеркальные. Они взлетали высоко и лопались не сразу. Но Амальгама знал, что все равно это дело лишь на полминуты, ибо искусство долговечно только тогда, когда человек с любовью вложил в труд всю свою вольную душу...

 Тяжелые времена настали в Синегории. Злые ветры иссушили поля и сады; где шумели прежде леса, там теперь громоздился бурелом, где благоухали розы, все заросло бурьяном и трынтравой. Только ветры выли в трубах да гремели жестяные флюгера. А король пускал мыльные пузыри, слушал, как верещат на крышах вертушки да рявкают духовые оркестры, и любовался облетающими одуванчиками.

Тем временем у Дрона Садовая Голова выросла дочь Мельхиора, в тысячу раз более прекрасная, чем самая лучшая лилия, которая когда-то украшала цветники Дрона. И ясноглазый Амальгама, томившийся в сумрачном замке, полюбил ее. Глаза Мельхиоры напоминали ему радугу, смех ее похож был на хрустальный звон лучей, отраженных зеркалом.

И девушка тоже полюбила Мастера за его лучистые глаза, за светлую голову и солнечный нрав. Дрон Садовая Голова скрывал дочь от короля, но сквозняки пронюхали об этом и донесли Фанфарону.

- Фьюфью! - присвистнул Фанфарон, увидев, как прекрасна Мельхиора. - Я и не знал, что старый садовник утаил от нас свой лучший цветок... Почему бы твоей дочке не стать моей придворной ветреницей?

Красавица в ужасе отшатнулась от жадного урода. Король понимал, что Мельхиора никогда не полюбит его. и потому пустился, по совету Жилдабыла, на хитрость. Он знал. что во дворце нет ни одного зеркала, Мельхиора никогда не видела своего лица и даже не подозревает, как она хороша. И Фанфарон приказал всем, кто окружал прекрасную дочь Дрона Садовая Голова, говорить ей, что она чудовищно уродлива.

Отныне придворные, встречая Мельхиору, отворачивались якобы от ужаса и омерзения, а король пользовался каждым удобным случаем, чтобы сказать ей:

- Видишь, как я добр! Я, король, могучий повелитель Ветров, предлагаю тебе свою любовь и зову тебя стать моей ветреницей. Смотри, все отворачиваются от тебя, так ты безобразна. Но у меня доброе сердце, я помню заслуги твоего отца и не брезгаю тобой. Соглашайся же, быть может я сделаю тебя королевой.

Но Мельхиора продолжала упрямо отвергать любовь короля.