«Голос лебедя-трубача»

— Сэм, — сказал он, — я знаю, как ты любишь везде ходить и все смотреть. Но не забывай: здешние леса и чащобы — совсем не то, что у нас дома, в Монтане. Если надумаешь снова отправиться к своему озеру, будь осторожен и смотри не заблудись. Не нравится мне твои прогулки по болоту. Всякое может случиться. Ступишь в трясину — и тебя засосет; кто тебя станет вытаскивать?

— Я буду осторожен, — пообещал Сэм.

Как же он не пойдет к озеру — там же лебеди! И он не из тех, кто может заблудиться в лесу. Умолчав о находке, он почувствовал облегчение, хотя и не был уверен; что поступил правильно. Родителей он никогда не обманывал, но имел одну особенность: кое-что предпочитал скрывать. И еще он любил быть один, особенно в лесу. На папином ранчо в Монтане было здорово. Там была мама — Сэм очень любил ее. Там был замечательный пони Герцог: на нем Сэм объезжал ранчо. А летом собирались отдыхающие, за которыми всегда любопытно наблюдать.

Но больше всего на свете Сэм любил вот такие вылазки с отцом в леса Канады. Миссис Бивер не понимала, как можно жить одним в лесу, и чаще всего оставалась дома. Сэм с отцом садились в машину и ехали в Канаду. В ближайшем после границы городке они нанимали пилота, который доставлял их к привычному месту стоянки на озере. Там они проводили несколько дней — ловили рыбу, бездельничали, бродили по лесу. То есть бездельничал и ловил рыбу мистер Бивер, а по лесу бродил Сэм. Потом Шорти — так звали пилота — возвращался и забирал их назад. Заслышав шум двигателя, Сэм и мистер Бивер выбегали из их дома и махали руками. Шорти мягко сажал самолет на воду и подруливал к пристани.

Здесь, в лесу, для Сэма наставали самые замечательные дни: кругом на много-много миль никаких автомобилей, никаких дорог, ни людей, ни шума, ни тебе школы, ни домашних заданий и никаких проблем, кроме одной: как бы не заблудиться. И, конечно, проблема: кем быть, когда вырастешь. Это проблема всех мальчишек.

В тот вечер, после ужина, Сэм и мистер Бивер сидели на крыльце. Сэм читал книгу про птиц.

— Па, как ты думаешь, мы приедем сюда через месяц? Дней через тридцать пять?

— Пожалуй, — ответил мистер Бивер. — Даже наверняка. А почему именно через тридцать пять дней? Что особенного произойдет через тридцать пять дней?