«Гарри Поттер и Дары Смерти»

Гарри Поттер и Дары Смерти (fb2) - Гарри Поттер и Дары Смерти (пер. Мария Викторовна Спивак (Эм. Тасамая)) 1331K (книга удалена из библиотеки) скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Джоан Роулинг

Дж.К. Роулинг

Гарри Поттер и Дары Смерти

(в переводе Марии Спивак)

Посвящение в этой книге разбито на семь частей:

Нилу,

Джессике,

Дэвиду,

Кензи,

Ди,

Энн

и вам, если вы оставались с Гарри до конца

О родовой недуг,

Вечно живая рана!

Крови напев немолчный, —

Увы!

Давний напев нестройный, —

Увы!

Неусыпимый веред!

В язвину вложит кто

Зелий целебных силу?

«В дом не придёт чужой врач.

Раздор

Сам себя съест в потомках».

Богов

Слышу напев подземный.

О блаженный собор, в преисподней живой!

Умоленью внемли, укрепленье пошли

Агамемнона чадам к победе.

Эсхил. Плакальщицы (Пер. Вяч. Иванова)

Смерть лишь пересекает мир, как друзья переплывают моря, друг в друге пребывая как прежде. Ибо потребно существовать им, кто любит и живёт в вездесущем. В сем божественном стекле взирают они лицом к лицу, и разговор их прост и равно чист. Се утешение друзьям: пусть умирают они, однако дружба их и общество в наилучшем смысле непреходящи, ибо бессмертны.

Уильям Пенн. Новые плоды одиночества

Глава первая. Воцарение Чёрного Лорда

Узкая улочка утопала в лунном свете. Внезапно из пустоты возникли двое — и оба замерли, целя друг в друга волшебными палочками. Миг спустя узнали друг друга, спрятали палочки под плащи и деловито зашагали рядом.

— Есть новости? — спросил тот, что повыше.

— Самые замечательные, — ответил Злотеус Злей.

Слева низко росла дикая ежевика, справа стеной возвышалась аккуратно подстриженная живая изгородь. Двое шли; длинные плащи хлопали по ногам.

— Боялся, что опоздаю, — сказал Гнусли. Ветви деревьев низко нависали над головами, и его грубое лицо появлялось и пропадало в стробоскопе лунного света. — Всё оказалось не так просто, как я думал. Ну, лишь бы он был доволен. А ты-то, похоже, рассчитываешь на благосклонный приём?

Злей кивнул, но промолчал. Они свернули направо на широкую аллею и, следуя извиву изгороди, достигли массивных кованых ворот. Те были заперты, но визитёров это не смутило: оба подняли левую руку, будто салютуя, и прошли сквозь прутья решётки, как сквозь дым.

Тисовые кусты приглушали стук подошв. Неожиданно справа зашуршало. Гнусли выхватил палочку и через голову своего спутника прицелился, но затем понял, что испугался белоснежного павлина, который величественно расхаживал по живой изгороди.

— Ох уж этот Люциус... сибарит. Павлины!.. — Гнусли презрительно фыркнул и сунул палочку под плащ.

В конце прямой подъездной аллеи из темноты вырос прекрасный особняк, мерцающий окнами первого этажа из-за ромбов решёток. Где-то за кустами, в саду, бил фонтан. Злей и Гнусли, ускорив шаг и хрустя гравием, подошли к двери, и та распахнулась перед ними сама собой.

Каменный пол просторного, тускло освещённого роскошного холла устилал великолепный ковёр. Бледные лица с портретов пристально следили за прибывшими. Злей и Гнусли остановились перед тяжёлой деревянной дверью в гостиную, переждали краткое мгновение — и Злей решительно повернул бронзовую ручку.

В гостиной за длинным резным столом молча сидело большое собрание. Всю мебель отодвинули к стенам. В камине, отделанном чудным мрамором, с зеркалом в золочёной раме над полкой, гудел огонь — он и освещал комнату. Злей и Гнусли застыли на пороге, осваиваясь в сумраке, — и скоро их глаза невольно обратились к самому странному здесь: человеку, висевшему без сознания вверх ногами над столом. Отражаясь в зеркале и в полированной столешнице, фигура медленно, точно на невидимой верёвке, вращалась. Но сие экстраординарное обстоятельство, похоже, не интересовало решительно никого, кроме бледного юноши, который сидел почти под висящим телом и ежеминутно, как будто невольно, поглядывал вверх.

— Гнусли, Злей, — раздался ясный пронзительный голос с дальнего конца стола. — Вы едва не опоздали.

Камин за спиной говорившего мешал разглядеть его лицо и высвечивал только силуэт в кресле. Однако чем ближе подходили Злей и Гнусли, тем отчётливее во мраке вырисовывалась безволосая змееподобная голова, ноздри-щели, горящие красные глаза с вертикальными зрачками. Кожа, неестественно бледная, жемчужно светилась в темноте.

— Злотеус, сюда. — Вольдеморт указал на место справа от себя. — Гнусли — к Долохову.

Вновь прибывшие сели. Большинство глаз устремилось к Злею, и к нему же обратился Вольдеморт:

— Итак?

— Милорд, в следующую субботу на закате Орден Феникса увозит Гарри Поттера из нынешнего убежища.

Все явно разволновались: напряглись, заёрзали, неотступно следя за Вольдемортом и Злеем.

— В субботу... на закате, — повторил Вольдеморт. Его красные глаза вонзились в чёрные глаза Злея так свирепо, что кое-кто отвернулся, будто спасаясь от этого испепеляющего взгляда. Злей, впрочем, встретил его спокойно, и вскоре безгубый рот Вольдеморта искривился в подобии улыбки. — Хорошо. Очень хорошо. И эта информация получена от...

— ...источника, о котором мы говорили, — подтвердил Злей.

— Милорд.

Гнусли подался вперёд, глядя во главу стола, на Вольдеморта и Злея. Все обернулись.

— Милорд, я слышал иное.

Он сделал паузу, но и Вольдеморт молчал, так что Гнусли продолжил:

— Давлиш, аврор, проболтался, что мальчишку увезут лишь вечером тридцатого — то есть накануне его семнадцатилетия.

Злей улыбался:

— По сведениям из моих источников, нас собирались пустить по ложному следу; видимо, это он и есть. Давлиш наверняка был под заморочным заклятием. Что же, не в первый раз — он вообще податлив.

— Заверяю вас, милорд, Давлиш говорил со всей убеждённостью, — сказал Гнусли.

— Естественно, раз он заморочен, — хмыкнул Злей. — Но заверяю вас, Гнусли, что авроры больше не будут охранять Поттера. Орден считает, что министерство захвачено нашими людьми.

— Хоть до этого дотумкали! — Коренастый мужчина, сидевший недалеко от Гнусли, сипло хохотнул, и его смешок эхом повторился тут и там за столом.

Вольдеморт остался невозмутим. В глубокой задумчивости он взирал на медленно крутившееся тело.

— Милорд, — продолжал Гнусли, — по словам Давлиша, для переправки мальчишки соберётся целая бригада авроров...

Вольдеморт одним взмахом большой белой руки прервал Гнусли и повернулся к Злею. Гнусли глядел на них с беспомощной обидой.

— Где его спрячут?

— У кого-то из членов Ордена, — ответил Злей. — На дом, если верить источнику, наложены все защитные заклинания, известные Ордену и министерству. Полагаю, милорд, шансы взять Поттера там крайне малы. Если, разумеется, министерство не падёт до следующей субботы. Тогда большую часть заклинаний мы сумеем обнаружить и нейтрализовать, а через остальные, не сомневаюсь, прорвёмся.

— Что скажешь, Гнусли? — осведомился Вольдеморт, и огонь камина странно сверкнул в его глазах. — Падёт ли министерство к следующей субботе?

И опять все головы повернулись к Гнусли. Тот приосанился.

— Господин, на этот счёт у меня хорошие новости. Мне — ценою больших усилий — удалось наложить проклятие подвластия на Донельза Ретивса.

Судя по лицам, заявление произвело эффект. Долохов, человек с длинным перекошенным лицом, одобрительно хлопнул Гнусли по спине.