«Страх»

— Ах, он на ногах не стоит! Надо же сказать такое! Я вот тоже на ногах не стою!

— Мы ищем его, беспокоимся. А он, оказывается, просто-напросто удрал! И не стыдно тебе? Что о нас люди скажут?

— Хороши, скажут, отец с матерью. Из-за двойки сына из дому выгнали. Ты же получил двойку. Я позвонила твоим друзьям и все узнала.

— Именно так. А теперь он стоит здесь с невинным видом. Думает, мы ему на шею кинемся от радости.

— Уж больно мы тебя избаловали. В этом все дело. Другому бы и в голову не пришло удрать. А ты…

— А ты пугаешь нас. Заставляешь нервничать, будто и без того забот мало…

Его лицо горело, как от ударов. Ему мучительно хотелось обратно в тот пустой дом.

Они таскали его за волосы. Они били его.

— На всю жизнь запомнишь, голубчик. Если ты… — Отец орал и бил его тростью. — Если ты еще раз выкинешь нечто подобное, мы тебя в колонию отправим. Хватит нянчиться. Нечего реветь. Ты заслужил это. Заслужил, и все тут.

Потом он долго не мог заснуть. Лежал и смотрел на себя со стороны. Измученный, голодный, все тело ноет от побоев. Он казался себе таким жалким и несчастным, и он знал, что изменить ничего нельзя. Нельзя. Так будет всегда. Он будет жить здесь, в этом городе. Будет ходить в школу. У него будут такие родители.

И он всегда будет таким, будет таким, будет таким.