«Похождения Кирпи-Апенди»

Вольдемар Хомко

Похождения Кирпи-Апенди

Кирпи-Апенди в Нектабе

Солнышко еще не выглянуло из-за горизонта, а летняя жара уже начинает понемногу припекать, заставляя юрких зеленоватых ящерок прятаться в свои глубокие прохладные норки. Сухостой по краям пыльного тракта собирается в круглые колючие шары, путешествующие по равнине, резко переходящей в высокие горы, с шапками белоснежных облаков на самом верху. Вокруг ни одного кудука (колодца – прим. ред.) и горе тому путнику, не взявшему запасной бурдюк с живительной влагой. Испепеляющий огонь летнего месяца июля уничтожит любого, посмевшего встретиться с ним в дальней дороге.

Но что это! Мы видим одного такого храбреца, не спеша трусящего на бодро машущем коротким хвостиком каши (ослик – прим. ред.). Каши свеж и весел, впрочем, как и его хозяин. Они двигаются со стороны Анафси и похоже твердо знают, где закончится их нелегкий путь. Вот они подъезжают поближе, и мы видим знакомую цветастую чалму на голове у путника, а также запыленный халат, бывший когда-то ярко-синей довольно приличной верхней одеждой. Стоптанные туфли задниками утопают в еще прохладной серой дорожной пыли, но это нисколько не заботит нашего героя – он распевает веселую утреннюю песенку, не желая мириться с одолевшей его, дерущей горло жаждой:

В Дадгабе я причислен был

К семи умнейшим мужам!

И философию учил

Чтоб с ураганом сдюжить!

Вы еще не догадались, кто это?! Посмотрите повнимательнее. Насмешливый взгляд, в левой лапке четки из вишневых косточек, и конечно же куча острых иголок, дерзко смотрящих во все стороны. Ну, конечно! Это же уважаемый Кирпи-Апенди! Странствующий философ и защитник всех слабых и убогих. В каком бы городе или деревне он не появился, народ сразу же собирается вокруг и с удовольствием слушает мудреные речи о небе, звездах, о дальних странах и континентах, где успел побывать этот ученый муж. Правда иногда стража, по приказу главы города, прогоняет неунывающего путешественника, но он всегда находит способ обвести вокруг пальца тяжелых на подъем опричников великого Илбирс-хана (снежный барс – прим. ред.) и покидает очередной гостеприимный и хлебосольный городишко только когда сам считает нужным.

Вот и сейчас, увидев на горизонте высокие голубые купола великолепнейших минаретов, Кирпи обнадеживает своего верного каши:

Вольдемар Хомко

Похождения Кирпи-Апенди

Кирпи-Апенди в Нектабе

Солнышко еще не выглянуло из-за горизонта, а летняя жара уже начинает понемногу припекать, заставляя юрких зеленоватых ящерок прятаться в свои глубокие прохладные норки. Сухостой по краям пыльного тракта собирается в круглые колючие шары, путешествующие по равнине, резко переходящей в высокие горы, с шапками белоснежных облаков на самом верху. Вокруг ни одного кудука (колодца – прим. ред.) и горе тому путнику, не взявшему запасной бурдюк с живительной влагой. Испепеляющий огонь летнего месяца июля уничтожит любого, посмевшего встретиться с ним в дальней дороге.

Но что это! Мы видим одного такого храбреца, не спеша трусящего на бодро машущем коротким хвостиком каши (ослик – прим. ред.). Каши свеж и весел, впрочем, как и его хозяин. Они двигаются со стороны Анафси и похоже твердо знают, где закончится их нелегкий путь. Вот они подъезжают поближе, и мы видим знакомую цветастую чалму на голове у путника, а также запыленный халат, бывший когда-то ярко-синей довольно приличной верхней одеждой. Стоптанные туфли задниками утопают в еще прохладной серой дорожной пыли, но это нисколько не заботит нашего героя – он распевает веселую утреннюю песенку, не желая мириться с одолевшей его, дерущей горло жаждой:

В Дадгабе я причислен был

К семи умнейшим мужам!

И философию учил

Чтоб с ураганом сдюжить!

Вы еще не догадались, кто это?! Посмотрите повнимательнее. Насмешливый взгляд, в левой лапке четки из вишневых косточек, и конечно же куча острых иголок, дерзко смотрящих во все стороны. Ну, конечно! Это же уважаемый Кирпи-Апенди! Странствующий философ и защитник всех слабых и убогих. В каком бы городе или деревне он не появился, народ сразу же собирается вокруг и с удовольствием слушает мудреные речи о небе, звездах, о дальних странах и континентах, где успел побывать этот ученый муж. Правда иногда стража, по приказу главы города, прогоняет неунывающего путешественника, но он всегда находит способ обвести вокруг пальца тяжелых на подъем опричников великого Илбирс-хана (снежный барс – прим. ред.) и покидает очередной гостеприимный и хлебосольный городишко только когда сам считает нужным.

Вот и сейчас, увидев на горизонте высокие голубые купола великолепнейших минаретов, Кирпи обнадеживает своего верного каши: