«Абракадабра. Игра в слова»

Часть 1. Игра начинается

Тучи серым покрывалом застелили небо, не позволяя луне осветить погрузившую в вечернюю дремоту землю. Полил мелкий дождик. Он легкой поступью бегал по крышам домов, каменным дорожкам и детским площадкам, отплясывая веселый ритм. Он лукаво заглядывал в окна домов, в одном из них дождик увидел знакомого мальчика пятнадцати лет. Это был Цезарь. Он одиноко сидел за столом кухни и пил давно остывший чай. У его ног терся толстый серый кот с черными сапожками на лапах.

– Василий, для тебя еды больше нет,– устало произнес Цезарь, отодвигая от края стола тарелку с двумя сосисками. Кот попытался взобраться на соседний с мальчиком табурет и пытался подтянуть живот, отталкиваясь задними лагами. Живот ни как не хотел подниматься, после второй попытки кот устало поплелся к батареи. Там он свернулся калачиком, оставив открытым один глаз.

– Почему я опять должен присматривать за младшими братьями,– злился Цезарь, его родители ушли в гости и обещали прийти очень поздно, а ему, как старшему, поручили ровно в девять уложить Вадика и Пашу в кровать

Пока вечерняя тишина нарушалась только мелодичным ходом настенных часов, они показывали восемь часов пятьдесят минут, до девяти оставалось еще десять минут тишины.

Василий вновь осторожно подошел к столу, он старался легко ступать лапами, но под тяжестью его веса пол предательски скрипел.

Цезарь поглощенный своей горькой судьбой с грустью посмотрел на чашки, где плавали чаинки.

Стены кухни содрогнулись. Потом последовал душераздирающий вопль: «Ма-ма-а-а-а».

Цезарь чуть не упал с табурета, а Василий замер с приподнятой лапой.

– Опять дерутся?– Цезарь с ужасом спросил Василия, кот стал осторожно опускать лапу на пол.

– Отдай-й-й,– новый вопль вновь оглушил Цезаря, у Василия от страха поднялась шерсть, он стал похожим на огромный пушистый шарик с обезумевшими глазками.

– Может все само утрясется?– С крохотной надеждой спросил Цезарь все еще напуганного кота. В ответ кот с безумными от страха глазами заметался по кухне в поисках безопасного места от везде сущих младших братьев Цезаря.

Часть 1. Игра начинается

Тучи серым покрывалом застелили небо, не позволяя луне осветить погрузившую в вечернюю дремоту землю. Полил мелкий дождик. Он легкой поступью бегал по крышам домов, каменным дорожкам и детским площадкам, отплясывая веселый ритм. Он лукаво заглядывал в окна домов, в одном из них дождик увидел знакомого мальчика пятнадцати лет. Это был Цезарь. Он одиноко сидел за столом кухни и пил давно остывший чай. У его ног терся толстый серый кот с черными сапожками на лапах.

– Василий, для тебя еды больше нет,– устало произнес Цезарь, отодвигая от края стола тарелку с двумя сосисками. Кот попытался взобраться на соседний с мальчиком табурет и пытался подтянуть живот, отталкиваясь задними лагами. Живот ни как не хотел подниматься, после второй попытки кот устало поплелся к батареи. Там он свернулся калачиком, оставив открытым один глаз.

– Почему я опять должен присматривать за младшими братьями,– злился Цезарь, его родители ушли в гости и обещали прийти очень поздно, а ему, как старшему, поручили ровно в девять уложить Вадика и Пашу в кровать

Пока вечерняя тишина нарушалась только мелодичным ходом настенных часов, они показывали восемь часов пятьдесят минут, до девяти оставалось еще десять минут тишины.

Василий вновь осторожно подошел к столу, он старался легко ступать лапами, но под тяжестью его веса пол предательски скрипел.

Цезарь поглощенный своей горькой судьбой с грустью посмотрел на чашки, где плавали чаинки.

Стены кухни содрогнулись. Потом последовал душераздирающий вопль: «Ма-ма-а-а-а».

Цезарь чуть не упал с табурета, а Василий замер с приподнятой лапой.

– Опять дерутся?– Цезарь с ужасом спросил Василия, кот стал осторожно опускать лапу на пол.

– Отдай-й-й,– новый вопль вновь оглушил Цезаря, у Василия от страха поднялась шерсть, он стал похожим на огромный пушистый шарик с обезумевшими глазками.

– Может все само утрясется?– С крохотной надеждой спросил Цезарь все еще напуганного кота. В ответ кот с безумными от страха глазами заметался по кухне в поисках безопасного места от везде сущих младших братьев Цезаря.