«Повесть Волшебного Дуба»

Кулагин Александр Александрович

Повесть Волшебного Дуба

ПОВЕСТЬ ВОЛШЕБНОГО ДУБА

Пусть не страшится недруг ни меча, ни колдовства,

Но отомстят за злодеянья корни и листва.

Однажды я слышал, как один человек в сердцах сказал другому: "Ты просто реальный дуб!" Что он имел ввиду, догадаться нетрудно. Так уж сложилось, что дуб с давних пор считается чуть ли не главным символом непроходимой тупости. Но, думаете, приятно, когда тобой так обзываются?

А ведь наша дубовая жизнь и без того несладка! Это вам, двуногим, наверное, кажется, что быть деревом легко и просто: не надо ничего делать, никуда ходить - ни в школу, ни на работу, ни в бакалейную лавку. Стой себе на месте, грейся на солнышке да пей соки из земли. Только раз в год не забывай менять листву... На самом деле всё куда сложнее. Нелегка она, древесная жизнь, ох нелегка!

Да, мы живём гораздо дольше вас, смертных. Но ведь это только если повезёт! Опасности угрожают нам со всех сторон: лесоруб стремится срубить нас на дрова, дабы обогреть в зимнюю ночь своё жилище; молния грозит сжечь крону, превратив ствол в щепу; грызуны и личинки глубоко в земле гложут наши корни; дятел, укрывшись в листве, долбит кору в надежде добыть пропитание, а дети, идущие домой с прогулки, то и дело норовят сорвать нижнюю веточку себе на забаву - гонять соседских кур. Зимою наша кора трещит и лопается от студёного мороза, летним полуднем беспощадное солнце иссушает страдающие от жажды листья; неугомонные ветры забавы ради пригибают к земле наши стволы, стремясь вырвать их с корнем. И нет ни крыши, ни стен, способных уберечь моё племя от гнева стихий.

Но и это ещё не всё! Неважно, кем ты родился: величавым кедром или статным ясенем, хрупким орешником или гибкой ракитой, - ты навечно привязан к тому месту, где впервые проклюнулся из семени. Вам, людям, этого не понять! Вы можете, когда пожелаете, отправиться на прогулку, в гости к соседям или вовсе переехать жить в другое место. Мы же не смеем об этом и мечтать. Хорошо, если тебе посчастливилось родиться там, где всегда есть вода и добрая почва. Ну а если ты появился на свет на крутом скалистом уступе, где нет и клочка земли, чтобы как следует разместиться? Тогда тебе всю жизнь суждено бороться за существование, цепляясь корнями за камни, лишь бы только не свалиться вниз - в пропасть.

Мне повезло. Место, где я увидел свет, во всех отношениях превосходно. И к тому же очень живописно. Я раскинулся на вершине небольшого отлогого холма, с которого открывается дивный вид на зелёные дали. Отсюда хорошо виден даже королевский замок - величавое белокаменное строение, чьи островерхие башни с голубыми и фиолетовыми крышами высятся на фоне неба, сверкая позолоченными флагштоками.

Замок возвели чуть позже моего рождения. Одной холодной зимой незнакомые двуногие существа, коих я позднее стал называть людьми, во множестве пришли откуда-то с юга и поселились вблизи холма. Они погубили много деревьев и выстроили своё первое поселение чуть дальше к востоку. Там и до сих пор стоит деревня. Спустя четверть века среди пришельцев объявился могучий предводитель, который подчинил себе все соседние земли, после чего повелел воздвигнуть для себя большой крепкий дом из белого камня.

Вначале я невзлюбил вас, двуногих. Однако потом присмотрелся внимательнее и обнаружил, что, хотя среди вашего брата и встречается немало злых, корыстных и вообще неприятных личностей вроде тех же дровосеков, всё же в большинстве своём вы не так уж плохи.

Сам я по понятным причинам изнутри замок никогда не видел, однако могу представить себе, какое восхитительное зрелище открывается из его верхних окон. Внизу под белокаменными стенами плещется небольшое озеро в обрамлении зелёной осоки. За озером раскинулся луг и холм, окружённый лесом. Посреди холма на округлой, освещённой ярким летним солнцем поляне стою высокий раскидистый я. Моя густая широкая тень падает на старинную каменную часовенку, одиноко притулившуюся у восточной окраины поляны. По низовью холма от ворот замка тянется, исчезая за соседней рощей, просёлочная дорога, ведущая к соседней деревне. Весной и летом холм утопает в цветах, над которыми вьётся целая армия бабочек и стрекоз. В лесу полным-полно птиц, гнездящихся среди ветвей, в том числе и моих собственных, и птичье пение в лунные ночи разносится далеко по округе. Должно быть, именно поэтому мою поляну так любят юные влюблённые парочки.

Родичей моих, других дубов, поблизости нет. Но одиноко мне никогда не было: по соседству расположилось семейство молодых болтливых осинок, чуть в стороне тесной компанией стоят несколько стройных ясеней, немного подальше растут буки и клёны. В общем, есть с кем пошелестеть.

А ещё мне ведома тайна...

В одной из стен старой часовни, что стоит неподалёку, находится потайная дверь, за которой начинается секретный подземный ход. Не знаю, куда конкретно он ведёт, но, судя по всему, выход его расположен где-то в замке. Дверь так искусно замаскирована под пустую нишу в стене, что почти никто из посетителей часовни и не догадывается о существовании хода. А меж тем в той истории, которую я собираюсь поведать, эта дверь сыграла весьма значительную роль...

Что ж. Если вы готовы, я начинаю свою правдивую повесть.

Глава Первая,

в которой коварный злодей не даёт решить уравнение с корнем

Погода тем летом стояла славная. После затяжных весенних дождей все мы - деревья, кусты и прочая растительность - блаженствовали и зеленели в своё удовольствие. И правда, много ли надо растению? Вдоволь влаги и света, хорошая земля под корнями... да ещё чтобы тебя не донимали всякие вредители, вроде термитов и лесорубов.

В один прекрасный июльский день, в жаркий час, который люди называют послеобеденным, я как обычно стоял и размышлял о смысле бытия. Это вообще излюбленное моё занятие. Каждое дерево - в чём-то философ... Или лучше сказать: каждый философ - в чём-то дерево? Пожалуй, об этом тоже стоит поразмыслить. Впрочем, я отвлёкся... Вдруг я увидел, как в ближайшей ко мне стене часовни тихонько приоткрывается потайная дверь...

Кстати, если вы при слове "увидел" представляете себе дерево с двумя круглыми, широко распахнутыми глазами, то сразу поясню: глаз у меня, как и у всякого уважающего себя дуба, нет. Однако сильно заблуждается тот, кто считает, будто видеть можно исключительно при помощи глаз. Есть и другие способы, но способы эти известны и доступны лишь растениям. В любом случае я не собираюсь забивать вам голову подробным описанием наших органов чувств. Лучше продолжу начатый рассказ...

Так вот. Как я уже сказал, потайная дверь приоткрылась. В тот же миг в образовавшейся щели показалась маленькая курчавая головка девочки лет двенадцати. Быстро оглядевшись по сторонам и убедившись, что поблизости никого нет, девочка проскользнула сквозь приотворённую дверь, вновь плотно затворила её и побежала в мою сторону.

Несмотря на простенькое серое платье из домотканой материи, какие обычно носят крестьянские дети, внимательный наблюдатель мог бы заметить, что на крестьянку девочка походит разве что издали. Слишком уж ухожены и чисты её руки, слишком старательно причёсаны и уложены каштановые волосы. Ну а если бы этот наблюдатель к тому же имел честь хотя бы раз присутствовать на приёме в замке, он с удивлением признал бы в девочке дочь самого короля - юную принцессу Клементину.

Я-то знал малышку Клементину ещё с первых дней её жизни. А точнее с того дня, когда её крестили в той самой часовне, из ниши которой она только что возникла. Король с маленькой дочерью часто играли на поляне по соседству со мной, запуская в небо самодельных воздушных змеев. Это было ещё до того, как монарх вместе со своими доблестными рыцарями отправился в военный поход в далёкие южные земли.

Молодая королева, супруга короля, умерла, когда её дочери не исполнилось и года, и не успела внести свою материнскую лепту в дело воспитания юной принцессы. Возможно, именно поэтому с первых лет жизни девочка отличалась некоторыми чертами характера, свойственными далеко не всем её сверстницам: своенравностью, непоседливостью, пренебрежением к правилам безопасности, а также невероятным любопытством и тягой ко всякого рода приключениям. Неудивительно, что, едва открыв для себя потайной лаз, она оказалась от него в полном восторге. С тех пор Клементина пользовалась этим ходом чуть ли не чаще, чем одна белка пробирается по нижней моей ветви к своему дуплу. И что самое удивительное - о тайне принцессы каким-то чудом, похоже, до сих пор не прознал ни один взрослый.

В ту самую минуту, когда девочка остановилась в тени моей густой кроны, из лесу со стороны деревни показался паренёк примерно того же возраста и также направился в мою сторону. Как и принцесса, он был облачён в простую домотканую одежду. Однако в отличие от принцессы на нём этот наряд смотрелся куда естественнее, вполне сочетаясь с его по-крестьянски коротко стрижеными русыми волосами и загорелым веснушчатым лицом.

Ещё издали заметив Клементину, мальчик, которого, кстати, звали Эрик, улыбнулся и приветливо махнул ей рукой, ускоряя шаг.

- Привет! - произнесла девочка.

- Привет! - откликнулся паренёк, подходя вплотную. - Ты сегодня до вечера?

- Нет. Я надолго не смогу, - сказала принцесса. - У няни болит голова. А когда у неё болит голова, она обычно долго не спит. Проснётся и будет меня по всему замку искать.

- А-а-а... - разочарованно протянул Эрик, почесав затылок и ещё больше взъерошив и без того взлохмаченные волосы.