«Сон волшебника»

Шон Томас Одиссей

Сон Волшебника

Переведено специально для группы

˜"*°†Мир фэнтез膕°*"˜

http://vk.com/club43447162

Оригинальное название: The Magician’s Dream

Автор: Шон Томас Одиссей / Shawn Thomas Odyssey

Серии: Тайна Уны Крейт #3 / Oona Crate Mystery #3

Перевод: Ksenia09, Карина Романенко, Alex_ReD, newoksa, So_nik_35

Редактор: Анастасия Дубровина, newoksa, с 11 главы Карина Романенко

Выдержка из Энциклопедии Арканники:

Тёмная улица (также известная как Малый Лондон).

Тёмная улица — последняя из тринадцати созданных феями дорог, соединяющих мир людей с волшебной страной фей. Отделённая от других миров, эта тринадцатимильная улица упирается в массивные Железные Врата на севере и Стеклянный Портал на юге.

Подобно гигантской часовой стрелке, Тёмная улица постоянно вращается в пространстве между мирами, известном как Великий Поток. Ровно в полночь улица замирает, и Железные Врата открывают путь в Нью-Йорк. Всего через минуту они закрываются вновь, позволяя улице продолжить бесконечное вращение.

На противоположном конце Тёмной возвышается Стеклянный Портал, ведущий в Чудоземье и прочно запечатанный Великим Освальдом в 1313 году, что положило конец длившейся тринадцать лет Великой войне с феями.

Именно здесь, в центре Темной, огибаемый мощенным проспектом со всех сторон, стоит Дом с Маятником — огромная заколдованная усадьба с крючковатой башней, ненадежно торчащей над многочисленными покосившимися скатами крыш, и корабельным носом, выдающимся из стены второго этажа, словно останки кораблекрушения. Именно здесь, по адресу Темная улица, дом 19 живет Волшебник со своим подмастерьем. Если Стеклянный портал когда-либо падет, Волшебник должен будет защитить Темную, Нью-Йорк и Мир людей от атаки фей.

Глава 1. Книжный лес

Вторник, 18 декабря 1877 года.

— Пришло время начать боевую подготовку, — объявил Волшебник

— Боевую подготовку? — переспросила Уна.

— Подготовить тебя.

— К битве!

Девушка переглянулась с Дьяконом, чтобы выяснить, понял ли ворон, о чем толкует ее дядя. Уна ощутила плечом, как угрюмая статная птица выпустила когти. Огонь в камине переливался на его длинных смоляных перьях, которые пришли в едва заметное движение, но распознать, понял ли ворон, к чему клонит Волшебник, было невозможно.

Уна и дядюшка стояли перед столом из драконовой кости в кабинете Волшебника. Столешница и боковые стойки стола словно дышали ритмичными волнами, будто материал мирно дремал, погрузившись в сон. Высокие, затейливо вырезанные книжные полки занимали дальнюю стенку кабинета, запачканные корешки книг были изрядно изношенными. В нескольких сантиметрах над чайным столиком, возле камина, парила чашка, словно подхваченная потоком теплого воздуха. Она выписывала бесконечную восьмерку, ее ручка запылилась, а содержимое давным-давно испарилось.

Уна удивленно подняла бровь, взглянув на дядю Александра.

Волшебник хорошо знал это выражение лица:

— Я вполне серьезно, Уна. Может наступить день, когда Стеклянный портал рухнет, а ты будешь Волшебницей Темной улицы. Неважно, какова вероятность этого события, но любой Волшебник должен быть к этому готов. Потому что если портал рухнет и Темная станет открытой для Чудоземья, тогда ты будешь обязана воспользоваться магией Маятника и защитить не только Темную от фей, но также Нью-Йорк и Мир людей.

Уна нахмурилась.

— Мне не нравится это определение, дядя.

— Мир людей1.

Волшебник покачал головой:

— Не понимаю. Ведь он так называется. Что не так с ним?

Дьякон прочистил горло.

— Она имеет в виду, что ей не нравится слово «Man».

— Это самый подходящий эпитет для него, — рассуждал Волшебник. — Потому что именно люди там властвуют и живут веками.

Уна поджала губы:

— Вот именно «люди»: не только мужчины, но и женщины. И мальчики, и девочки.

Волшебник взял трубку и закурил. Он откинулся на стуле, задумчиво кивая:

— И что ты предлагаешь?

— Называть его «Человечеством», — ответила Уна.

Александр пытливо посмотрел на Дьякона.

Ворон щёлкнул клювом.

— На меня не смотрите, это не я ей эту идею подал.

— Конечно нет, — подтвердила девушка. — Дьякон назвал бы его Миром птиц.

— В Мире людей больше птиц, чем людей вместе взятых, — констатировал энциклопедист.

— Уж кому об этом знать, как не Дьякону, верно? — заметил Волшебник.

Дядюшка намекал на то, что ворон обладал не только даром речи, но и хранил в памяти огромное количество книг, включая полную «Энциклопедию Арканнику», крупнейший источник информации по всему, связанному с волшебством.

Уна, возмущённо выпятив подбородок, перевела взгляд с Дьякона на дядю. Они оба не воспринимали её всерьёз. Это чертовски бесило.

— Дай-ка угадаю, — произнёс Волшебник. Он пару раз затянулся трубкой и выпустил облачко дыма, которое быстро трансформировалось в подобие женского лица. Схожесть с их новой домработницей была потрясающая. — Ты эту идею у миссис Карлайл подцепила?

Уна нахмурилась ещё сильнее. Почему дядя считает, что сама она никак не могла такую идею выносить? Неужели ей не по силам заметить неравенство мужчин и женщин в обществе? Конечно, да, он прав, именно новая домработница рассказала ей о дискриминации женщин. У миссис Карлайл было множество прогрессивных идей, из которых Уну особенно впечатлили идеи о равенстве женщин.

Уна сумела осознать все плюсы от присутствия в доме другой женщины. Пускай они и не могли позволить себе постоянно живущую в доме прислугу, приятно было, когда в доме прибирали каждый день. Маятник был доверху наполнен волшебством, но маги, пять веков назад создавшие дом для первого официального Волшебника, не озаботились добавить заклинаний для уборки. Среди множества комнат были такие, куда Уна даже не заходила никогда, из-за боязни поднять в воздух килограммы древней пыли или застрять в клубах паутины.

Но даже больше чем чистота в доме, весь этот месяц Уну вдохновляли интеллектуальные беседы с весьма эрудированной миссис Карлайл. Тем не менее, девушке было неприятно осознавать, что дядя считает её неспособной самостоятельно прийти к подобным идеям.

Она строго посмотрела на Волшебника:

— А ты знаешь, что в этом году женщина избирается в Совет Тёмной улицы?

— Знаю, — кивнул Волшебник, — Молли Моргана Мун уже больше десяти лет грозится стать членом Совета. Кандидат из неё идеальный. Жаль только, не изберут её.

Уна упёрлась руками в бёдра.

— Тебе откуда знать? До голосования ещё четыре дня.

Дьякон цокнул клювом.

— Оттуда, что противником миссис Мун будет нынешний член совета Тобиас Проныра… И его подозревают в связях с Кровавым Мартином.

— И что с того? — не поняла Уна.

— А то, — продолжала птица, — что под протекторатом Мартина ему будет легко выиграть голоса.

— Ну, то есть подкупить избирателей, — пояснил дядя.

Дьякон утвердительно кивнул.

Уна с отвращением мотнула головой. Кровавый Мартин, неуловимый хозяин отеля и казино «Белладонна» был печально знаменит тем, что возглавлял всю преступность на Тёмной. Его разыскивали по множеству обвинений, в том числе за попытку пленить Волшебника, и всем было хорошо известно, что некоторые члены Совета Тёмной улицы давно у него на содержании.

— Но Кровавого Мартина ищет полиция, — возразила девушка. — Он в бегах.

— Но он всё равно за главного, — ответил Волшебник, выпустив ещё облако дыма, совершенно скрывшее его из виду, лишь руки виднелись через белёсую завесу подобно рукам кукловода. — Он как и всегда дёргает за ниточки из-за сцены. Да и, вынужден признать, избиратели ещё не готовы к женщинам в политике. — Уна открыла рот, готовая поспорить, но дядя поднял руку и разогнал дым в стороны. — Знаю-знаю, это сущая нелепица. Я, например, отдам свой голос за Молли Моргану, я разделяю ее принципы: бороться с преступностью и инвестировать в образование и развитие грамотности. Но я c удивлением думаю: готовы ли люди отдать голос за женщину, учитывая, что право голоса женщинам дали всего десятилетие назад?

Брови Уны поползли на лоб.

— Всего десять лет?

— Именно так, — кивнул Волшебник. Он вытащил из кармана волшебную палочку и указал ею на окно. На стекле проявился образ женщины за тюремной решёткой. — А за Железными Вратами, в Нью-Йорке и остальном мире, женщинам голосовать не дают до сих пор.

— Это правда, — сухо констатировал Дьякон. — Несколько лет назад, женщина по имени Сьюзен Браунелл Энтони стала первой женщиной, проголосовавшей на президентских выборах. И её арестовали и судили за нарушение закона.

Волшебник опустил палочку, и изображение на стекле плавно растаяло.

Уна плотно сжала кулаки. Было чертовски обидно узнать, что в современном мире, в году 1878-м, с женщинами по-прежнему обращаются так, будто ни их мысли, ни их мнение совершенно неважны. Она задумалась, как это можно исправить.

Волшебник улыбнулся племяннице, что только сильнее её разозлило. Где тут повод для веселья, когда вокруг несправедливость?

И снова дядя взмахнул рукой, как будто прогоняя недобрые мысли Уны.

— Ты просто мне мать свою напомнила. Она была в авангарде дам, сражавшихся за права женщин-избирателей.