«Билли Саммерс»

Стивен Кинг

Билли Саммерс

Думая о Реймонде и Саре Джейн Спрюс

Был мертв и чудом стал живой.

Полдень пятницы. Билли Саммерс сидит в холле гостиницы и ждет, когда за ним заедут. В руках у Билли комикс-дайджест «Друзья и подружки Арчи», но думает он об Эмиле Золя и его третьем романе «Тереза Ракен», с которого началась литературная слава писателя. Он думает, что по книге сразу можно догадаться: автор еще молод. Думает, что Золя только открыл золотую жилу, которая на поверку окажется сказочно щедрой. Думает, что Золя был — и остается — эдаким Чарлзом Диккенсом из ночных кошмаров. Думает, что это хорошая тема для эссе. Правда, он никогда не писал эссе.

В две минуты первого дверь открывается, и входят двое: один высокий, черноволосый, с прической «помпадур», какие были в моде в 50-х, а второй — коротышка в очках. Оба в деловых костюмах. Все люди Ника носят костюмы. Билли знает, что высокий родом с запада и давно работает на Ника. Зовут его Фрэнк Макинтош, но из-за начеса коллеги за глаза называют его Фрэнки Элвисом или — поскольку сзади у него нарисовалась крошечная, сияющая на солнце проплешина — Солнечным Элвисом. Второго Билли видит впервые. Наверное, он из местных.

Макинтош протягивает руку. Билли встает и пожимает ее.

— Здорово, Билли, давно не виделись. Рад встрече.

— И я рад, Фрэнк.

— Это Поли Логан.

— Здравствуй, Поли. — Билли жмет руку коротышке.

— Приятно познакомиться, Билли.

Макинтош берет у него номер «Арчи».

— А ты все комиксы читаешь?

— Ну да, — отвечает Билли. — Нравятся они мне. Особенно смешные. Про супергероев тоже ничего, но эти я больше люблю.

Макинтош наспех пролистывает журнальчик и показывает что-то Поли Логану:

— Глянь на этих кисок. Я бы подрочил.

— Бетти и Вероника, — говорит Билли, забирая у него комикс. — Вероника — подружка Арчи, а Бетти нет, но очень хочет ею стать.

— Книги тоже читаешь? — спрашивает Логан.

— Бывает, читаю в дороге. Журналы еще. Но обычно комиксы.

— Славно, славно, — говорит Логан и подмигивает Макинтошу на глазах у Билли. Макинтош хмурится, но Билли не в обиде.

— Ну, готов?