«Собранный»

Вячеслав Грозный

Собранный

Весна 1918 года. До окончания Мировой войны оставалось уже немного. Но профессора Рэймонд Роттенхауса это не сильно интересовало, хоть он и был подданным Великобритании. Причиной равнодушия к войне являлось двухнедельное нахождение учёного на землях нейтральной Испании. Но он не отдыхал на побережье Мурсии и даже не вел лекцию по религиоведению, а бродил северо-западнее, по покрытым песком скалам, в местах, где из людей есть лишь двое – сам профессор и его аспирант.

В какой-то момент нужное место было найдено. Хоть Роттенхаус и прятался от палящего солнца в тени палатки, но его рыжие усы прилипли к щекам от пота, а новая белая рубашка сразу же приобрела серо-коричневые оттенки.

Его коллега – аспирант Герберт Харланд имел противоположный взгляд на то, какого цвета одежду нужно носить. Но его черная рубашка в таком климате была подобна раскаленному металлу, потому чернобородый мужчина копал яму в указанном профессором в одной зеленой майке.

Мистер Роттенхаус наблюдал, как его напарник спускается все глубже в яму, окруженную колышками. Когда лопата стукнула об что-то твердое – профессор приказал копать вширь, на предложение Герберта присоединиться к работе Рэймонд указал на свое слабое здоровье.

– Ну тогда получается, что я один делаю всю работу. – С обидой ответил аспирант.

– Да, было бы намного легче, если бы с нами был Хант. Странно он поступил, неделями напрашивался в экспедицию, а когда ты за ним пришел, то он пропал – ответил профессор, будто варианта, что он может сам взять в руки лопату отсутствует. На что его коллега хотел что-то высказать, но замялся и продолжил трудиться.

На закате яма превратилась в могилу со скелетом скелет, у которого между рёбер воткнутый диагонально в землю золотой узорчатым крест. Профессор стоял на коленях и одной рукой причесывал свои последние волосы, которые лезли в глаза, а другой счищал грязь с костей с помощью кисточки.

– Интересная картина – сказал Роттенхаус разглядывая кости

– Что именно? –спросил его напарник, нагнувшийся над ямой, при этом продолжая вычесывать глину из бороды гребешком.

Вячеслав Грозный

Собранный

Весна 1918 года. До окончания Мировой войны оставалось уже немного. Но профессора Рэймонд Роттенхауса это не сильно интересовало, хоть он и был подданным Великобритании. Причиной равнодушия к войне являлось двухнедельное нахождение учёного на землях нейтральной Испании. Но он не отдыхал на побережье Мурсии и даже не вел лекцию по религиоведению, а бродил северо-западнее, по покрытым песком скалам, в местах, где из людей есть лишь двое – сам профессор и его аспирант.

В какой-то момент нужное место было найдено. Хоть Роттенхаус и прятался от палящего солнца в тени палатки, но его рыжие усы прилипли к щекам от пота, а новая белая рубашка сразу же приобрела серо-коричневые оттенки.

Его коллега – аспирант Герберт Харланд имел противоположный взгляд на то, какого цвета одежду нужно носить. Но его черная рубашка в таком климате была подобна раскаленному металлу, потому чернобородый мужчина копал яму в указанном профессором в одной зеленой майке.

Мистер Роттенхаус наблюдал, как его напарник спускается все глубже в яму, окруженную колышками. Когда лопата стукнула об что-то твердое – профессор приказал копать вширь, на предложение Герберта присоединиться к работе Рэймонд указал на свое слабое здоровье.

– Ну тогда получается, что я один делаю всю работу. – С обидой ответил аспирант.

– Да, было бы намного легче, если бы с нами был Хант. Странно он поступил, неделями напрашивался в экспедицию, а когда ты за ним пришел, то он пропал – ответил профессор, будто варианта, что он может сам взять в руки лопату отсутствует. На что его коллега хотел что-то высказать, но замялся и продолжил трудиться.

На закате яма превратилась в могилу со скелетом скелет, у которого между рёбер воткнутый диагонально в землю золотой узорчатым крест. Профессор стоял на коленях и одной рукой причесывал свои последние волосы, которые лезли в глаза, а другой счищал грязь с костей с помощью кисточки.

– Интересная картина – сказал Роттенхаус разглядывая кости

– Что именно? –спросил его напарник, нагнувшийся над ямой, при этом продолжая вычесывать глину из бороды гребешком.