«Сядьте поудобнее. Расслабьтесь»

До

Сядьте поудобнее. Расслабьтесь

Всё началось в приёмной у зубного, когда я выудил с нижней полки стеклянного столика кипу журналов. Открыл первый. Сидящий рядом парень тут же вытянул шею – на развороте реклама крема от комаров. Пахучей мази, которой покрывают красные пироги на коже. Вопрос, при чём здесь накаченная задница модели?

«Ты не знаешь?» – хотелось спросить мне у соседа, но, судя по вниманию к странице, его подобное несоответствие не смущало.

На следующем развороте текст. Парень отвернулся. До меня оставалось ещё трое: толстая тётка, хнычущая девчушка с раздутой щекой и этот, потерявший интерес. Я развернулся к окну и начал читать. Когда подошла моя очередь, я даже не сразу вспомнил, куда ее занимал. Зуб впервые за два дня не ныл, а все внимание было отдано идее.

Полчаса не самых приятных ощущений, молчаливый врач-верзила. За дверью кабинета тихо – на сегодня я последний. В этой тишине постукивание изучающего мои зубы стоматологического зеркальца звучало угрожающе четко. Я вдруг представил, что зуб тоже боится и поэтому не выдает себя болью. У меня, например, такое часто практикуется – лучше перетерпеть, чем что-то болезненно исправлять.

Но сегодня это не прокатило.

Из больницы я вышел помятый и тоскливый. Выходные подошли к концу, как итог – кровавая ватка во рту и украденный из приёмной журнал. Я решил перечитать статью ещё раз. Она начиналась со слов: «Сядьте поудобнее. Расслабьтесь» – и это уже настраивало на то, что все остальные пункты не имеют права тебя напрягать. В то время, как в анонсах новостей считают трупы, а в метро ругают власть, такие вот уверенные указания, напечатанные уверенным чёрным на уверенном белом нужны. Необходимы.

Мне – точно.

По дороге домой я убедился в жестокой правдивости утреннего прогноза – подошвы ботинок хрустели первым ледком, а ветер будто обдувал кости. Я тысячу раз пожалел, что не поехал на автобусе, поверив безмятежности розовеющего на западе неба, которое обманывало через окно кабинета.

До

Сядьте поудобнее. Расслабьтесь

Всё началось в приёмной у зубного, когда я выудил с нижней полки стеклянного столика кипу журналов. Открыл первый. Сидящий рядом парень тут же вытянул шею – на развороте реклама крема от комаров. Пахучей мази, которой покрывают красные пироги на коже. Вопрос, при чём здесь накаченная задница модели?

«Ты не знаешь?» – хотелось спросить мне у соседа, но, судя по вниманию к странице, его подобное несоответствие не смущало.

На следующем развороте текст. Парень отвернулся. До меня оставалось ещё трое: толстая тётка, хнычущая девчушка с раздутой щекой и этот, потерявший интерес. Я развернулся к окну и начал читать. Когда подошла моя очередь, я даже не сразу вспомнил, куда ее занимал. Зуб впервые за два дня не ныл, а все внимание было отдано идее.

Полчаса не самых приятных ощущений, молчаливый врач-верзила. За дверью кабинета тихо – на сегодня я последний. В этой тишине постукивание изучающего мои зубы стоматологического зеркальца звучало угрожающе четко. Я вдруг представил, что зуб тоже боится и поэтому не выдает себя болью. У меня, например, такое часто практикуется – лучше перетерпеть, чем что-то болезненно исправлять.

Но сегодня это не прокатило.

Из больницы я вышел помятый и тоскливый. Выходные подошли к концу, как итог – кровавая ватка во рту и украденный из приёмной журнал. Я решил перечитать статью ещё раз. Она начиналась со слов: «Сядьте поудобнее. Расслабьтесь» – и это уже настраивало на то, что все остальные пункты не имеют права тебя напрягать. В то время, как в анонсах новостей считают трупы, а в метро ругают власть, такие вот уверенные указания, напечатанные уверенным чёрным на уверенном белом нужны. Необходимы.

Мне – точно.

По дороге домой я убедился в жестокой правдивости утреннего прогноза – подошвы ботинок хрустели первым ледком, а ветер будто обдувал кости. Я тысячу раз пожалел, что не поехал на автобусе, поверив безмятежности розовеющего на западе неба, которое обманывало через окно кабинета.