«Женщины для развлечений»

Прибыли — а получались они большие — Сон вкладывал в гонконгскую недвижимость, тайваньские блошиные рынки, виноградник в Бордо и торговый центр в Маниле. А ещё он позволил себе потратиться на двенадцатинедельные курсы в парижском ресторане «Кордон Блё», где его учили тонкостям французской классической кухни. Деньги приносили ему свободу и роскошь. И даже позволяли покупать любовь.

Шёл снег, когда он вышел из таможенного пункта в аэропорту Кимпо — багаж у него не досматривали — и сел в ожидавший его лимузин. Телохранитель, Давид Митла, бородатый тридцатипятилетний израильтянин, бывший парашютист, устроил дорожную коробку со щенком на переднем сиденье.

Шофёр кореец, серебряный медалист по дзюдо на Олимпийских играх 1984 года, тоже в прошлом работавший телохранителем, уложил чемоданы в багажник. Митла ему не помогал. Израильтянин встал спиной к машине, рука на автомате под пальто, оглядывая людей, входивших и выходивших из аэровокзала.

От Кимпо лимузин направился к востоку, в деловую часть города. Сон налил себе коньяку из бара и пил понемногу, скользя взглядом по ивам и гингко, их голые ветви выбелил снег.

Вчера в Гонконге он продал четыре миллиона долларов фальшивыми американскими сотнями гному из ирландской экстремистской организации. Этот гном с крысиными усами утверждал, что именно он подложил бомбу, которая убила лорда Маунтбэттена и его внука. Смехотун нисколько не восхитился, услышав это признание. Любой дурак знает, что хвастовство и ложь — одно и то же.

Сотни ушли по тридцать два цента за доллар, хорошая цена, хотя общей суммы не хватало, чтобы оставить Сону жизнь. Время поджимало так, что он был вынужден продать отборные гонконгские владения по дешёвке: плавучий ресторан у Абердина, место на гонконгской бирже, двенадцатиэтажный шале на полуострове Чи Ма Ван и три мотеля в Кулоне, где останавливались обычно проститутки. Его когда-то надёжное финансовое будущее исчезло, и он стал подавленным и раздражительным.

Это дело с Ёнсамом начало поглощать Сона. Тревожило неожиданное открытие — ум вовсе не гарантирует от неудач. Его достояние уменьшалось и это было ужасно, но всё же не столь ужасно как быстрое приближение установленного ему срока. Собственность всегда можно купить новую, а жизнь другую не купишь.