Для чтения книги купите её на ЛитРес
Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY
Фридрих Евсеевич Незнанский
На исходе последнего часа
СИЛЬНЫЙ ГОЛОС
Здесь его все равно называли – «русский». Рейн поначалу злился, доказывая, что не имеет к России никакого отношения, что сам он из Таллина, чистокровный эстонец, но шведы, выслушав слишком горячую, на их взгляд, речь молодого врача, вежливо улыбались и продолжали звать Рейна русским.
А Рейн уехал из страны довольно давно, но и тогда уже не было СССР, Эстония стала наконец свободной, поэтому и обидно было.
Впрочем, в остальном обижаться было не на что. Работу он получил довольно быстро, пришлось, правда, только пройти курсы переподготовки и очень сложный экзамен, а потом все пошло как по маслу. Недавно открывшаяся католическая клиника как раз набирала врачей со знанием языков Балтии – слишком много эмигрантов из Эстонии, Латвии и Литвы переселилось в Швецию.
Языка эти люди, к сожалению, почти не знали и объяснить симптомы своей болезни не могли. Шведы нашли самый разумный вариант. Наняли в медперсонал таких же эмигрантов.
Кстати, сегодня Рейна Мяяхе тоже довольно остро интересовали именно проблемы эмиграции.
Дело в том, что он ехал встречать в морской порт свою мать. Она наконец решилась приехать к сыну в Стокгольм. Правда, это случилось не раньше, чем умер отец Рейна, старый Вит Мяяхе. Он бы мать никогда не отпустил да и сам бы не уехал из Эстонии ни на день.
Конечно, по уму, надо было бы Рейну поехать в Таллин за матерью, но, во-первых, он был занят на работе – отпуск ему не давали, – а во-вторых, как раз и решал эмиграционные дела. Мать еще не дала своего согласия остаться с сыном, но Рейн резонно думал, что, если он таки добьется этого, все будет уже готово, останутся только небольшие формальности. А в том, что он сумеет уговорить мать, Рейн не сомневался. Тем более что предварительную агитационную работу уже провела Инга, которую мать Рейна просто обожала.
Да и кто бы мог не обожать Ингу? Уж Рейн-то просто души в ней не чаял. В этом и была основная причина, почему он не поехал за матерью сам. Он знал – у Инги все получится куда лучше. В клинике Ингу посылали к самым строптивым больным, она утешала родственников, успокаивала детишек.
Фридрих Евсеевич Незнанский
На исходе последнего часа
СИЛЬНЫЙ ГОЛОС
Здесь его все равно называли – «русский». Рейн поначалу злился, доказывая, что не имеет к России никакого отношения, что сам он из Таллина, чистокровный эстонец, но шведы, выслушав слишком горячую, на их взгляд, речь молодого врача, вежливо улыбались и продолжали звать Рейна русским.
А Рейн уехал из страны довольно давно, но и тогда уже не было СССР, Эстония стала наконец свободной, поэтому и обидно было.
Впрочем, в остальном обижаться было не на что. Работу он получил довольно быстро, пришлось, правда, только пройти курсы переподготовки и очень сложный экзамен, а потом все пошло как по маслу. Недавно открывшаяся католическая клиника как раз набирала врачей со знанием языков Балтии – слишком много эмигрантов из Эстонии, Латвии и Литвы переселилось в Швецию.
Языка эти люди, к сожалению, почти не знали и объяснить симптомы своей болезни не могли. Шведы нашли самый разумный вариант. Наняли в медперсонал таких же эмигрантов.
Кстати, сегодня Рейна Мяяхе тоже довольно остро интересовали именно проблемы эмиграции.
Дело в том, что он ехал встречать в морской порт свою мать. Она наконец решилась приехать к сыну в Стокгольм. Правда, это случилось не раньше, чем умер отец Рейна, старый Вит Мяяхе. Он бы мать никогда не отпустил да и сам бы не уехал из Эстонии ни на день.
Конечно, по уму, надо было бы Рейну поехать в Таллин за матерью, но, во-первых, он был занят на работе – отпуск ему не давали, – а во-вторых, как раз и решал эмиграционные дела. Мать еще не дала своего согласия остаться с сыном, но Рейн резонно думал, что, если он таки добьется этого, все будет уже готово, останутся только небольшие формальности. А в том, что он сумеет уговорить мать, Рейн не сомневался. Тем более что предварительную агитационную работу уже провела Инга, которую мать Рейна просто обожала.
Да и кто бы мог не обожать Ингу? Уж Рейн-то просто души в ней не чаял. В этом и была основная причина, почему он не поехал за матерью сам. Он знал – у Инги все получится куда лучше. В клинике Ингу посылали к самым строптивым больным, она утешала родственников, успокаивала детишек.
Комментарии к книге «На исходе последнего часа», Фридрих Незнанский
Всего 0 комментариев