«Оборотень»

Хиллерман Тони

Оборотень

Эта книга посвящена Энн Маргарет, Джанет Мари, Энтони Гроуву младшему, Стивену Августу, Монике Мэри и Дэниелу Бернарду, которые перечислены в порядке даты их прибытия, чтобы сделать нашу жизнь ярче.

Первая глава.

Лейтенант Джо Липхорн в отставке остановил свой пикап примерно в ста ярдах от того места, где он намеревался припарковаться, выключил зажигание, посмотрел на дом-трейлер сержанта Джима Чи и пересмотрел свою тактику. Проблема заключалась в том, чтобы убедиться, что он знает, что он может им сказать, а чего не должен, и как справиться с этим, не обидев ни Берни, ни Джима. Сначала он передавал каждому, кто открывал дверь, большую плетеную корзину с фруктами, цветами и конфетами, которую профессор Луиза Бурбонет устроила им в качестве свадебного подарка, а затем продолжал разговор о том, что они думали о Гавайях во время их свадебного путешествия, и извиниться за обязанности, из-за которых и Луиза, и он пропустили свадьбу.

Затем он засыпал их вопросами об их планах на будущее, намерена ли Берни по-прежнему вернуться к своей работе в полиции племени навахо. Она бы знала, что он уже знал ответ на этот вопрос, но чем дольше он

может помешать им задавить его собственными вопросами, тем лучше. Может, ему удастся полностью этого избежать.

Вряд ли. Его автоответчик был забит звонками от одного или другого из них. Полно вопросов. Почему он не перезвонил им с подробностями некролога Тоттера, который он хотел, чтобы они изучили? Почему он был заинтересован? Разве он не ушел на пенсию, как планировал? Было ли это каким-то старым холодным делом, которое он хотел раскрыть в качестве прощального подарка племенной полиции навахо? И так далее.

Луиза предложила ему выбор из двух решений. Просто продолжайте и поклянитесь им обоим хранить в секрете и скажите им всю правду и ничего кроме правды. Или просто сказать, что он просто не мог об этом говорить, потому что все это было полностью конфиденциально.

«Не забывай, Джо, - сказала Луиза, - они оба участвуют в ужасных сплетнях, которыми занимаются сотрудники полиции. Они будут слышать об убийствах, и стрельбе, и обо всем остальном, и к тому времени, когда это пройдет во второй, третьей и четвертой руке, все будет казаться намного более ужасным. чем то, что вы мне сказали. На этом Луиза остановилась, покачала головой и добавила: «Если это возможно».

Оба предложения Луизы были заманчивыми, но ни одно из них не было практичным. Чи и Берни оба были присяжными офицерами закона (или Берни снова будет им, как только документы будут подписаны), и рассказ им все, что он знал, поставил бы их в ужасное этическое положение. Вроде того же положения, в котором он достиг самого себя, о котором он действительно не хотел сейчас думать.

Вместо этого он думал о Чи и Берни, начиная с того, что Берни уже оказала на Джима цивилизованное влияние, судя по красивым белым занавескам.

Липхорн мог видеть в окнах трейлера и, что еще более впечатляюще, привлекательный бело-голубой почтовый ящик с цветочным орнаментом, который заменил ржавую старую жестяную коробку, в которую раньше всегда приходили письма Чи. Нет, предположил Лиафорн, Джиму писали многие.

Лиафорн перезапустил двигатель и медленно двинулся к дому. Как только он это сделал, дверь открылась.

И там была Берни, махавшая ему, а Чи прямо за ней с широкой улыбкой на лице

. «Перестань волноваться, - сказал себе Лиафорн. Мне это понравится. И он это сделал.

Чи взял корзину, как будто понятия не имел, что с ней делать. Берни спасла ее, заявив, что это именно то, что им нужно, и как заботливо это было, и что корзина была красиво сплетена, аккуратно гидроизолирована и что она будет долго храниться. Затем последовали рукопожатия, и объятия, и я зашел за кофе и поговорил. Липхорн держал его в поездке на Гавайи столько, сколько мог, слушая отчет Берни о ее планах воссоединения с племенной полицией и ее шансах быть назначенными под командование капитана Ларго и размещаться в Teec Nos Pos, что было бы удобно, если предположить, что Чи по-прежнему работал бы в Шипроке.

Так и пошло: глоток кофе, печенье, много улыбок и смеха, бурные описания плавания в холодном, холодном тихоокеанском прибое, глупая сцена, в которой за излишний энтузиазм сотрудник Службы национальной безопасности в аэропорту Гонолулу получил пощечину от пожилой женщины, которую он обыскивал, потом его схватил и снова ударил ее муж, который оказался отставным полковником морской пехоты в отставке. В результате появилась

инспектор, и чиновник аэропорта, который раньше служил в армии, где пережил корейскую войну, извинились перед женой полковника и прочли работникам Службы национальной безопасности громкую публичную лекцию по истории Америки. Всем весело, легко, добродушно.

Но затем сержант Джим Чи сказал: «Между прочим, лейтенант, Берни и я задавались вопросом, что вас заинтересовало в некрологе Тоттера. И почему ты больше никогда не звонил нам. Мы были бы готовы еще раз проверить это для вас ».

«Что ж, спасибо», - сказал Лиафорн. «Я знал, что вы это сделаете, но я знал одного человека, живущего прямо здесь, в Оклахома-Сити, который вроде как вызвался на эту работу. Нет смысла снова беспокоить вас, молодоженов. Судя по всему, вы решили поселиться именно здесь. Правильно? Отличное место здесь, прямо на берегу реки Сан-Хуан. Но попытка сменить тему не увенчалась успехом.

«Что он для тебя узнал?» - спросил Берни.

Лиафорн пожал плечами. Осушил свою чашку кофе, протянул ее Берни, предполагая, что ему нужно еще немного.

«Ничего не вышло», - сказал он. «Отличный кофе, Берни, ты готовишь. Бьюсь об заклад, вы не следовали старой формуле Чи «слишком мало зерен, слишком долго варили».

«Давай, лейтенант, не стойте. Что вы узнали? И что вас так заинтересовало в первую очередь? "

«Теперь ты женатый человек», - сказал Лиафорн и протянул Чи пустую чашку. «Пора научиться быть хорошим хозяином».

«Никакого кофе, пока ты не перестанешь тянуть время», - сказал Чи.

Лиафорн вздохнул, немного подумал. «Ну, - сказал он, -

Как оказалось, некролог был фальшивкой. Мистер Тоттер умер не в больнице Оклахома-Сити и не был похоронен на кладбище Управления по делам ветеранов ». Он помолчал, пожал плечами.

«Ну, давай, - сказал Чи. «Почему некролог? В чем дело?"

Берни взяла чашку из руки Липхорна.

«Но не рассказывай, пока я не налью кофе», - сказала она. «Я хочу это услышать».

«Почему фальшивка мертва?» - спросил Чи. «Что случилось с Тоттером?»

Лиафорн задумался. Что из этого он мог сказать?

Он представил Чи и Берни под присягой в качестве свидетелей, прокурором окружного прокурора США, напоминающим им, что они находятся под присягой, или наказанием за лжесвидетельство.

«Когда вы впервые это услышали? Кто сказал тебе? Когда он тебе сказал? Значит, после его выхода на пенсию из племенной полиции навахо?

Но разве он не оставался заместителем сотрудника правоохранительных органов примерно в трех округах Аризоны и Нью-Мексико? »

"Хорошо?" - спросил Чи.

«Я жду, когда твоя жена вернется с кофе», - сказал Лиапхорн. "Будучи вежливыми. Вы должны знать об этом ».

«Я вернулась», - сказал Берниа и протянула ему свою чашку. «Мне тоже любопытно. Что случилось с мистером Тоттером?

«Честно говоря, мы не знаем, - сказал Лиафорн. И сделал паузу. - Во всяком случае, не уверен. Еще одна задумчивая пауза. «Позвольте мне перефразировать это. По правде говоря, мы думаем, что знаем, что случилось с Тоттером, но никогда не смогли бы этого доказать ».

Чи, который стоял, пододвинул стул и сел. «Эй, - сказал он. «Держу пари, это будет интересно».

«Дай мне еще печенья», - сказала Берни, вскакивая со стула. «Не начинай, пока я не вернусь». У Лиафорна было около двух минут, чтобы решить, как с этим справиться.

«Длинная и сложная история, - сказал он, - и вы оба можете подумать, что я сошел с ума. Я должен начать с того, что напомнил вам обе наши истории происхождения, о том, что в тех первых трех мирах было столько подлости, жадности и зла, что Создатель их уничтожил, и как наш Первый Человек поднял все это зло. в наш четвертый мир ».

Чи выглядел озадаченным. И нетерпеливый. «Как это может быть связано с некрологом Тоттера?»

Лиафорн усмехнулся. "Вы, вероятно, все еще будете интересоваться

Это когда я закончу это. Но пока я рассказываю вам об этом, я хочу, чтобы вы подумали о том, как наши герои-близнецы убили злого монстра на Бирюзовой горе и как они пытались избавить наш четвертый мир от всех других зол, а также об этом имени. мы иногда используем для наших худших видов ведьм. По одной версии переводится на английский как skinwalkers. Другая версия как оборотни ».

«Иногда оборотень подходит лучше», - сказал Чи. «В последний раз, когда кто-то рассказывал мне о том, как видела волка, беспокоящего ее овцу, она сказала, что когда она вошла в хоган, чтобы взять винтовку, чтобы стрелять в нго, она увидела, как он приближается, и превратился в сову. И улетел."

«Моя мать рассказала мне об одном, - сказал Берни. «Из волка он превратился в птицу».

«Что ж, имейте это в виду, когда я расскажу вам о Тоттере и так далее, - сказал Лиафорн.

Чи ухмыльнулся.

«Хорошо, - сказал он. "Я обещаю."

«Я тоже», - сказала Берни, которая, казалось, воспринимала это немного серьезнее. «Продолжаем рассказ». Лиафорн взял печенье, попробовал свежий кофе.